Словно в унисон с моими размышлениями, Калида вставил свое слово.
— Уходили второпях, но собрано. Не бежали.
Кивнув, озвучиваю свою мысль.
— Здесь разведка новгородская стояла, стерегли Александра и монгольскую тысячу, а как договорились, двинулись вслед Турслану, наверное, решили проводить до границ земли Новгородской.
Говоря, подхожу к большому бронзовому котлу литров на пятьдесят и замираю, боясь спугнуть удачу. Мне такая посудина нужна край как, а тут вона бери не хочу.
Видимо мозги у нас с Калидой работают одинаково, потому что поднимаю на него взгляд и встречаю тут же самую мысль, только глаза его смотрят на пятерку привязанных у коновязи лошадей.
Выхожу из ступора и говорю твердо, без тени сомнения.
— Забираем все, что сможем. Грузим на лошадей и валим отсюда.
Калида, прищурясь, прощупывает меня взглядом.
— Новгородцы вернутся, осерчают крепко. Они парни горячие…
Прерываю его на полуслове.
— Вот и сделай так, чтобы к нам их ни один след, ни одна ниточка не привели. — Сказав, хватаю котел и, таща его по снегу, добавляю. — Нам уже терять нечего. Если на нас выйдут, то трех трупов будет достаточно.
После этого работа закипела. Обшарили все шалаши и землянки. Нашли много чего, но из самого ценного — это пять топоров, четыре ножа, два тюка меховых шкурок и четыре меча. Оружие, наверное, осталось от погибших. Это подтверждали и несколько крестов над могилами, да еще четыре кольчуги со шлемами и одежей.
Загрузив лошадей, я двинул обратно, а Калида остался прятать следы. Добрался до Фрола, когда уже начало смеркаться. Тот тоже без дела не сидел и уже насобирал полмешка точно таких же минералов, как и тот что он первым принес.
Осмотрев его добычу и получив в ответ на вопрос «далеко», отрицательное качание головой, решаюсь:
— Тогда пошли, покажешь.
Действительно, прошли по оврагу шагов тридцать и вышли к крутому подъему, где посреди песочного склона как желтая лента бликовала полоса медной породы.
— Видишь, берег подмыло и земля съехала вниз. Вона, завал какой. — Он ткнул пальцем в перегородивший овраг изрядный пласт земли вместе с деревьями. — Склон съехал и жилу открыл. Жила-то хороша, жирная. Жаль только маленькая совсем.
Фрол все говорит и говорит, а я смотрю на желто зеленую, отливающую металлом полосу медной жилы и беззвучно радуюсь свой удаче.
«Вот ведь извороты судьбы! Ведь только что мог сдохнуть ни за грош, а сейчас гляди и живой, и добром таким нужным разжился».
Смерив на глаз высоту оврага, думаю, что по-хорошему тут бы надо острог поставить, да добычу организовать. Но… Тут же осаживаю себя:
«Земля-то эта новгородская, а эти ребята не из тех, кто спокойно будут смотреть, как кто-то на их земле наживается».
— Ладно, — киваю Фролу, — давай возвращаться. Заночуем здесь, а с утра решим, как нам богатством этим распорядиться, да при этом еще и в живых остаться.
* * *
Ночь прошла тихо, хотя мы уже не вели себя так беспечно как раньше. Дежурили по очереди, а с первыми лучами солнца принялись за работу. Накололи почти десять мешков породы, так что загрузили всех лошадей и своих, и заводных. Я решил за раз взять по максимуму, мало ли как повернется.
Распределили всю поклажу по лошадям, и мы с Фролом повели караван из десяти груженых лошадок в повод. Одна привязана за другой, я веду пятерку и Фрол такую же. Идем по тропе шаг в шаг, я первый, Фрол за мной. Так двигаться указал Калида, сам он остался наводить «марафет», или другими словами, прятать следы нашего пребывания и нашей находки.
Ночью подвыпало снега, так что ту тропу, по которой мы сюда пришли, уже изрядно замело. Приходиться топтать по новой. Под ногами чавкает снежное месиво, идти тяжело, но я все равно доволен. Ведь мы не только нашли хорошую медную руду, но и разжились железом, причем весьма приличного качества.
Мечи, судя по виду, явно не местные, на каждом клеймо мастера на латыни, значит, скорее всего, оружие из ганзейских городов, так называемого союза торговых свободных городов Северо-Западной Европы.
«И это хорошо! — Довольно скалюсь в улыбке. — На Руси в эти времена с хорошим железом беда, а мне нужна в лучшем варианте высокоуглеродистая сталь, но за отсутствием таковой в средние века, сойдет и кованое железо».
