– Бежим! – крикнул кто-то в рубке – и рыцари помчались к шлюпкам. Их объял глубокий, пожирающий рассудок ужас. Симон ди Элуна остался сидеть, бессмысленно глядя, как гибнет его флот. И вот уже последний бронированный крейсер падал, разрубленный на части. Грандмастеру казалось, что он видит даже крохотные фигурки людей, выпавшие из распоротого брюха корабля. Тогда он заставил себя встать, пристегнуть меч и пойти навстречу колоссу Рика. Он, словно сомнамбула, шагал к нему в пустой рубке.

«Скорбь» приближался, заполняя горизонт… и сильная рука легла на плечо грандмастера. Погруженный в оцепенение Симон не слышал, что кричит ему Андре, но брат Алексы буквально силой усадил старого рыцаря в украшенную золотом личную шлюпку грандмастера, задраил люк и дернул рычаги. Симон сидел в оцепенении. Какая теперь уж разница – умереть или жить…

Золоченая шлюпка вылетела из недр судна и мгновением позже алые молнии обрушились на беспомощный флагман Ордена. Люди в Фиоре стояли на крышах, на балконах и улицах, заворожено наблюдая, как молнии рвут черный гигант на куски. Затем нос «Скорби» на полном ходу врезался в «Правосудие» и судно рухнуло громогласной грудой металла. Легкие дирижабли Эгиды пытались укрыться в облаках, но гигант легко догнал их и уничтожил. Рик увлеченно преследовал врага. На губах его играла улыбка.

Спифи жутко было смотреть на Наставника. Шакти стояла в глубокой задумчивости, затем пожала плечами. Несколько десятков уцелевших истребителей Эгиды удирали, хотя у них не было ни малейшего шанса дотянуть до границ империи без погибших дирижаблей-носителей. Рик кропотливо выловил их все до единого, явно наслаждаясь хорошо проделанной работой. А затем повернул «Скорбь» к флоту мафуров.

И тогда горожане и экипажи Клуба разразились оглушительной бурей восторга, поняв, наконец, кто управляет кораблем. Крейсера мафуров поспешно уходили в тучи, бросив крепость Мадара. С нее стартовал поток спасательных шлюпок. Рик ловким маневром, явно наслаждаясь легкостью хода титана, обогнал крейсера и вышел им наперерез, уничтожая флот Плавучей империи корабль за кораблем. Неудачник созерцал это, меланхолически шевеля усами. Покончив с флотом, «Скорбь» застыла перед Мадарой. Орудия крепости поворачивались к древнему судну. Мафуры готовы были дать бой.

Рик широко улыбался.

– Ты не посмеешь, низший, – голос Ксарна прозвучал уверенно и повелительно. Он стоял во вращающихся кольцах наномашин, гордо выпрямившись.

Рик повернул к нему голову.

– Кто же мне помешает?

Ксарн усмехнулся.

Миг – и от движения его пальцев кольца распались и спрессовались в сотню осколков! Загрохотали выстрелы Шакти, Катоны и их людей, но мафур ловко перекатывался, легкими движениями пальцев швыряя смертоносные осколки. Всадники бури падали. Прямо перед Спифи медленно, словно бы удивленно, сел массивный человек в мехах, проткнутый сталью. Спифи бросился на пол. Выстрелы прекратились, и он рискнул поднять голову.

Ксарн стоял, улыбаясь, перед ним висели в воздухе Катона и Шакти. Могучая леди-ас стремилась вырваться, дрожала от напряжения и ярости – и не могла пошевелить ни единым мускулом рук и ног!

– Ты осознал свое ничтожество, человек? – голос Ксарна был нежно-сладок.

Рик глянул на него и сказал устало.

– За жизнь каждого из этих двоих я заберу миллион мафуров.

Голограмма Неудачника поглядела на Рика с явным интересом.

Ксарн растерянно шевельнул усами, затем Катона и Шакти упали на пол, тяжело дыша.

– Ты не посмеешь… – сказал князь не совсем уверенно. – Это наш мир…

– Ваш, – кивнул Рик. – Но и наш тоже. Вам, высокомерным и ограниченным… провинциалам не помешало бы уже это заметить. Мир давно не тот, что во времена Великолепия – поймите вы это!

Ксарн яростно фыркнул.

– Провинциалам! Мы – светоч культуры! Это вы – мерзостные насекомые…

Рик страдальчески скривился. Он любил и ценил высокую и изысканную культуру мафуров и не один год положил, пытаясь наладить дружественные контакты с первыми обитателями планеты.

Ксарн шипел.

