На этот пассаж Рикардо предпочёл пока не отвечать. «Возможно, он банально подводит к взятке за то, чтобы сделать более положительное заключение для AISA. Но есть вероятность более сложной игры. Лучше позволить ему высказаться» — быстро сделал вывод ИИ-ассистент. То же самое подсказывало Рикардо и его врождённое чутьё. И он позволил собеседнику продолжить.
— Это так. Нравится нам это, или нет, — подытожил астроминералог, пожав плечами и бессильно разведя руками. — Но всё это не так уж важно. Ведь я знаю, где сокрыта настоящая «золотая жила».
Подчеркнув значение своих слов небольшой театральной паузой, он продолжил, склонившись в сторону Рикардо, снизив тембр голоса и почти перейдя на таинственный шёпот:
— Я знаю, как создать новый рынок, о самой возможности существования которого никто пока ещё даже не подозревает. Я вижу нишу, которую пока ещё не видит никто, сеньор Гизу. И эту нишу вы никому не захотели бы отдавать, если бы знали о ней. Поверьте мне.
«Вновь подтверждаю, что он искренен, либо под воздействием специальных препаратов» — мгновенно оценил сказанное гостем ИИ-помощник. — «Между тем, вероятность реального обладания им столь значимыми данными представляется невысокой».
Устав ходить вокруг да около, Рикардо произнёс:
— Оставьте пафос, Эспозито, и давайте к делу. Где она, эта ваша «тайная ниша»?
— Вы узнаете об этом, — заверил тот. — Как только мы оформим все бумаги. У меня, к счастью, всё подготовлено.
Едва были сказаны эти слова, Рикардо весело усмехнулся. «Неужели всё настолько банально?!» — подумал он мысленно.
— Бог с вами, приятель! — воскликнул он насмешливо, оставив вежливый тон. — Неужели вы действительно считаете, что подобный трюк может сработать?
«Вероятность столь прямого мошенничества, учитывая досье Эспозито, крайне маловероятна» — между тем, не согласился с интуитивной реакцией владельца ИИ-помощник. Эспозито же из-за реакции на его слова ничуть не смутился.
— А почему бы, собственно, и нет? — полюбопытствовал он. — В чём, позвольте спросить, предполагаемый вами «трюк»? Давайте рассуждать конструктивно. Я не мошенник, пришедший к вам с улицы. Вы можете легко убедиться, что я 25 лет проработал на энергорынках. Я сотрудничал с крупными игроками — вначале как наёмный работник, затем как владелец собственной консалтинговой компании. И я ни разу не показал себя ненадёжным партнёром.
«В целом это подтверждается» — сделал мгновенное резюме ИИ-помощник. Эспозито, тем временем, продолжил:
— Если вы думаете, что я сейчас попрошу аванс — отнюдь. Всё, что мне нужно — это гарантия того, что я получу справедливое вознаграждение за то, чем собираюсь поделиться. Мы оформим всё как полагается, и совершенно конфиденциально. Если я не сдержу слова — то не получу ни единой акции. А вы, если пожелаете, без зазрения совести сообщите о моих проделках в AISA, и разрушите мой консалтинговый бизнес. Если же вы убедитесь, что я был прав — по этой конфиденциальной договорённости, о которой будет известно лишь нам двоим, мне будет принадлежать 5 % от вашего пакета акций компании «Терра Нова», в которых я очень заинтересован, так как прибыль компании я собираюсь многократно приумножить. Я понимаю, что этот пакет будет значительно размыт в результате последующих дополнительных эмиссий, как, собственно, и ваш. С этим я покорнейше смирюсь. Это очень мало в сравнении с тем, сколько мне стоило бы запросить. Но я отлично понимаю, что на большее вы не согласитесь. Так что скажете?
Чем дальше заходил гость в своей речи, тем шире становилась ироничная улыбка на лице Рикардо. Он готов был уже высказать всё, что думает. Однако он удивлённо осёкся, когда в его голове прозвучало предостережение искина: «В его словах есть рациональное зерно. Это стоит рассмотреть».
«Да какого хрена?! Неужели ты действительно веришь, что он может предложить что-то стоящее?!» — недоумённо запротестовал Рикардо.
«Существует около 30 % такой вероятности».
