Ланори позволяет предыдущей иллюзии растворится в сумерках и пробует сотворить то, что предложил ей Тер’кей. Безуспешно.
Твоё обучение только началось, – говорит Тер’кей. Он отворачивается от Ланори и садится рядом с Далом, держа руки мальчика в своих руках, дотрагиваясь до его щёк и висков. Мастер закрывает глаза, и в тот же момент зрачки Дала расширяются.
«Он слышит!» – ликует Ланори. – Он чувствует Силу, и слышит мастера!» Но радость Ланори длится недолго.
Дал вскакивает с места и вздымает ступнёй песок, целясь в лицо мастеру Тер’кею. Он реагирует так, словно в его разум насильственно вторглись или будто его мыслей коснулось нечто отвратительное. Затем он разворачивается и уходит, исчезая в сумерках. Ланори так хочется позвать его назад!
Первый рассвет, встреченный ими в Пустыне безмолвия вместе с мастером Тер’кеем – одно из самых странных ощущений, пережитых Ланори. Ночёвки с Далом на пути в Цигун Кеш были совершенно другими – наполненными страхом и беспокойством, а никак не удивлением. Возможно, близость к храму, естественному источнику Силы, вселяет жизнь в это место.
Солнце вспыхивает на востоке, пустыня оживает, и тишина начинает казаться ещё более ужасающей. За час до рассвета ночные обитатели спрятались под землю, будто боясь солнечного света. Тени отступают, ночной холод сгорает на свету, и мерцающее марево жары танцует на песке. Птицы пустыни покидают места своего ночлега. Миниатюрные шайры – меньше, чем иные тайтонские разновидности, и с горбиками для запасов воды на спине и на шее – стадами движутся вдалеке. К камням выползают резвящиеся ящерки, а реящие в вышине пендли машут мощными крыльями, позволяя воздушным потокам нести себя. Вдали Ланори видит огромного крадущегося манкла, чьи стоящие дыбом иглы демонстрируют готовность к охоте. Но всё это великолепие и разнообразие жизни происходит в неестественной тишине: крики и пение, хлопанье крыльев, рычание и рев хищников попросту не слышны.
Там, на склоне холма. Посмотри. Если моргнёшь, то все пропустишь. – Ланори даже не подозревала, что Тер’кей уже встал – его палатка выглядит совершенно нетронутой. Но когда голос звучит в голове, Ланори видит, что мастер сидит на корточках в южной части их лагеря, неподвижный, будто стоящая в стороне скала.
Она смотрит в указанном направлении и видит.
Там нет ветра, который мог бы создать нечто подобное, нет подземных толчков, что могли бы сформировать такое. Статуя ростом с человека, но расстояние может быть обманчивым. Пустынная причуда словно растекается, двигаясь и танцуя – миллиарды песчинок постоянно перемещаются и меняются местами. Силуэт статуи расплывчат.
«Дал должен это увидеть», – думает Ланори. Но она знает: разбудить брата одной только мыслью не получится, а если пошевелиться, то всё исчезнет в тот же момент.
Тянись, – приходит от Тер’кея, и Ланори тянется. Великая Сила оживает внутри, и Ланори направляет свои мысли вовне, чувствуя, как далёкая песчаная статуя нагревается чуть быстрее, чем пустыня вокруг; ощущая её запах – запах чего-то древнего, захороненного, но, наконец, выбравшегося наружу. Пески громко поют внутри статуи – и это самое удивительное. Звук совсем нечёткий и без мелодичности, но Ланори ощущает в нём неограниченную свободу и страсть, и на несколько мгновений её сердце наполняется сияющей радостью, затмевающей солнце.
Но статуя начинает рассыпаться, и вот уже там вновь пустыня. Звуки исчезают, движение прекращается. Ланори тяжело дышит от возбуждения и, обернувшись на мастера Тер’кей, видит улыбку на его губах.
Что это было?
Загадка. Разбуди своего брата. Сейчас ваше обучение продолжится.
