— Хорошо, — важно ответил Малх, сын и внук законных повелителей здешних мест и сам властелин людей и земель, сохраняя достоинство. — Мой управделами Бомилькар пунктуален, за что я его и ценю.
— И я тоже должен завтра же ехать. Надо успеть добраться хотя бы до Нового Карфагена. А уж там с помощью Светлого Мелькарта, потихоньку, пользуясь окнами хорошей погоды, я доберусь и до Малаги.
— С утренним приливом отходит в Новый Карфаген торговый корабль «Благословение Танит». Если хочешь плыть завтра, тогда поезжай на нем.
— Так и сделаю. А ты поручи своему управляющему отправить греков и снарядить их по списку. Их семьи отправь куда-нибудь в периферийное поместье в предгорья Рифа, пусть они там будут под рукой. Да и еще один момент. Достославный Ганнибал выгреб всех солдат в Иберии, а мы следующим летом ждем в гости римлян. Нельзя ли где-нибудь раздобыть солдат или наемников?
— Управление наемниками это искусство, которым владеют лишь немногие карфагенские полководцы. Достаточно сделать один неверный шаг и наемники отказываются сражаться или даже поднимают оружие против Карфагенской Республики!
— И все же?
— Увы. У нас такая же картина. Какой карфагенянин, в жилах которого течет горячая кровь, не хочет отомстить римлянам за то, что те сделали с их народом? Чтобы осознать, что Карфаген стал его господином, Рим должен истечь кровью, как никогда прежде. Поэтому в армию забрали всех — до кого смогли дотянутся. В конце концов, надо же кому-то собирать урожай? Война может продлиться не одно десятилетие, как уже было на Сицилии. Мы не должны помирать с голоду! А Гамилькар двадцать лет назад истребил много тысяч ливийцев.
«Да уж, ситуация!» — подумал Кирилл. — «А хлеб — это же политика, важная часть Карфагенской Республики, и чем больше хлеба, тем больше политики. Допустимо ли вытаптывать сад, произрастающий золотыми цветами?» Но вслух он только произнес:
— Как и Ганнибал за последние годы иберийцев. У нас там происходит форменная мясорубка. А что насчет наемников?
— Откуда? В Киренаике их отродясь не было. В Египте Птолемеи, привыкшие к холе и роскоши, держатся только силами наемной македонской фаланги. Про коренных египтян ты сам все понимаешь… Если людям поколениями обламывать рога, то потом они уже будут рождаться безрогими. В старой Финикии жители, любимцы богов и наследники древних героев, не бойцы, иначе бы мы не отдали кочевым еврейским пастухам, детям Эдемской змеи, свой Ханаан, эту землю обетованную. Да и вообще, в огромной державе этих полубезродных выскочек Селевкидов, недостойных даже завязывать ремешки на сандалиях наших карфагенских аристократов, наследников тирской диадемы, сейчас не все спокойно. На восточных границах государства, перейдя Джейхан-реку, активизировались парфяне, переманив на свою сторону степных кочевников. Наемников с востока теперь у сирийцев не имеется. Селевкиды держатся на двух столпах: пятитысячной наемной македонской фаланге, и небольшом кельтском племени галатов, переселившихся в Малую Азию. Последние могут выставить десять тысяч ополченцев. Сами же арамеи, халдеи и прочие не знают с какой стороны у копья острие, выставь Мелех Вавилона хоть двухсоттысячную армию. Про балканских греков и говорить не приходится- их симпатии всецело на стороне Рима. Друг свинорылых греков каждый, кто контролирует моря!
— А что спартанцы? — высказал Кирилл свой зудящий вопрос, вопросительно сдвинув брови. — Они же со времен Зулькарнайна (Александра Македонского) наособицу от остальных греков. Так сказать в «оппозиции». А воины они отличные. Я понимаю что их там всего 5200 бойцов, но может можно нанять пару сотен инструкторов для моей частной армии?
— Типун тебе на язык! — явно возбудился Малх. — Кто это тебе сказал, что спартанцы хорошие воины? Наоборот, это же полное дерьмо! Эти силачи-мужеложцы, что силачи слабосильные, что бойцы никудышные. Качаются- качаются, а толку никакого! Еще бы, на пустой «черной похлебке» никаких сил не наберешься! Посмотри статистику победителей олимпиад за последние сто пятьдесят лет, там нет никаких спартанцев. Из поколения в поколение это исключительно наши земляки — сицилийские или южноиталийские греки. И все потому, что едят мясо, оттуда и силы. В некоторые годы все чемпионы Олимпиад родом исключительно из южноиталийского Кротона.
