По мере нашего продвижения песнопения становились все громче, а когда мы дошли до конца коридора, он заканчивался небольшим круглым помещением, на полу которого был начерчен круг на всю комнату, со вписанными странными рунами и знаками. Судя по тому, что полукругом от входа стояли с двух сторон девушки с разрезанными запястьями и продолжали петь, чертили всю эту красоту кровью. Напротив нас, со второго входа (или выхода, смотря с какой стороны посмотреть), появилась маг тени.
— Спасибо, что привели его. Как раз вовремя, — сказала она и хищно улыбнулась.
— Ага, — госпожа выставила вперед руки, готовясь к атаке, но почему-то не спешила.
— Не дури. Нас больше. Хочешь жить — оставляй раба и уходи. Четыре жизни наших последовательниц за твоего раба — отличный обмен, — и отошла в сторону, открывая выход.
Госпожа, резко развернувшись, лишь на секунду коснулась губами моих губ, но этого было достаточно, чтобы понять — она не сдастся. Но тут вмешалась Клавдия:
— Не двигайся, иначе тебе придется ждать еще пару тысяч лет! — и с этими словами она достала откуда-то кинжал, приставив его к моему горлу.
* * *
— Ты, — зло проронила госпожа, — да я тебя…
— Заткнись! Тебя это тоже касается. Не подходите ко мне и дайте спокойно уйти.
Госпоже пришлось зайти в круг, чтобы пропустить Клавдию, но та, дойдя до края круга, заметила злобный взгляд Алены.
— Ты меня совсем за дуру держишь? — поинтересовалась сестра госпожи.
— Ты же хотела выйти — иди, — не переставая зубоскалить, произнесла маг теней.
— Лиза, сюда иди, — и, сделав пару шагов назад в коридор, продолжила, — замуруй этот тоннель, чтобы до нас хотя бы они не смогли добраться.
Елизавета Егоровна, зайдя обратно и стиснув зубы, сделала пару пасов руками и потолок со стенами начал складываться, засыпая огромными глыбами проход. Пыль начала подниматься, заполняя собой все. Госпожа напряглась, готовясь к очередному рывку по спасению меня.
— Включай голову, Лиза. Это был единственный шанс выжить. Через круг идти нельзя, если они убьют Сергея на нем, то нам с тобой не жить. Нужно искать другой выход, — и убрала кинжал в потайной карман.
— И куда теперь? Как я понимаю, это был единственный выход, — недоверчиво косясь, госпожа уже пыталась прикидывать варианты, не забывая ерничать.
— У тебя много вариантов? Можешь разбирать завал с этой стороны, — Клавдия развернулась и направилась обратно, — когда найду какое-нибудь окно на улицу, я тебе сообщу.
— Обернись и посмотри на завал еще раз, — не сдвинувшись с места, Елизавета на этот раз даже сарказма в голос не напустила.
— Что? — удивившаяся таким поворотом событий, Клавдия даже развернулась.
— Земля на блоках. Ты не сможешь найти окно, потому что мы явно в каких-то катакомбах.
— Твоего ж бать… Но если мы будем стоять тут, выход явно не найдется. Двинулись.
Тут Елизавете Егоровне нечего было ответить и она направилась вслед за мной, который уже ушел от завала на добрые десять шагов. Когда за спиной в очередной раз громыхнуло, я даже присел от неожиданности. Обернувшись, заметил статную темную фигуру, выходящую из клубов пыли и отряхиваясь.
— На всякий случай, — извиняющимся тоном произнесла госпожа, — вдруг тот быстро разберут.
— Поэкономь силу, она нам явно еще пригодится. Блин, тупик.
Не дойдя несколько метров, мы застыли возле тупика, в который изначально не стали сворачивать. И хоть наша камера была не последней, почему-то казалось, что в той стороне выход так же отсутствует.
— У кого-нибудь есть лопата? — поинтересовался я.
— Что⁈ — два голоса слились в один.
— Расслабьтесь, я пошутил. Идем к камерам?
— Лучше медитировать. Раз нас ждали, значит, выход отсюда может быть только один. Нужно готовиться к битве, — заявила Елизавета Егоровна, усаживаясь на холодный пол.
— Успеем, — я попытался внести предложение, — а сейчас у меня есть пара идей, которые стоит проверить.
— Какие? — заинтересовалась первой Клавдия. Видно ей тоже не хотелось вступать в бой с намного превосходящими нас в количестве противницами.