На него у меня есть планы, и это не оружие. В первую очередь мне нужны деньги, а значит нужен товар на продажу. Малозатратный, быстро воспроизводимый и очень востребованный. Нужен он к будущей зиме, когда с низовских земель повезут на север зерно и меха, а с Новгорода и с Ордена приедут за хлебом. Период этот недолгий, конец декабря — начало января, и к нему надо быть готовым на все сто.
Идея у меня простая, нужно изобрести велосипед. Тут я вновь улыбнулся нелепости промелькнувшей мысли. Конечно, не игрушку для катания и развлечений, а скорее ножной привод для… Да, для чего угодно! Для циркулярки, например, для мельницы, да и для самого примитивного токарного станка. Водяной привод или ветряной — это все громоздко и ненадежно, а вот ножной — компактно, мобильно и доступно. Благо рабочей силы у меня хоть отбавляй.
Шлеп, шлеп! Шлепают ноги по сугробу. Ветер начинает раздувать, и вновь пошел снег. Идти стало еще трудней, но на душе у меня все равно радостно. Снегопад — это отлично! Заметет наши следы и спрятанные трупы до самой весны, а там уже ищи не ищи, концов не найдешь.
Пробиваю тропу сквозь снежную пелену и даже не думаю об усталости. Все мои мысли заполнены радостным предвкушением. С того самого момента, как я наметил для себя стратегию развития, я не мог не осознавать, что та вооруженная сила, которую мне удастся набрать, как минимум, будет сильно уступать в качестве как монгольской коннице, так и профессиональной княжеской дружине, а значит, одного «гуляй города» будет маловато.
Нужны стрелки, и желательно что-нибудь еще. Про огнестрельное оружие можно было забыть на неопределенное время из-за катастрофического отсутствия железа, и я долго ломал голову над тем, чем бы мне его эффективно заменить. И вот, как только я увидел вчера тот бронзовый котел, меня осенило. Конечно же, спирт! Сделать простейший самогонный аппарат теперь не сложно, его главная часть у меня уже есть. Остается змеевик, и думаю, Фрол с этой задачей справится. Потом, уже ночью, ворочаясь без сна, я нащупал еще несколько перспективных моментов, что открывала передо мной наличие горючей жидкости.
Во-первых, это «коктейль Молотова»! Заполненный спиртом керамический шар, фитиль, и будьте любезны, получайте подарок! Можно бросать рукой, а можно ведь и баллисту смастерить. Снаряд не тяжелый, килограмм пять, ну десять, и под такой вес создать катапульту вполне реально.
Это не басни про монгольские осадные машины, бросающие на тысячи шагов такие тяжелые камни, что только четверо взрослых мужиков могли оторвать их от земли. Чушь, конечно, полная!
Я интересовался этим вопросом. В первую мировую войну, на западном фронте, когда окопы противников разделяло порой не больше пятисот метров, тоже проявляли интерес к катапультам. Хорошо ведь забросить гранату или мину врагу в траншею и при этом обойтись без орудия или миномета. Дешево и сердито! Взялись за эту тему горячо, но быстро остыли. При всех технологиях двадцатого века забросить даже гранату дальше трехсот метров никак не получалось.
Из этого вывод, шибко губу раскатывать не стоит. В нынешних условиях я могу рассчитывать, что построенная баллиста забросит десяти килограммовый снаряд на сто-сто пятьдесят шагов, и это будет очень хорошо. Что ж, мне этого вполне достаточно. Отогнать лучников на такую дистанцию, значит похоронить всю эффективность монгольской тактики.
Я вновь довольно ухмыльнулся, утер залепляющий лицо снег и продолжил свои рассуждения.
Кроме военного применения, имелся и широкий спектр коммерческого использования. Я не собирался спаивать Русь раньше времени, поэтому как алкоголь, спирт даже не рассматривал, и без этого было полно вариантов. К примеру, как осенило меня той же ночью — светильники! Вместо свечей и масляных чадящих лампадок, сделать спиртовую лампу. Всего-то и надо: медный сосуд, фитиль, и желательно стеклянный рассеиватель-колпак. Над последним придется еще поработать, но кварцевого песка в верховьях Волги достаточно, так что перспективы есть. И последняя революционная идея, что посетила меня, вообще окрылила, предсказывая сверхдоходы. Зажигалка! Тут, и дел-то никаких, все просто. Медь у меня есть. Фрол нальет что-то типа патронных гильз, фитиль, кремний, вот и все! Такие зажигалки во времена отечественной войны солдаты в окопах делали, так чем мы тут хуже.