– Вы – мерзостные! Как ты, чьи предки все нам испортили, смеешь указывать высшим…

Рик вздохнул.

– Да что мы вам испортили? – ответил он устало. – Люди прибыли в ваш мир через полторы тысячи лет после Неудачи. Мы и мафуры почти не встречаемся, болезни наши вам не страшны, чужие идеи – не принимаете… и рыба ваша нам не нужна. Чем люди мешают мафурам?

Рик невольно повысил голос. Затем он замолк, успокоился, а потом спросил очень вежливо.

– Может быть, кое-кто все же сваливает на нас собственные промахи, а?

Тут засмеялся Неудачник. Усы его шевелились, горло издавало радостные шипящие звуки.

– Как же, они… испортили… сами вы, бестолочи, все давно погубили! И боитесь признаться в этом даже себе! Три тысячелетия назад я дал вам шанс пойти по новому пути. Но вы снова отважно полезли по той же лиане! Веками я наблюдал, как угасает моя раса… – И он закончил скромно.

– Будь моя воля, стер бы вас и начал все заново.

Ксарн не ответил. Уши его шевелились быстро-быстро, он тяжело дышал.

– Враг! Разрушитель! Да не может быть прав Неудачник! – рев его заполнил рубку.

И с отчаянным криком – Умри! – Ксарн бросил все силы на Рика. Прогнулось и задрожало силовое поле вокруг пульта. Ксарн обрушивал на врага новые и новые чудовищные удары, воздух словно наполнился электрическими разрядами; Спифи вжался в пол, Шакти отползала подальше от бушующего мафура.

Силовое поле ходило ходуном, готовое рухнуть…

Рик коснулся одной из клавиш. Экран ослепительно засиял… Когда изображение снова возникло, лишь обугленные обломки Мадары падали в уходящее море.

Ксарн застыл.

– Ты. Посмел… активировать Орудие Погибели!

– Это вспомогательная турель, деревенщина, – прокомментировал Неудачник.

– Ты… мерзкий… – Ксарн сделал шаг к полю. – Мерзкий умник… Сдохни!!!! – поле задрожало и выгнулось, словно шатер под напором урагана. В рубке рос звон на грани человеческого слуха. Поле начало мигать.

– Сдохни, Неудачник!!!! – бешено орал Ксарн. Вдруг ноги его подкосились.

Мафур медленно начал оседать на пол. На лице его застыла ошеломленная гримаса. Прошло немало времени, прежде чем Спифи рискнул подобраться к нему и коснуться руки.

– Пульса нет, – сказал он довольно неуверенно.

Неудачник клокотал смехом.

– Неудачник… Это он неудачник… у него лопнул сосуд… ох уж мне этот лучший Охотник поколения… – голограмма вертелась вокруг себя от смеха. – Пафосный неудачник… – мафур отсмеялся еще не скоро.

Рик устало проковылял от пульта и сел на корточки около Шакти.

– Жива ты?

Старая дама кивнула, все еще тяжело дыша.

Рик улыбнулся и потрепал ее по руке. Катона кряхтел на полу.

– Что… дальше? – Спифи вскинул голову, уловив в голосе Шакти беспокойство.

Рик задумчиво поглядел на пульт. Затем он резко поднялся с корточек.

– Мы разгромили флот Эгиды. Но дело еще не кончено. Я поведу корабль на север… и буду выжигать их, пока есть кого! Меняющимся землям нужен тот, кто возьмет в руки их дела.

Спифи ошарашено замер.

Как… Великий человек… хочет…

– Эгида долго угрожала моим родным землям, – продолжал Рик. – Пришла пора остановить ее. Раз – и навечно!

Герти изумленно смотрела на гиганта, уничтожившего великие флоты, словно гонимые ветром щепки. Она глубоко задумалась. Ноги сами принесли ее в ангар; идея появилась мгновенно, также как и уверенность в том, что она действует правильно. Девушка, быстро оглянувшись, оседлала легкий «стрекозел», ждавший с ключом в замке очередного гонца, двинула рычаги и вылетела из ангара. В общей суматохе никто этого не заметил. Герти взяла курс на далекий гигант. Ветер ожесточенно трепал ее короткие волосы. Чем ближе она подлетала, тем безнадежнее казалось ей затея – как отыскать Спифи внутри такого колосса? Медленно облетая корабль, она заметила широкий карниз, а там… Боги! Фигура человека! Это была Алекса. Девушка-рыцарь стояла, держась за стену, и беспомощно глядела в чистое небо. Глаза ее потухли. Она была так измучена, что даже не удивилась, увидев Герти.