Остаток дня и следующие два проходят в постоянных тренировках посреди пустыни. Ланори обрадована способностями, которыми уже обладает и которые обретает во время учебы. Всё даётся ей так легко. Тер’кей подталкивает её дальше и дальше, постоянно проверяя её успехи. И Ланори проходит через всё, готовая к более трудным заданиям, к более сложным испытаниям. В этом молчаливом месте её связь с Силой возрастает, и в первый раз Ланори ощущает себя её частью. Внушение, телепатия, контроль – с каждым моментом способности улучшаются. Ланори наслаждается уроками мастера Тер’кея. И всякий раз, вспоминая о том, как сложно приходится Далу, Ланори осознаёт, насколько она гордится собой.
Он не чувствует Силу, и чем больше Тер’кей занимается с ним, тем меньше Дал старается. Ланори расстраивается и в ответ на его частую раздражительность по вечерам злится сама, пытаясь одновременно ментально поговорить с ним. Сестринское прикосновение к разуму, полное любви и заботы. Но её встречает поток беспорядочных мыслей – пугающих, яростных, и в то же время боязливых.
На закате третьего дня они возвращаются в храм. Ланори вдохновлена своими успехами и огорчена неудачами Дала.
Она берёт его за руку, удивившись, что он не против, и улыбается.
У неё появилась идея.
Осторожное касание, и…
Они вновь дома – идут вдоль реки храма Бодхи. Именно здесь Далу спокойнее, чем где-либо. Ткач-птицы пролетали мимо совсем недавно, и бесчисленные золотые нити колеблются на ветру. Быстрая и глубокая река течёт мимо, наполненная недавними дождями, стекающими с холмов Окраинного леса. Воздух насыщен ароматом цветов и предвкушением семейного вечернего ужина – отец подаст к столу мясо румбата, а мама почитает свои стихи. Это прекрасно.
Это ложь.
Дал сжимает её руку так сильно, что Ланори ощущает хруст костей, и раны от когтей крюкоястреба вновь вскрываются и начинают кровоточить. Дал падает на колени посреди пустыни, после чего его тошнит.
Ланори опускается позади, недоумевая, в чём состоит ошибка. Верно, Дал ненавидит, когда она касается разума брата, вторгаясь в его мысли с помощью Силы. Они множество раз спорили об этом. Но Ланори показалось, что после долгого периода, проведённого в столь странном месте, он был бы рад этим мыслям о безопасности и спокойствии, этим видениям о доме.
Когда он поднимает голову, Ланори видит лишь ненависть.
Отныне она больше не сможет коснуться его разума – даже с целью извиниться.
ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ. ХОЗЯИН СВОЕЙ СУДЬБЫ.
Никогда не возлагай все свои надежды исключительно на Силу. Сила существует всегда, но к ней не всегда можно обратиться. Каждый дже’дайи – отдельная личность со своими собственными умениями. Развивай их и учись применять. Если Сила это сон, то ты – тот, кому этот сон снится. Иногда стоит проснуться. Иногда ты можешь полагаться лишь на себя.
Мастер Шелл Мар. «Жизнь в равновесии». 7523 год после прибытия То Йоров.
Тре Сана уже успел сообщить Ланори больше, чем все отправившие на задание мастера-дже’дайи. В предоставленной ими информации упоминалось общество богатых калимарцев, связанных с сектой «звездочётов», и сейчас Тре подтвердил эти сведения. Дже’дайи поведали о тёмной материи, предположительно, способной активировать гиперврата, но они ни словом не обмолвились о гри.
Все собранные о гри данные уходили корнями так далеко в историю звёздной системы, что уже покрылась мифами и легендами. Ланори собиралась вернуться на свой корабль и «нарыть» всё, что представлялось возможным.
Но вначале следопыт должна окончательно прояснить вопрос о слежке.
В этот район Рол-Яна редко забредали туристы – многие торговцы, осевшие на грязных улицах, наживались на предоставлении нелегальных услуг и на продаже запрещённых веществ и товаров. Клиенты же подобных заведений – явно не случайные прохожие. Неприятное место, но Ланори не чувствовала себя не в своей тарелке. В каждом городе каждой планеты имелись такие районы, и она уже побывала во многих.
И иногда девушка-дже’дайи просто-таки идеально в них вписывалась.
«Гонители облаков» парили в воздухе, в то время как спидеры носились по специальным дорогам, пересекавшим улицы и отделённым от пешеходных зон, а разнообразные местные животные перевозили людей на спине или на конечностях. Но Ланори предпочла идти пешком – так она полностью контролировала свои передвижения, и было легче оставаться начеку. Она собиралась выявить своего преследователя, а не сбегать от него.