— Итак, мы с вами знакомы в двух качествах, сеньор Эспозито, — произнёс Гизу, повернувшись и уставившись внимательным взглядом на собеседника. — Во-первых, с недавних пор вы работаете на принадлежащую мне компанию «Терра Нова». Во-вторых, вы продолжаете поддерживать ваши давние и тесные деловые отношения с принцем Саидом аль Мактумом, главой AISA, и в определённой степени представляете AISA как потенциального инвестора компании «Терра Нова».
— Я не уполномочен официально действовать от лица AISA. С 2111 года я не работаю там, и возглавляю собственную частную компанию, которая предоставляет консалтинговые услуги. Не отрицаю, что AISA являлось всё это время моим основным клиентом.
— Давайте оставим юридические формальности. Я всё же должен знать, в каком качестве и по чьему поручению вы находитесь здесь сейчас.
Пока он говорил, Рамон Эспозито не спеша закуривал, сосредоточенно поджигая сигару по всем законам этого вымирающего снобистского искусства.
— Я здесь по собственной инициативе, сеньор Гизу, — наконец заговорил он. — Этот вопрос не касается AISA, и я тут не по их поручению.
Эти слова были произнесены с достоинством и даже некоторым пафосом, который казался не вполне уместным со стороны человека довольно мелкого в сравнении с собеседником. А поскольку умение чувствовать своё и чужое положение и вести себя соответственно им было качеством, которое Рикардо Гизу считал абсолютно необходимым в бизнесе, тон гостя вызвал в нём некоторое недоумение.
— В таком случае, — сказал Гизу, придав своему тону больше твёрдости. — Должна существовать крайне серьёзная причина, по которой вы прибыли сюда без предупреждения, вместо того, чтобы обсудить ваш вопрос с президентом «Терра Нова» или, в крайнем случае — с моей сестрой. Не подумайте, что благополучие моих работников и подрядчиков не беспокоит меня. Но, владея большим бизнесом, и не одним, приходится эффективно управлять временем.
— Дело в том, сеньор Гизу, что этот вопрос не касается менеджмента «Терра Новы». И обсуждать его целесообразно лишь лично с вами.
— Неужели? — нахмурив брови, спросил у Эспозито миллиардер. — И что бы это мог быть за вопрос?
— Я бы хотел стать партнёром компании «Терра Нова». Войти в долю. Не непосредственно, конечно, а в лице принадлежащей мне оффшорной компании.
Заявление оказалось до такой степени неожиданным, что Гизу в первый миг замешкался.
«Это что, розыгрыш?!» — мысленно спросил Рикардо.
«Судя по внешним признакам, с вероятностью около 98 % он говорит искренне», — просканировав физиономию гостя, молниеносно отреагировал на его мысль искин. — «Если только он не принял перед разговором препарат, сдерживающий мимику».
— Не беспокойтесь, — поспешил заверить наглец озадаченного хозяина кабинета. — Моя наглость знает предел. Речь идёт лишь о 5 % от вашего нынешнего пакета акций. Также я бы просил о должности вице-президента, которая поможет мне достаточным образом принимать участие в управлении корпорацией.
Рикардо иронично улыбнулся, гадая, что стоит за этой дурацкой игрой. «Его сбережения и активы оцениваются приблизительно в 17,2 миллиона кредитов. Вероятность серьёзной погрешности — менее 10 %» — проинформировал искин, оперативно реагируя на размышления Рикардо. — «Разумная рыночная стоимость названного им пакета акций, принимая во внимание перспективы развития компании, должна составлять около 2,5 миллиарда криптокредитов. Маловероятно, что ему есть что предложить в качестве вклада такого размера».
Приняв эту информацию к сведению, Рикардо сдержанно ответил:
— Я, возможно, не знаю о вас чего-то, что мне стоило бы знать, Эспозито. Но со мной такое случается редко. Если у вас завалялось несколько миллиардов криптокредитов, которые вы успешно припрятали от глаз всего мира — я буду вынужден взять следующие свои слова обратно. Но пока ещё у меня создаётся впечатление, что вы тратите моё время напрасно.
— Увы, миллиардов у меня пока нет, — с картинной досадой цокнув языком, признался Эспозито, продолжая дымить сигарой. — Вы ведь знаете, я не играл до сих пор в высшей лиге. Всю свою карьеру я помогал приумножать состояние другим, а себе оставлял лишь гроши. К счастью, это дело легко поправимое.