— Спорт спортом, но ведь спартанцы ничем больше не занимаются, только войной, — возразил Кирилл.
— И бьют их все кто не попадется! Все что было — то давно прошло. И развеялось дымом. И слава, и тупое самомнение, и бычья, не умеющая хитрить сила покорно легли под сандалии фиванцев, македонцев и прочих, догадавшихся, что побеждают не только силой, но и умением. Дармоеды! Даже правило появилось — у кого спартанцы, тот и проиграет войну! Спартанцы только и умеют что сечь друг друга плетками и потом наяривать в задницу. А на поле боя ничем себя не проявляют. Читал «Анабазис»? В Персии Кир опирался на спартанцев и потерял голову! А его горе-воинство персидские пастухи гнали плетками по голым задницам до самого Черного моря! Только пятки сверкали. А Египет? Попытался с помощью спартанских наемников сохранить свою независимость. Тебе напомнить где и как погиб знаменитый спартанский базилевс (царь) Агессилай? И где теперь «малик-маликим», фараоны Верхнего и Нижнего Царств? Да что там говорить! Достаточно вспомнить, как сто лет назад в Сицилии греки воевали с Карфагеном. Когда они нанимали спартанцев, то быстро потеряли все свои территории и в итоге оказались заперты в осаде за крепостными стенами Сиракуз. И только когда сиракузяне вместо спартанцев набрали кельтских наемников, что на голову выше обитателей наших мест, они начали побеждать и чуть было не захватили нашу половину Сицилии. Слава Ваал Сафону, что Совет Тридцати Карфагена вовремя спохватился и тоже нанял кельтов, в чьих жилах течет кровь демонов, вместо кампанских наемников из Италии. Более того, когда безграмотные пастухи из соседней Ахайи чуть было не захватили Спарту, только отряд кельтских наемников, посланный сиракузским тираном Дионисием, отбил атаку. А так бы не было уже никакой Спарты. Плохая идея, забудь!
Вот так и рушатся легенды! Похоже, что знаменитая битва в Теплом ущелье (при Фермопилах) в реальности проходила по следующему сценарию….
Знаменитый царь Леонид сидит на камне и пилит пилочкой ногти. К нему подбегает офицер и докладывает:
— Царь Спарты! Огромное персидское войско приближается к границам Эллады!
Леонид, спокойно продолжая обрабатывать свои ногти:
— Пусть приближаются!
Спустя некоторое время…
— Царь Спарты! Персы захватили всю северную Грецию!
— Ничего страшного….
Прошло еще несколько дней….
— Царь Спарты! Лев Пелопоннеса! Персы подходят к Фермопилам!
— Отлично! А то я уже их заждался. А среди персов много блондинов с голубыми глазами?
— Ни одного!
— Как ни одного? Что же это такое получается? Спартанцы! Бей их!
Наступил январь 218 года до н. э. Все это время прибывший в Гранаду Кирилл интенсивно работал. Поскольку пушки у него с ходу не задались, парень упорно занимался электричеством. Здесь, в античной древности, электричество прекрасно известно. Многие знают, что если сильно расческой причесывать волосы, то к расческе будут липнуть маленькие и легкие предметы. А в темноте будут видны при причесывании даже небольшие искорки. Из той же оперы, если шерстяной тряпочкой натирать кусок янтаря. Многие помнят по школе физическую машину, где крутишь ручку — вентиляторы вееров натирают штыри и в итоге между ними проскальзывает маленькая молния.
Кроме того, в Карфагене хорошо известно, что если на краю пустыни Сахара в песок воткнуть бронзовый столб, то после сильной песчаной бури, песчинками его так наэлектризует, что если коснешься металла рукой, то тебя так долбанет- обосраться можно!
А еще есть примитивные кислотные аккумуляторы, «багдадские батареи», известные со времен древнего Египта.
Так что Кирилл работал сразу по всем направлениям. Цинк и свинец с кислотами у него есть, так что успешно создавались керамические аккумуляторы. Параллельно делалась ручная динамо-машина. Естественно лились из гибкой меди провода, затем они изолировались тряпками, пропитанными льняным маслом. На солнце это масло постепенно полимеризовалось, получалось что-то вроде клеёнки. Тут надо заметить что у растительного масла, даже у оливкового это обычный недостаток — на солнце с течением времени оно полимеризируется и густеет. Но тут этот недостаток пригодился.