Далее последовала откровенная истерика, и разобрать выкрикиваемые девушкой слова становилось все сложнее.

– Пожалуйста, успокойтесь. – В смятении Дэмин пытался успокоить ответчицу. – Мы обязательно найдем вашу госпожу, не стоит так горевать: кто бы ее ни похитил, мы во всем разберемся. Она вернется к вам, и вы снова сможете присматривать за своей наивной госпожой.

Дэмин повернулся в сторону Мингли в надежде, что тот предпримет более действенные методы, чтобы успокоить девушку. В конце концов, демоны же мастера играть на людских чувствах. Но тот молчал и лишь язвительно ухмылялся, рассматривая развернувшуюся перед ним сцену истерики.

– Мою госпожу не похитили, – сквозь ослабевший плач отозвалась служанка. – Она сбежала! Сбежала прочь от этого! – Словно разъяренная тигрица, девушка резко повернулась в сторону Лин и ткнула в него пальцем. – От этого чудовища! От этого подлеца и пустобреха!

– Ах ты грязная неблагодарная девка! – Лин вскочил. – Я прикажу отрезать тебе язык, потаскуха!

Судя по выражению лица служанки, та готова была своими руками выдрать все волосы господину Лину, а Мингли походил на азартного игрока, почувствовавшего, что его час пробил. Поэтому Дэмин махнул рукой стражам, и те направились к разбушевавшимся ответчикам.

– Клянусь Богами! – завопила служанка. – Ты её не любил! Просто боялся, что Ши сделает ей предложение. Он богаче, влиятельнее – родители бы не отказались! Поэтому, пока господин Ши был в плаванье, ты побежал дурачить ее семью своими сказками и лживыми словами о том, что тебе пообещали достойную должность при дворе в охране Правителя Синторы! – Служанка захохотала. – Ты просто всегда завидовал господину Ши, ты всем всегда завидовал и никогда никого не любил! Эгоистичный ублюдок! Моя госпожа питала чувства к господину Ляну, а тебя, кобеля, боготворила только одна женщина, чьей любви ты недостоин! И да, – служанка повернула раскрасневшееся и изуродованное злостью лицо к Лину, – это я ей все рассказала! Это я помогла ей собрать вещи, чтобы сбежать прочь от такого радостного события, как свадьба с самовлюбленным чудовищем! Я упаковала самое необходимое и передала мою наивную госпожу в руки конюха, чтобы тот помог ей выбраться из поместья. – Она вновь разразилась жутким смехом. – Не все в этой жизни будет так, как тебе хочется! Не ты ли сам так говорил, Лин?

Стража вовремя поспела и схватила разъяренную служанку, что шипела и брыкалась, подобно пойманной в сети горной львице. Господин Лин покрылся красной краской, а престарелая госпожа, заслышав, что упустила выгодное предложение о замужестве от семьи Ши, схватилась за сердце и упала в обморок.

Время шло быстро, а судебное разбирательство так и не достигло завершения, становясь все запутаннее.

Пока один из служителей суда направился за врачом для госпожи, потерявшей не только дочь, но и выгодную сделку, а второй пытался успокоить служанку, Дэмин решил, что нужно сделать перерыв на обед. К тому же, ему хотелось освежить мысли и обдумать услышанное.

Мингли шёл рядом молчаливой тенью, держа зонтик, укрывавший от палящих лучей солнца.

Дорога, вымощенная белой плиткой из известняка, ослепляла, отражая свет. Жители Синторы, преимущественно с карими глазами, ещё могли справиться с такой яркостью, а вот гости из других провинций, кого боги одарили глазами светлыми, щурились и ругали тех, кто додумался выложить улицы Виты белоснежной горной породой.

Раскрасневшиеся и покрытые потом слуги спешили выполнять поручения хозяев, а утомлённые жарой стражи обмахивались бумажными веерами, завидуя обеспеченным горожанам, которые могли позволить себе прохладу в собственных поместьях и пользоваться благами чароплетских изобретений – охлаждающими кристаллами. Ни одно уважающее себя государственное учреждение или частная лавка, приносящая хороший доход, не обходилось без чудесных приспособлений.

