— Честно сказать, Миряна, — задумчиво почесала затылок Элизабет, — я не до конца пониманию, к чему вы изволите клонить, но у меня есть несколько мыслишек. Однако я их попридержу в себе до поры до времени. Пожалуйста, давайте пропустим увертюру и перейдём к самой сути, дабы у меня больше не возникло желания вспоминать чёрные пятна в своей не очень-то светлой биографии.
— Охотно, тем более, я уже узнала о вас предостаточно, — Миряна отодвинула пустую тарелку, после чего положила все четыре руки на стол и наклонилась поближе к чародейке. — Я хочу вам предложить должность мастера-чародея, входящего в Соту Альянса, — первую в истории дипломатическую миссию от лица Эльфийского Содружества, которую я хочу направить в Трикрестийскую империю для создания прочного мостика взаимопонимания и дружбы между нами, эльфами, и людьми. Это будет своеобразной прелюдией перед основанием полноценного посольства, частью которого вы в будущем можете стать, если пожелаете. Прежде чем отказываться, послушайте: ваша деятельность будет связана исключительно с людскими чародеями, колдунами, волшебниками и магами, прежде всего с Университетом Чародейства и Магии. В ваши задачи будут входить обмен опытом, налаживание связей с верхушками чародейской людской элиты, пропаганда эльфийских ценностей и, в свою очередь, приобщение к богатой и древней культуре Трикрестии. Знаю, уважающие себя чародеи терпеть не могут политику, опасаясь за свои карьеру и реноме, поэтому гарантирую вам полную аполитичность вашего чина. Это не приказ, Элизабет, а предложение, весьма выгодное и единственное в своём роде. И если вы спросите, то да, я хотела бы, чтобы эмиссаром-чародеем стали именно вы, та, кто уже жила и работала в Трикрестии и хорошо знакома с её жителями и порядками. Да, я прекрасно осведомлена о вашей прошлой жизни в империи, но, опять же, дело не в моих шпионах. Мне о вас рассказывала императрица Василиса Третья на Первом Всемирном Конгрессе, она до сих пор помнит вас, помнит, как вы работали в библиотеках столицы помощником императорского архивариуса.
— Серьёзно? — недоверчиво стрельнула глазами серокожка.
— Серьёзно. Императрица, которая в то время не была никакой императрицей, тепло вспоминала вашу личность, и, если увидит вас в составе Соты Альянса, несомненно утешится. Будем честны: никакие другие кандидатуры на сию должность меня не устраивают так, как ваша. Я даю вам на размышление день, Элизабет, завтра в полдень соизвольте посетить моё Древо и держать окончательный ответ, а сейчас попрошу оставить при себе ваши отказы или соглашения, основанные на сиюминутных порывах и впечатлениях. Подумайте хорошенько, ибо это отличная возможность укрепить свой авторитет в Содружестве, заслужить множество почестей, привилегий и регалий, оказать посильную помощь своему народу и народу людей, а ещё… Ещё вернуть Аврору на её исконные земли, к своим корням. Посоветуйтесь с вашей ученицей, госпожа чародейка, она смышлёна не по годам. А сейчас разрешите откланяться: дождь уже почти закончился, мне и моим никудышным спутникам пора в путь. Нашего дорогого берейтора ждёт и не дождётся пойманный единорог. До скорой, надеюсь, встречи, — Миряна оставила на столе горсть монет и торопливо удалилась из артели. За ней вышел один из звероловов, который до этого прятался в тени за деревянной колонной, на ходу затягивая ремень портупеи на пару дырочек и надевая на плечо лямку винтовки.
Элизабет подцепила вилкой последний кусочек рагу и отправила себе в рот. Всё её внимание было поглощено разглядыванием стены, где грибная плоть сморщилась в странную субстанцию, напоминающую летящего с распростёртыми крыльями двуглавого дракона. Причём вторая голова вырастала прямо под хвостом.
— И-и… — неуверенно начала Аврора. — И что ты думаешь по этому поводу?
Чародейка часто заморгала, отвела взгляд в сторону.
— Миряна права, мне не стоит прямо сейчас высказывать своё мнение относительно её предложения, лучше будет вернуться в башню и там всё обмозговать в привычной обстановке, — пробурчала серокожка, закрывая рот рукой. — К тому же мне очень интересно узнать и твоё мнение, крошка.
