Леди-капитан взглянула на друзей грустно.
– Луна… предательница… – она потянулась за новым стаканом. Бармен-каапи шустро отодвинул его. Шакти сурово взглянула на него. Каапи пожал ушами и невозмутимо вручил стакан ей.
– Я ее еще… вот такой помню, – добавила потерянно Шакти, проводя рукой где-то на уровне стойки.
– Миссис Шакти, – деликатно начала Чиппи. – У нас очень важный вопрос! Ваш дед видел легендарный корабль «Скорбь»?
– Чушь! – Махнула рукой старая леди. – Дед и правда о том рассказывал, но под старость он пил сому, как сапожник… – она критически оглядела пустые стаканы, выстроившиеся перед ней в длинный ряд, – а вовсе не так умеренно, как я! «Скорбь» – детская сказочка! – закончила она. – Я хожу в небе уже восемьдесят девять лет, но никогда не видела даже тени этого судна.
Друзья приуныли.
– Зато я его видел, – заметил, как бы между делом, Рик Мортон, подсаживаясь к ним.
Все воззрились на него.
– Рик! – сказала Шакти осуждающе.
Тот вздохнул. – Я сегодня не в том настроении, чтобы глупо шутить… я видел корабль-легенду, хотя и не в небесах. А в чем дело?
Алекса и Чиппи рассказали ему.
Рик стал очень серьезен.
– Если так… Все может обернуться по-настоящему плохо, – он замолк. – Вы молодец, мисс Чиппи!
Щеки Чиппи слегка заалели.
Рик замолк, словно погрузившись в темные глубины памяти.
– Как-то раз, – начал он негромко, – я обследовал руины дворца Пятой династии мафуров. Он был давно разграблен, но под дворцом я нашел замурованный вход. Мы… с Луной вскрыли его и обнаружили что-то вроде убежища… Подземное жилище, куда ушли последние мафуры, и тех, кто уцелел в катастрофе, что погубила их древнюю цивилизацию больше чем за десять веков до прибытия на Ахилию людей. Внизу были сводчатые залы, каменная мебель… и кости… Я никогда, ни прежде, ни потом, не видел столько мафурских костей… – Рик замолк, задумавшись. – А на стене сияли фрески – мафуры, даже понимая, что им и их цивилизации предстоит умереть, не могли отказаться от искусства. Там были изображены города – прекрасные города, что стояли на этой планете до катастрофы… Башни, воздушные дворцы… А потом – тучи… Стена черных облаков от земли и до неба…
Друзья слушали, затаив дыхание.
– Тучи надвигались и сносили башни городов, как теплое масло… С небес падали обломки луны… Люди считают себя специалистами по части разрушительных войн, но, по-моему, мафуры оказались далеко впереди. – Рик замолчал. – А в конце зала была последняя фреска – незаконченная. Тучи расходились над руинами, и из них появлялся корабль – огромный, словно гора, с шестью белоснежными крыльями… Корабль, который уничтожил мир мафуров. Думаю, его мы и знаем, как «Скорбь»…
– Легенды северных мафуров рассказывали о древнем божестве, которое некогда уничтожило рай, и до сих пор сожалеет о том… – прошептала Алекса.
Рик кивнул.
– Возможно, это и есть «Скорбь». Если мафуры хотят снова завладеть этим кораблем и использовать против человечества…
– Нам надо остановить их. Вот и все! – и Шакти твердо поднялась с места. Рик серьезно кивнул.
Этим вечером Спифи сидел за столом в каюте, пытаясь вспомнить все, что знает о мафурах. Этот древний, высокомерный и мудрый (если, конечно, мудрый народ может презирать другие) вид обитал на Ахилии задолго до того, как планета получила это имя. Сами мафуры называют родной мир Мафф-ра. С древности они обладали чудесным даром вероятностной магии, умели менять материю по своему желанию, и выстроили причудливую и великую цивилизацию. Но более чем за тысячелетие до прибытия людей ее постигала… Неудача. Так мафуры называют эту катастрофу.
Высокомерные, горделивые и нетерпимые к поражениям, мафуры не сочли нужным посвятить чужаков в детали тех событий. Люди нашли лишь руины их дворцов и городов, век за веком сопротивляющиеся ярости Титании. К югу от Меняющихся земель в Экваториальном океане кочуют города-корабли уцелевших мафуров, составляющие гибкую Плавучую империю. Мафуры нынешних дней горды и презрительны ко всему, кроме своих стародавних достижений и охотно глядят на людей сверху вниз из-за того, что человечество не в состоянии повторить их чудесные древние фрески и статуи.