С некоторым опозданием, переварив услышанное от искина, бразилец нехотя настроился на нужную волну и молвил нарочито пренебрежительно:
— Я и на такое никогда бы не согласился. Если бы я услышал не о 5 %, а о 0,1 % от моего пакета акций, это и то показалось бы мне лишь немного меньшим безумием. Откровенно говоря, я слушаю вас лишь из праздного любопытства. И оно скоро иссякнет.
— А что вас так беспокоит в моём предложении? — рассудительно поинтересовался предприимчивый специалист по минералам. — С какой стороны ни посмотри, для меня эта сделка сопряжена с бо́льшими рисками в случае неудачи, а вам сулит бо́льшую потенциальную выгоду в случае успеха. Уверен, что ваш нейропроцессор достаточно совершенен, чтобы провести SWOT-анализ и другую экспресс-аналитику прямо сейчас, и сделать правильные выводы. Мы ведь деловые люди, сеньор Гизу. И руководят нами отнюдь не эмоции, верно? Я не стану умолять вас согласиться. И не стану торговаться. Я запросил самое меньшее, что могло бы меня устроить в такой ситуации. И это — хорошее предложение.
— Знаете, я вот пытаюсь припомнить, когда в последний раз встречался с такой дерзостью. Но затрудняюсь.
— Дерзость иногда необходима, чтобы перешагнуть барьеры и условности, мешающие двигаться к цели. Вы и сами проявляли её неоднократно во время вашего стремительного восхождения на вершины бизнеса. Не верите, что я собираюсь предложить нечто достойное? А может, считаете, что отыщете возможность, о которой я говорю, без моей помощи? Если так — это ваш выбор. Колумбийское сердце в моей груди тянется к латиноамериканским корням «Терра Новы» и заставляет желать работать именно с вами. Туда же зовёт меня и моё преклонение перед гением вашего отца, и симпатия к вам. Но, если не останется другого выхода…
«И снова, похоже, он не лгал» — определил искин. — «За исключением того места, где он говорил о склонностях и симпатиях. В своей социальной активности он не проявлял ни значительного патриотизма, ни значительного интереса к вам и вашему отцу».
— Думаете, я поверю, что национальный вопрос или какие-то личные симпатии имеют для вас значение, Эспозито? — насмешливо фыркнул Рикардо. — Давайте не будем устраивать тут представление.
— Что ж, каюсь. Вы, конечно, правы, — без особой борьбы разоружился перед этим разоблачением Рамон. — По долгу профессии я давно уже стал космополитом и утратил всякую сентиментальность. Я одинаково готов сотрудничать с арабами, евреями, американцами, индусами, русскими, японцами, китайцами, хоть с инопланетянами. Уверен, кто-то из них точно не упустил бы возможности и оценил бы все преимущества от такого партнёрства. Но всё ещё тешу себя надеждой, что вести с ними переговоры мне не придётся.
Некоторое время в кабинете царило напряженное молчание. Гизу колебался между желанием немедленно вышвырнуть этого наглеца за дверь, и азартом, который невольно вызвал в нём необычный разговор. Рикардо не был склонен слишком сильно поддаваться эмоциям, и склонялся к тому, чтобы поступить рационально. Однако было кое-что, что не позволяло ему послать Эспозито к чертям, несмотря на весь свой скепсис.
«На основании SWOT-анализа делаю вывод, что согласие на это предложение является оптимальным выбором» — заключил искин.
— Ну так что, взглянете на контракт? — осведомился Рамон, от которого не укрылись колебания Гизу. — Если нет — я уйду по-хорошему, без охраны.
Ещё несколько секунд миновали в наряженном молчании, прежде чем Рикардо, с недоверием глядя на расчёты, услужливо преподнесённые ИИ в его дополненную реальность, изрёк:
— Мой ИИ-помощник проанализирует и отредактирует контракт. Так что заложить туда каких-либо мин — не получится. Да и не следует. Любую попытку обмануть меня я буду расценивать как объявление войны.
— Ну разумеется. Я не так глуп и самонадеян, чтобы играть с вами в такие игры, сеньор Гизу.
«Удивительно, что я ведусь на это» — в последний раз отметил про себя Рикардо, прежде чем поставить в размышлениях точку, и больше не возвращался к своим сомнениям. Следующие несколько минут, будто предыдущего разговора и не было, они провели в кратких, но ёмких переговорах, по ходу которых искусственный интеллект мгновенно вносил правки в проект соглашения. По завершению, после последних раздумий — оба засвидетельствовали его своими подписями.