Корабль выстрелил перед собой одиночным, и через восемь километров лазерный заряд достиг противника, превратив в цветок из пламени.
– Вау, – выдал Тре. – Неплохо.
– Те двое быстро приближаются, – сказала Ланори. – Один – по левому борту, другой – по правому.
– Беру правого.
В очередной раз запели лазерные пушки. Ланори сделала «бочку», после чего запустила «Миротворец» строго в противоположном от Нокса направлении. Гравитационное поле ещё держало судно, неохотно отпуская. Корабль охватила тряска. Следопыт взяла на себя ручное управление нижней турелью и навела орудие к своему сектору, не забывая поглядывать на дисплей с координационной сеткой, где вскоре загорелся красным разделённый на четверти центральный квадрант. Ланори послала туда несколько очередей, но уже знала, что те не достигнут цели.
– Смотри! – вскрикнул Тре. – Вон они…
«Миротворец» хорошенько встряхнуло от плазменной торпеды, которая сдетонировала на расстоянии в полкилометра благодаря защитным системам корабля. Ланори накренила «Миротворец», подставив корпус взрывной волне, зная, что встречный огонь всё равно не поможет. Лишь затем она выровняла судно.
– Они все слева, – сказала она, активируя орудие. Пушка Тре вторила в ответ, и их лазерные трассеры сошлись на одной траектории.
Дисплей показал прямое попадание, вылившееся в новую вспышку.
– Да! – раздалось от Тре. – Ещё одного подбили!
– Последний делает разворот.
– Так погнали! Расстреляю его прямо в дюзы.
Ланори задумалась на миг, после чего отвернулась от удиравшего истребителя. Их разделяло уже тринадцать километров, и это расстояние стремительно росло.
– Нет времени, – возразила дже’дайи. – Да и смысла.
Тре молчал некоторое время, затем послышался вздох. Возможно, тви’лек выразил облегчение. И признательность ввиду того факта, что они остались в живых.
– Побудь там ещё недолго, – сказала Ланори. – Они могли передать сообщение на поверхность и вызвать подкрепление.
– Ага, – только и произнёс Тре.
Ланори приглушила комм. По правде говоря, никаких дополнительных врагов не предвиделось, поскольку следопыт заблокировала системы связи истребителей сразу же, как только увидела их. Но она пожелала воспользоваться свободной минуткой, чтобы побыть одной, успокоиться и раскрыть себя Великрй Силе со всеми умиротворяющими и укрепляющими возможностями, что та даровала.
Дже’дайи глубоко вдохнула и в последний раз взглянула на оставшийся внизу Нокс.
Даже издалека погибавший город-купол, звавшийся станцией «Зеленолесье», выделялся на поверхности планеты явственнее всего другого.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ. ПРИХОТЬ РАН-ДАНА.
Дже’дайи должны задавать себе пределы. Есть места, куда нам не следует идти, вещи, что запрещено совершать, возможности, к которым нельзя стремиться. У Великой Силы – невероятная мощь, но истинное преимущество дже’дайи – в знании, когда стоит использовать Силу, а когда – нет.
Мастер Шелл Мар, «Жизнь в равновесии». 7541 год по прибытию То Йоров.
Она гонится за ним по всему Талссу – в одиночку, без оружия, без припасов и без соответствующей экипировки – по тем следам, которые только может отыскать, делая всё возможное, чтобы ощутить его присутствие и его направление. Проходит целых три дня, прежде чем вычерчивается его примерный маршрут.
Ланори понимает: ей не следует просто бежать. С самого начала было необходимо дождаться Дам-Поул, странница даже успевает испугаться, что мастер припомнит ученице это иное решение. И всё же подозревать в убийстве Скотта Юна её точно не будут. А даже если и так, у неё ещё есть время, чтобы исправить положение.
Ланори делает всё от неё зависящее, чтобы избежать потери своего брата. Это словно не по-настоящему, как в кошмаре. Далиен – убийца! Момент, который навсегда изменил её жизнь, заставил окончательно повзрослеть.
