Тем временем эльфы готовились к выстрелу из баллисты. Два представителя расы эльдарай, светловолосый мужчина и темноволосая женщина, изящно водили бледными руками, магически натягивая тетиву огромного стреломёта. Наконечник болта сиял красным волшебным светом, готовясь попасть в цель. Тетива гнулась сильнее и сильнее, а болт опускался, пока не упёрся в деревянную раму.
– Шаудимас! – выкрикнула артиллеристка на эльдарине.
Эльфы резко взмахнули руками, тетива распрямилась, а болт молниеносно вылетел в сторону врагов. Прочертив поле боя, он пронзил магическим наконечником сразу трёх пауков насквозь и упал на траву. Тела чудовищ оказались нанизаны на него, как на шампур для шашлыка. Тем не менее, существа продолжали дрыгать лапами и жвалами, пока подобие жизни, данное им неким зловещим некромантом, медленно их покидало.
Кристофор принял форму ангела и, расправив белоснежные крылья, взлетел у Восточных ворот. Мощным рывком крыльев он взмыл над башней Эрнста и Изабеллы. Из белого креста ангела вырвался жёлтый луч света, который выжег пауков.
Несмотря на тяжёлый нрав ангела, тот одним своим видом воодушевил солдат Гранд-Альянса. Эльф на стене стрелял по нежити из магического лука. Он быстро и ловко натягивал тетиву, поливая пауков градом стрел с магическими наконечниками, светящимися красным. На крыше Амброзиус Мундт опустил на лоб причудливые круглые очки. Сосредоточившись, маг-офицер поднял посох, и сапфировое навершие засияло от волшебной энергии. Когда она накопилась, из посоха вырвался шар синего пламени и обрушился на пауков внизу.
Однако не все чудища были побеждены. Шуршащая и клацающая волна постепенно наступала в сторону крепости. Ей навстречу вышли воины Гранд-Альянса под предводительством Гранд-Маршала.
– За Гранд-Альянс! – прокричал командир во всю глотку.
Люди зарядили винтовки и открыли огонь по паукам. Гномы нажали на спусковые крючки своих необычных ружей, и из них с треском, как из пулемёта, на нежить обрушился целый шквал патронов. Сверху солдат поддерживали Кристофор и Амброзиус Мундт. Ангел летал в небе, испепеляя ряды пауков лучом света, а маг обрушивал на них бомбы из колдовской энергии. Гранд-Маршал вклинился в массу из жвал и конечностей и решительным движением меча вспорол одному монстру брюхо.
– Так тебе и надо! – рявкнул он, глубже вонзив меч в живот паука, чтобы гарантированно лишить его «жизни».
Убив одно создание, Гранд-Маршал увидел, что на него надвигается ещё множество таких же.
– Хотите отведать моего меча? – с задором воскликнул он, – вы очень крупно напрашиваетесь!
Военачальник Гранд-Альянса с мечом наперевес бросился на подступающих со всех сторон монстров. Скоро множество их мерзких, членистых лап разлетится по всей округе!
Недалеко от Гранд-Маршала пауки навалились на Гомункула. Они пытались опрокинуть великана в длинном пальто и достать до его головы щёлкающими жвалами. Но ничего у нежити не вышло – Гомункул оставался непоколебим. И более того, искусственный человек принялся со всех сил размахивать ручищами. Эликсир ярости, которым Сумасшедший Алхимик напоил своего прислужника, начал действовать, и кулаки обычно медлительного Гомункула заработали с удвоенной быстротой, разбрасывая пауков направо и налево. При этом металлическое лицо великана не выражало никаких эмоций – даже намёка на гнев или боевой азарт.
Рядом с Гомункулом сражался и его создатель. Сквозь блестящие очки Сумасшедший Алхимик увидел, как к нему подходило новое скопление пауков. Гном улыбнулся ещё шире, чем обычно – он прекрасно понимал, что нужно делать…
– Сейчас поалхимичим! – пропищал Алхимик.
Он достал из кармана кислотную бомбу и, выдернув золотую чеку, бросил её в копошащийся рой. И пауков залило жёлто-зелёной дымящейся кислотой. Жидкость с шипением разъедала твёрдые панцири и ноги, превращая их в бесформенную кашу. Лишившиеся половины тела пауки издали громкие, верещащие звуки и упали на траву, где прекратили своё существование.