Магические изобретения создавались в сотрудничестве чароплетской академии и учёных, которыми славилась Синтора. Из-за частых военных кампаний технологии развивались семимильными шагами, стремясь компенсировать нехватку человеческого ресурса. В мирное время они становились благами цивилизации: от охлаждающих и обогревающих установок до медицинских решений в области протезирования, хирургии и обезболивания – всё это делало жизнь состоятельных господ куда комфортнее. К сожалению, именно приоритет магии над естественными науками часто тормозил их развитие. Магия подменяла собой всё, над чем обычной науке пришлось бы трудиться годами, если не веками. Это ускоряло развитие провинции, но одновременно ограничивало её прогресс, ведь силы чароплетов были привязаны к возможностям человеческого тела. Даже создание одного кристалла охлаждения могло надолго истощить силы чароплета, и пока не существовало способа быстро их восстановить. У всего есть предел.

Мингли услужливо прикрывал голову господина от палящих лучей, продолжая держать зонт даже тогда, когда они заходили под сень раскидистых деревьев.

Вдоль улиц Верхнего города росли каштаны. Эти деревья вызывали у иноземцев не меньше вопросов, чем ослепительно белая дорога. После обильного цветения они начинали плодоносить, и их толстобокие, чуть сплюснутые орехи засыпали мостовые, хрустя под ногами прохожих и копытами гужевого транспорта.

Дэмин опрометчиво отказался от мысли воспользоваться портшезом или рикшей. Это позволило бы быстрее добраться до реки, где хоть изредка веял спасительный ветер. Но разбирательство настолько поглотило его мысли, что идея о транспорте пришла лишь спустя время, уже на ходу, под палящим солнцем.

– Ты совсем не переживаешь, что кожа обратится в уголь? – Дэмин бросил короткий взгляд на Мингли. Тот продолжал старательно нести зонтик над головой господина, нисколько не заботясь о собственном укрытии.

Дэмину было не столько важно, пострадает ли его мечник от солнца, сколько нужно отвлечься от тяжёлых размышлений о деле. К тому же, если Мингли познает на себе солнечный удар, это поможет демону хоть немного осознать, что такое человеческое тело, и задуматься над тем, что его способности теперь ограничены, а следовательно, надлежит следить за словами и поступками.

– А чего переживать? Испортится это тело – возьму новое, – без тени угрызений заявил демон. – Или тебе, может, не по душе загорелая кожа?

– Мне нет дела до того, как ты выглядишь, – раздражённо бросил Дэмин.

– Вот тебе-то как раз и не всё равно, – усмехнулся Мингли. – То волосы у меня не так лежат, то серьга не подходит, то пояс перекрутился… Ты ведёшь себя как капризная знатная госпожа на смотринах женихов.

– Внешний вид не менее важен, чем ум, – назидательно произнёс Дэмин, стараясь говорить сдержанно, словно старец, наставляющий юнца. На деле же его задело сравнение с девушкой. Ещё сильнее раздражало, что он не мог скрыть эмоции от всевидящего демона, который, заметив раздражение, вновь расплылся в вечной ухмылке. – К тому же ты сам не меньше притязателен к внешности, чем я, – добавил он и, на миг остановившись, метнул в спутника пронзительный взгляд. Веселье мигом исчезло с лица демона, уступив место настороженному любопытству. – Иначе почему выбрал именно это тело – молодое и статное?

– Тут всё просто. Не стариком же мне плестись за тобой? – усмехнулся Мингли. – Или ты предпочёл бы видеть рядом с собой грудастую воительницу? Всё никак не разберусь в твоих вкусах, достопочтенный.

– Причем здесь мои вкусы? – отмахнулся Дэмин. – Ты же слуга, мог бы выбрать тело храброго воина с менее выразительным лицом.

– О! Значит, ты тоже считаешь это тело привлекательным?

Демон расхохотался. Дэмин лишь бросил на него укоризненный взгляд и молча продолжил путь.

– Не находишь странным, что служанка слишком много знает о чувствах и намерениях господина Лина? – резко сменил тему Дэмин, возвращаясь к делу. – Что ты об этом всём думаешь? По-моему, мы столкнулись с по-настоящему тревожным делом.