Хитрое выражение его глазок, нарочитая неторопливость, сигара, как у Фиделя Кастро — из — за всего этого Рикардо ощутил, что начинает терять терпение.
— Я всё ещё жду момента, с которого этого разговор стал бы мне интересен. И ждать я буду недолго, — предупредил он.
Уловив прозрачный намёк в интонациях Гизу, гость наконец отложил сигару, устремил на Гизу внимательный взор и заговорил:
— Я прекрасно знаю, почему вы желаете работать с AISA. Вам нужны их инвестиции на постройку космического корабля. И вы надеетесь, что принц Саид решится на рискованное вложение в разведку и добычу полезных ископаемых на Земле-2, как его отец в своё время столь же рискованно инвестировал в добычу на Луне и геологическую разведку на Марсе. Вы — прагматичный человек. И на самом деле вы не верите, что добыча чего-либо, находящегося за двенадцать световых лет от Земли, может оказаться рентабельным делом. Но вы неплохо знаете Саида, зацикленность его семьи на космической добыче и слабость к разорительным мегапроектам, характерную для многих монарших особ. Именно поэтому вы любезно готовы отдать эту нишу на Земле-2 ему, вместо того, чтобы пытаться захватить её самому. Я всё изложил корректно?
«Не исключена провокация, подстроенная AISA, «Орионом» или неизвестной стороной, возможно с целью рассорить тебя с Саидом. Надо быть осмотрительным» — напомнил Рикардо ИИ-помощник о том, о чём он не забывал и сам.
— Если вы хотели сказать, что добывающая промышленность не входит в круг моих основных интересов — то это верно, и в этом нет секрета, — обтекаемо ответил Гизу на провокационный вопрос, а затем добавил в голос строгости, закрепив её соответствующим взглядом: — Но я предпочёл бы, чтобы вы выразили эту мысль, не выражаясь при этом непочтительно по отношению к моему другу и партнёру. А также к главе агентства, которое платит вам неплохие гонорары за ваш «консалтинг». При всём уважении, но эти интонации всё сильнее убеждают меня, что наш разговор целесообразно заканчивать.
— Позвольте мне вначале закончить, — попросил Эспозито, которого по непонятным пока причинам слова Гизу не испугали. — Я сказал, что вас не интересует добыча полезных ископаемых. Ведь вы — новатор. Вы предпочитаете запускать стартапы и открывать совершенно новые области, а не увязать в конкуренции на перенасыщенных существующих рынках. Мне известно, что вы потратили несколько миллионов кредитов на изучение рынка гелия-3, но в итоге решили не инвестировать в него. Знаю я и причину такого решения. Рынок занят очень крупными игроками, и без стартовых инвестиций размером в много миллиардов — в него не вклиниться. Даже если считать вас мегалодоном в мире бизнеса — этот рынок оказался занят плезиозаврами. Это оказался не ваш калибр. Говорю это без малейшего желания вас оскорблять.
«Мы всегда сознавали риск того, что консультанты могут слить эту информацию», — напомнил искин, ощутив негодование Гизу из-за озвученных Эспозито фактов, которые были верны, но не должны были быть известны посторонним.
— Я гляжу, вы и дальше со словами не осторожничаете, Рамон, — ответил миллиардер, сурово сдвинув брови. — Но лучше поторопитесь. Если мы не перейдём к делу в течение одной минуты — это может оказаться нашей последней беседой.
— Я понимаю, чем рискую. И всё же я верю, что говорю с человеком, который способен оценить воистину невообразимую возможность. Иначе меня бы здесь не было.
Сделав многозначительную паузу, заполненную глубокой затяжкой, и выпустив густой сигарный дым, Рамон выдал:
— Добыча традиционных минералов и даже редкоземельных элементов на Земле-2 не будет рентабельной. Я мог бы выдать это заключение прямо сейчас, и на этом моя работа на «Терра Нову» была бы закончена. Я также мог бы дать более оптимистическую оценку и приукрасить данные. Тогда, может быть, интерес AISA к вашему проекту продержался бы ещё некоторое время. Но в конечном итоге исход всё равно был бы таким же. Не я один умею считать цифры. А они довольно однозначны.