— Трикрестия не моя родина, я родилась в Камнекняжестве, а эти владения разделяет Коралловое море, — покачала головой девочка. — Но папа несколько раз говорил мне, что люди вышли именно из Трикрестии, что она их родовое гнездо, откуда мы расселились по всему Сикцу. Я… Я, пожалуй, тоже сейчас промолчу и всё тщательно обдумаю. Когда придумаю ответ, немедленно скажу тебе. Но… Не знаю. В эльфьих землях мне и вправду неуютно, здесь всё такое чуждое и столь незнакомое, что порой мне кажется, будто я провалилась в иное измерение, где упоминания о людях и их быте всячески и намеренно избегают, а самих людей характеризуют как паразитов, от которых надо избавляться. Ты добра ко мне, Владычица тоже добра ко мне, но этого явно недостаточно, чтобы я — человек — чувствовала себя в полной безопасности среди эльфов, дриад и эльфофей. И… Быть может, когда мы прибудем в Трикрестию, ты тоже окажешься на моём месте, тоже станешь изгоем, которого недолюбливают из-за иной природы, а мне не хотелось бы испытывать стыд за свой народ…
— О, про это можешь не беспокоиться, — вытерла губы манжетой куртки Элизабет и отодвинула от себя пустую кружку. — Я на своём веку, в отличие от тебя, повидала достаточно гнусных вещей, не переживай, я смогу постоять и за свою жизнь, и за твою, за наши достоинства и чести. И в Трикрестии, как уже сказала Владычица, я тоже успела побывать, когда… Работала в имперской библиотеке. В этой стране действительно терпимо относятся к эльфам, но только в столице и близлежащих землях. Там, где на самом деле существует власть императора, а не её иллюзия. Идём-ка домой, хватит на сегодня поисков Разломов, нам обеим нужно отдохнуть и хорошенько всё обдумать.
— Идём! — поднялась из-за стола Аврора и бесшумно задвинула за собой стул. — Спасибо большое, вы отлично готовите!
Белокожая черноволосая эльфийка в ажурном фартучке сложила костлявые ручки и поклонилась.
***
— Подожди меня здесь, — Элизабет выпустила холодную ладонь Авроры и быстро приблизилась к Владычице, которая возилась с упряжью своего скакуна. — Владычица Миряна, позвольте занять ещё несколько минут вашего времени.
— Прочь, — иллюмонка властно кивнула головой, приказывая охотникам-спутникам уйти из-под навеса конюшни. Когда эльфы с тихим ворчанием удалились мокнуть под дождём, Миряна обратилась к Элизабет: — Я слушаю.
— Владычица, теперь, когда мы наедине, расскажите всю правду о заготовленной для меня роли эмиссара-чародея. Налаживание дружеских отношений с имперскими магиками и магичками, изучение богатой на различные события истории Трикрестии, пропаганда эльфьих ценностей — миссии, несомненно, важные, но вы переоцениваете степень моей наивности. Что стоит на самом деле за всей этой показушной казуистикой? Кто я для вас на самом деле? Завербованный спящий агент? Шпион в тылу потенциального противника? Козёл отпущения? Лучше ответьте честно, потому что, если вы будете мне лгать, мне не составит труда вывести вас на чистую воду.
Владычица Миряна повернула к удрализке бледное, лишённое тёплого румянца личико, на котором ясно читалось удивление, смешанное с недоумением, и вдруг залилась жемчужно-детским хохотом, который обжёг Элизабет, словно кипящий жупел.
— Ах, Элизабет, Элизабет, я переоцениваю не вашу наивность, а вашу излишнюю паранойю. Для меня нет никакого профита плести грязные сети заговоров за спиной Василисы Третьей, потому что, primo, я действительно хочу наладить с ней тёплые отношения, строящиеся на взаимном доверии, secundo, я уже пыталась шпионить за ней, но особых успехов не добилась. Пятеро моих лучших шпиков погибли при попытках украсть засекреченные технологии: контрразведка империи являет собой образец идеального защитного механизма, который я не в состоянии вывести из строя или хотя бы перехитрить. Скандал удалось замять немыслимой ценой. Мне стоило огромных усилий убедить Василису в своих благих намерениях, и сейчас любая, даже самая незначительная, мизерная аберрация с моей стороны может привести к краху. Мне нужна Трикрестия. Нам нужна Трикрестия. Нам нужен союз, крепкий, зиждущийся на…