Талсс – дикая, малозаселённая земля; чем дальше на юг, тем чужероднее становится местность. Неспроста у него есть второе название, Тёмный континент, и только теперь Ланори понимает, – почему. Спустившись с холмов, она попадает на просторную, даже безграничную равнину, на которой не растёт ничего выше талии человека. На мгновение такой феномен вызывает у странницы интерес, но следующие полдня движения по низменности проходят в борьбе со стихией. Первый же порыв ветра выбивает Ланори из колеи, в то время как самые мощные на её памяти воздушные потоки принуждают сгибаться в три погибели у ближайших небольших валунов. Редкий бурьян, что постоянно оставляет царапины и порезы на ладонях и голенях, вот-вот доведёт её до исступленной ненависти. Припадая лицом к земле, вжимаясь в поверхность посреди хлещущей всё тело высокой травы-осоки, Ланори ощущает, как из свежих ран течёт кровь. Она уже с трудом дышит.
Ланори пытается «измельчить» себя настолько, насколько возможно, за секунды найти самое надёжное укрытие в виде камня, и всё это в страхе за Дала, также движущегося сквозь шторм.
Она тянется к Далу Великой Силой. Он – где-то впереди, его разум пребывает в смятении. Такое ощущение не покидает Ланори с самого Энил Кеша, но она не знает, является ли такое состояние брата уловкой, результатом притворства. Дал тоже неплохо изучил хитрости сестры, и потому поймёт, как именно она попытается настигнуть беглеца. Возможно, вот в чём кроется наиболее существенный его козырь.
Перед самыми сумерками ветра начинают ослабевать, и тогда Ланори вскакивает и спешит дальше. Хочется пить, есть, а ещё становится холодно. Луговая осока покрывается сверкающим инеем, и теперь равнина будто усыпана драгоценными камнями – по всем направлениям, куда ни глянь, низина переливалась сиянием. Красиво… особенно, если пробираться через море такого природного серебра.
Ради меня, Дал, остановись, – эту мысль она прокладывает перед собой так далеко, насколько способна. Неизвестно, доносится ли до цели импульс.
Странница приходит к выводу, что место его назначения – Старый город. Вот где жили настоящие тайтонцы, – так говаривал братишка. О поселении или о его жителях имелось столь мало информации, что Ланори не могла тогда поспорить, в то время как Дал в романтическом духе описывал потрёпанные руины, пирамиды, а также неисследованные бездны городских пещер и каналов. Некоторые утверждают, что Старый город построили гри, они же и проживали там десятки тысячелетий. Другие развивают теорию лишь о заселении города народом гри, в то время как истинные архитекторы и строители навсегда затеряны в тумане истории. Тайна. Секреты прошлого, к которым стремится Дал.
Старый город размещён в южных землях Талсса, в глухом труднодоступном районе под названием Красная пустыня, куда захаживают лишь исследователи, да желавшие оставить цивилизацию путники. Под землёй там якобы обитают кровоязвы, что выбираются на поверхность и крадутся по ночам. Наполовину они, как ходит молва, – растения, наполовину – звери, при этом невосприимчивы к способностям дже’дайи, а ещё питаются тёплой кровью. Едва вспомнив все слухи, Ланори чувствует страх и дрожит.
Так что Дал намерен делать по приходу туда? Она не может понять. Возможно, не осознаёт и он сам, и здесь кроется мизерный шанс на успех, на возвращение брата.
Но он убийца.
Ланори пытается отогнать пришедшую мысль. И будет стоять до последнего, когда найдёт его, а потом решит, что тогда делать.
Разрываемая противоречиями, Ланори покидает равнину с острой травой и гонится за братом среди первых блуждающих дюн Красной пустыни.
На заре следующего дня Ланори просыпается в ознобе.
Во снах она падает вниз, в пучину тьмы под Красной пустыней. Старый город давит со всех сторон своей загадочной историей, своими несметными историями. Странница бродит по запутанному лабиринту пещер, каждая из которых освещается подрагивающим пламенем, чей источник горит где-то вне поля зрения. Стены и потолки красиво расписаны пиктограммами времён гри, и, хотя она уверена, что символы воплощают собой давно забытые истории, воспринимать их как данность она не может. Даже если бы кто-то выложил истину прямо у её ног, она никогда не вникнет в прошедшие здесь события.