На поле боя задрожала земля, и со стороны крепости послышались тяжёлые шаги. Три Стирателя, могучих биоавтоматона Арабеллы Левски, вышли на тропу войны. Их чёрные сияющие тела были немного выше Гомункула. В груди у каждого Стирателя мерцал голубоватый свет высокотехнологичного реактора. Их руки заканчивались не кистями, а тяжёлыми пушками, причём на каждом запястье было по несколько стволов. Из спин биоавтоматонов росли выхлопные трубы.
– Начинаем… уничтожение… – низким хриплым голосом произнесли Стиратели.
Они медленно навели руки-пушки на стаю пауков и открыли огонь. Несколько залпов из тяжёлых орудий Стирателей – и армия нежити заметно поредела. Теперь сотни пауков лежали мёртвыми, а люди и гномы на передовой боролись с новыми волнами врагов…
Нежить окружила со всех сторон эльфийского мастера меча Геденаса. Пауки подбирались к нему, беспощадно щёлкая жвалами. Хмурый воитель бегло оценил обстановку, и его рот презрительно скривился. Один взмах глефой – и все пауки вокруг Геденаса повалились наземь. Чёрно-красный, украшенный золотистыми звёздами плащ плавно поднялся за спиной мастера меча, и эльф бросил на трупы взгляд, полный уверенности и превосходства.
К Геденасу подбежали новые противники. Мастер меча сделал пару движений глефой, отсекая паучьи лапы и жвала. Затем эльф вонзил оружие в живот особо назойливого монстра. То, что вытворял Геденас на поле брани, больше напоминало танец, чем бой. Он орудовал глефой так легко, будто она была продолжением его руки и ничего не весила, а его кисть крутилась так ловко, что её движения казались неестественными. При этом лицо Геденаса, обрамлённое длинными тёмными волосами, оставалось суровым и непроницаемым.
Пауки наступали на армию Гранд-Альянса со всех сторон, но солдаты успешно сдерживали их лавину. Гранд-Маршал и Геденас орудовали клинками, Гомункул бил чудовищ по голове своими кулачищами. Сумасшедший Алхимик с ухмылкой вытащил новую кислотную бомбу. Гремели винтовки людей и трещали ручные пулемёты гномов, не подпуская пауков близко к солдатам.
– Наступаем! – командовал Гранд-Маршал, – мы не сдадимся!
Алхимик бросил бомбу в несущегося на него паука, и монстр с шипением растаял в луже едкой кислоты. Геденас провёл глефой и лишил пару других чудищ конечностей. Гранд-Маршал пронзил третьего паука мечом и встал над ним с видом победителя. А синяя магия Мундта взрывала скопления нежити, подходящие к армии Гранд-Альянса.
– Смотри! Что это такое? – взволнованно прокричал Алхимик Гомункулу.
– Это Ледяной Крестоносец… – раздался возглас среди солдат.
– Держать строй! – проревел Гранд-Маршал, – сейчас мы отправим этого гада обратно на тот свет!
Внимание всех привлёк огромный таран на колёсах, который выехал на поле боя. Он напоминал целое укрепление со стенами из тёмно-синего металла, которое завершалось крышей с зубцами. Золочёный наконечник тарана был сделан в форме паучьей головы, чьи глаза сияли красным. Из его острия выступали копья. На наконечнике сидел другой паук – на этот раз «живой». Тёмно-синие стены были украшены шипами – как большими железными, так и маленькими костяными. Таран тянули четыре паука, прикованные к нему шипастыми цепями.
– Мне кажется, их армия стала чуточку разнообразнее, – заключил Алхимик.
На крыше тарана поднимался большой, украшенный шипами трон из чёрного камня. На нём восседал рыцарь, с головы до ног закованный в тяжёлые доспехи. Спину воина прикрывала чёрная рваная накидка. Рукой в громоздкой латной перчатке он сжимал большой меч – почти такой, как у Гранд-Маршала. По обе стороны его трона горели неестественным голубоватым пламенем факелы.
Эрнст и Изабелла видели таран и его хозяина лишь издалека, наблюдая за битвой из крепости, через арку Восточных ворот.
– Это он самый? Ледяной Рыцарь? – Брат вспомнил, что Месье Икс упоминал некоего рыцаря с кабинете Гранд-Маршала.
– Ледяной Крестоносец, – поправила Арабелла, которая стояла за Эрнстом и Изабеллой.