— На ходу расскажу, идем, — зашагав к развилке, я остановился, — вы можете обрушить стены и проход здесь? Пока они будут прорываться прямо, думая, что это очередной завал в коридоре, упрутся в тупик. Так что им придется разгребать еще один завал, что сэкономит нам время.
— А ты не так прост, — констатировала Елизавета Егоровна и, пару раз взмахнув руками, опустила их перед собой ладонями вниз.
Обвал вышел гораздо массивнее, чем оба предыдущих и я еле успел отпрыгнуть от огромного валуна, упавшего с потолка и когда-то им являющийся. Откашлявшись, мы почти вернулись к нашей камере, которая уже была в прямой видимости.
— Ты чего остановился? — поинтересовалась Клавдия.
— Что в этой камере есть, чего не было в нашей? — мы стояли напротив еще одной камеры, только она была не пустая. Здесь, в отличие от нашей, были удобства, если их можно так назвать: деревянные нары, стул, стол, а так же металлический унитаз и из такого же материала умывальник.
— Комфорт? — с ехидцей поинтересовалась сестра госпожи.
— Выпендрежник, — тихо произнесла госпожа, но я услышал.
— Вода, — отрезал я, понимая, что у нас не слишком много времени пререкаться и спорить, — а значит, здесь должен быть водопровод, а в идеале — канализация. Если брать в расчет то, что вся канализация строится друг под другом, то над нами должна быть комната. И выше, и дальше, пока до поверхности не дойдем. Не будут же они ради заключенного бурить скважину в тридцать метров, чтобы у того была вода, — вышло сбивчиво и не очень понятно, но мою мысль поняли.
Уже знакомые мне пасы руками заставили вздрогнуть потолок и, стоило ему только начать трескаться, как пыль начала заполонять все вокруг, клубясь из камеры и накатываясь на нас. Не успел шум стихнуть, как вода, бьющая из разорванной трубы, окатила меня с ног до головы, отчего я не удержался и выругался. Тихие смешки прекратились лишь тогда, когда они встретились с моим взглядом, полным боли, обиды и злости.
— Видимо, не в этой. Ломаем дальше, хах, — выдала Елизавета и направилась к следующей камере.
Однако эта попытка найти выход была гораздо хуже предыдущей: ровно в тот момент, когда госпожа готова была начать разрушать потолок, по полу прокатилось мини землетрясение, созданное от разрушения нашего последнего завала. Ее руки непроизвольно дрогнули и над нами побежала огромная трещина, расчерчивая размеры глыб, которые начали осыпаться. Не долетев лишь пары десятков сантиметров до цели, они застыли. Я уставился на парящие над моей головой камни, интуитивно прикрывшись руками, хотя против таких размеров это было бессмысленно.
— Давай соображай быстрее, — голос Клавдии немного дрожал от напряжения.
— Вы что творите, твари⁈ — маг теней злобно орала, выставляя руки вперед и с шага переходя на бег.
Еще две девушки, сопровождавшие Алену, бросились в обратную сторону, понимая, каким образом мы запланировали отсюда сбежать. Представив, как мы должны карабкаться наверх по этим глыбам, Елизавета Егоровна начала прикладывать силы не к центру, как до этого, а по краям потолка, чтобы он смог обвалиться монолитным пандусом и, не обращая внимания на стремительно приближающегося мага, продолжила свою работу. Отступать нам с Клавдией было некуда и я, обойдя ее, приготовился отражать атаку мага теней. Я видел, как из ее руки формируется тень, как выстреливает и летит в сторону сестры госпожи. Начинаю делать щит, дымка медленно из тела переправляется в руки, набирая густоту. Мысленно заставляю ее сформировать полусферу между нами и Аленой, чтобы ее снаряд не смог достичь цели. Темная стрела вообще не обращая внимания на мои старания рассекает щит, отчего тот осыпается невидимыми осколками на пол, и продолжает лететь дальше. Клавдия большим усилием пытается сдвинуться с места и не завалить нас глыбами, постоянно поддерживая магию, но этого мало и ее правый бок начинает краснеть от маленького пятнышка и дальше, распространяясь немного по диаметру и стекая вниз. Ее ноги подкашиваются и она теряет достаточно концентрации, чтобы потолок медленно, по глыбе, начал оседать. Маг теней затормозила, чуть не врезавшись в упавший камень.