Народ этот ценит изысканные удовольствия, которые дают искусство, интеллектуальные споры и ученость. Зато мафуры презирают тех, кто работает руками. Из-за этого даже технологию строительства аэростатов гордые жители планеты переняли у людей. Такая мелочь, впрочем, нисколько не уменьшила их пренебрежения к пришельцам. Говорят, что Неудача отбросила северные племена мафуров к дикости, и они жили кочевыми кланами в холодных регионах, не рискуя даже брать в руки железо, покуда Эгида не истребила их как Нечистый народ. Да… Спифи взглянул на лист бумаги, на котором записывал свои знания. Негусто получилось.
* * *
Следующие дни были заполнены делами, словно лента пулемета – патронами. Шакти и Оя улетели выслеживать Луну, а остальные непрерывно обсуждали планы противостояния мафурам. Клуб, со всеми его учениками, подмастерьями, связями и авторитетом готовился заклинить шестерни войны. Капитаны разлетались в ближние и дальние города, щедро распространяя информацию о договоре мафуров и Фиоры и разъясняя правителям и народным собраниям, чем он опасен для всех земель Элинии. После многочасового совещания с председателем Иоганном и Риком принц Наут отправился в саму Фиору. Как лучший дипломат Клуба, он имел немалый опыт придворных интриг. Те, кто оставался на базе, перебирали двигатели, проверяли оружие, пополняли припасы – всем было ясно, что грядущую бурю вряд ли удастся развеять одной лишь дипломатией. Как Спифи было жаль, что Герти не видит всего этого! Он с удивлением понял, что частенько вспоминает ее, если выпадет свободная минутка.
Единственное, что Клубу пришлось забросить – поиски «Короны океана». Исчезнувший лайнер за свой счет искала только капитанша-каапи. Спифи от души желал ей успеха. С его богатым воображением он слишком ясно представлял, как страшно пассажирам лайнера дрейфовать на несправном дирижабле где-то над незаселенными землями.
Вскоре юноша прижился в Клубе асов. Он невольно узнал многосложные подробности отношений капитана Оя с шестью девушками его экипажа, а также двенадцатью барышнями, в команду не входящими. Оя сам, похоже, не мог разобраться, кто нравится ему больше; дело осложнялось тем, что среди его японок двое были близняшками, и Оя их путал. А вот с Вероятностным Анни Спифи так и не смог познакомиться. Да, в общем, и не удивительно – они ели в одной столовой, жили в одном коридоре и читали в читальне Клуба один и тот же журнал «Ветер приключений». В случае Вероятностного Анаксимандра это почти на сто процентов гарантировало, что они не увидятся. Анни был удивительным человеком, чей коэффициент невероятности почти равнялся единице. Коэффициент невероятности – показатель, который используют, чтобы определить, как часто с человеком срабатывают закономерности статистики – такую информацию очень ценят вероятностные чародеи[9]. У обычного человека коэффициент невероятности равен 0,05-0,3 – то есть он встречает по утрам на лестнице собственных соседей, не может пересечься в магазине с королем, а в казино выигрывает разве что случайно. У очень везучих людей коэффициент невероятности – 0,4–0,5, и их в игорные залы стараются не пускать.
Анни был вероятностный уникум – к своим одиннадцати годам он подбил четыре больших военных аэростата, причем потратил на это три бомбы: одна из них, взорвав запасы топлива в ангаре пиратского авианесущего дирижабля, разбила осколками еще и двигатель соседнего крейсера. Ходили слухи, что однажды Анни вообще случайно сел в кабину истребителя, случайно взлетел, случайно влетел во внутрь пиратской воздушной крепости… но Спифи в это не верил – такого ни при каком коэффициенте невероятности не бывает!
Анаксимандра нашла мисс Чиппи – она проводила исследования магического поля и наткнулась на колоссальное возмущение в вероятности. Центром его был Анни, который в восемь лет трижды выиграл гладиаторские бои в пиратском городе Кумар. Рик и Луна – тогда они еще работали вместе – выкрали Анни из рабства, и мисс Чиппи всерьез хотела сделать из него Избранного Чародея из знаменитого Вероятностного пророчества. Но оказалось, что Анни ни в коей мере не владел магией – скорее всего именно потому, что для человека его типа талант чародея был более чем ожидаем. В конце концов, Клуб нанял его внештатным пилотом для невыполнимых заданий. Председатель Иоганн сперва возражал против того, чтобы записать в боевую эскадрилью ребенка – но Чиппи убедила его. Что можно придумать более ожидаемого, чем гибель Анни в воздушном бою? Следовательно, ничего страшного с ним не случится!
