К тому времени возле дома уже собрались несколько соседей, которые живо вспоминали, как некоторое время назад Коннор и Нора громко шутили насчет того, чтобы заняться любовью во дворе, прямо у них на глазах.
Больше всего с ней говорил офицер полиции по имени Нэйт Пингри. Он был старше своего напарника Джо Баррейро не только по званию, но и по возрасту, имел огромный опыт и именно поэтому с самого начала взял это дело в свои руки. Их непосредственные обязанности заключались в том, чтобы удостовериться в смерти хозяина дома, осмотреть труп, убедиться в ненасильственной кончине Коннора Брауна и изложить свое заключение в отчете. Иначе говоря, они должны выполнить самую обычную бумажную работу.
– Я понимаю, как вам сейчас нелегко, миссис Браун, – сочувственно сказал Нэйт Пингри, – поэтому мы постараемся как можно скорее уладить все формальности.
Нора сидела в гостиной на большом турецком диване, куда привели ее врачи, и прикрывала лицо руками. Услышав голос Пингри, она подняла голову и посмотрела на полицейских покрасневшими от слез глазами.
– Мы не были женаты, – тихо пробормотала она сдавленным голосом и снова заплакала. Сквозь слезы она успела поймать их удивленный взгляд, брошенный на пальцы ее левой руки, где ярко сверкал огромный бриллиант весом в четыре карата. – Мы были просто... – Она сделала многозначительную паузу и снова закрыла лицо руками. – Мы были недавно помолвлены.
Офицер Пингри переступил с ноги на ногу. Он всегда ненавидел эту самую неприятную часть своей работы, но понимал, что она обязательно должна быть проделана. Разумеется, ситуация требовала огромного опыта и такта, но самое важное в таком положении – тактичное отношение к пострадавшим.
Нора выдержала приличествующую паузу, а потом, медленно подбирая слова и прерываясь на вздохи, рассказала полицейским обо всем, что произошло в этом доме с того момента, когда они переступили его порог. Начала Нора с той минуты, когда она вернулась к жениху поздно вечером, и закончила тем, что он неожиданно упал без чувств во время ужина. При этом особое внимание уделила тому эпизоду, когда она тащила его в ванную комнату, и своим соображениям насчет возможной причины смерти.
Нора говорила, постоянно путаясь в словах и выражениях, часто поправляла себя, хотя в целом ее мысли были вполне логичны и понятны. Она не раз читала в книгах по криминальной психологии, что люди, пережившие сильный стресс, обычно подвержены эмоциональному шоку, невнятно выражают свои мысли, но при этом всегда отдают себе отчет в сути происходящего.
Она даже упомянула им о том, что незадолго до ужина они с Коннором занимались сексом, причем сделала это намеренно. Окончательное медицинское заключение о причинах смерти подготовят только через сутки, но она уже сейчас хорошо знала, что будет написано в отчете о результатах вскрытия. Вскрытие покажет, что Коннор Браун скончался от сердечного приступа. Что же касается конкретных обстоятельств, которые привели к столь трагическому исходу, то вариантов здесь множество. Это может быть секс, в результате которого сердце сорокалетнего мужчины не выдержало нагрузки, может быть стресс из-за неприятностей на работе, а может быть и просто дурная семейная наследственность. Скорее всего никто так и не сможет определить истинную причину смерти, и этот вариант устраивал ее больше всего.
После того как Нэйт Пингри задал Норе последний вопрос, он зачитал ей все, что успел записать в своем блокноте, а она молча кивнула в ответ, давая понять, что согласна с каждым словом. Там действительно были зафиксированы все детали трагического происшествия, кроме, разумеется, самой интересной части – как она отравила своего жениха, а потом наблюдала за его предсмертными судорогами на холодном полу ванной комнаты.
– Полагаю, мисс Синклер, мы получили от вас исчерпывающую информацию, – подытожил Пингри. – Если не возражаете, мы еще раз осмотрим дом.
– Конечно, – рассеянно пробормотала она. – Как вам будет угодно.
Оба офицера медленно направились вдоль по коридору, а Нора осталась на том самом турецком диване, который она сама купила за семь с лишним тысяч долларов в антикварном салоне «Нью Кэнан антик». Через минуту она поднялась с дивана и огляделась вокруг. Нэйт Пингри и его напарник, конечно, хорошие парни и, похоже, поверили в ее скорбный вид, однако сам момент истины еще не наступил. «О чем они думают на самом деле?»
Нора вышла из гостиной и вскоре нагнала полицейских, которые осматривали комнату за комнатой, не задерживаясь подолгу в каждой из них. Правда, она не подошла к ним, а осталась на таком расстоянии, которое позволяло ей слышать их разговор, но при этом оставаться не замеченной ими.
В самом конце коридора на втором этаже она наконец-то дождалась своего момента. Они остановились в кабинете Коннора, с самой дорогой электронной аппаратурой, и стали тихо переговариваться.
– Черт возьми! – удивленно воскликнул Пингри. – Ты только посмотри на все это богатство. Здесь один лишь телевизор стоит больше, чем моя месячная зарплата.
– Да, эта девушка чуть было не выскочила замуж за огромные деньги, – согласился с ним напарник Баррейро.
– Ты прав, Джо. Представляешь, как ей крупно не повезло?
– Еще бы. Она была буквально в двух шагах от того, чтобы завладеть всеми этими богатствами.
– Да, и все эти богатства вдруг падают на пол и растворяются.
Нора тихо повернулась, прошла по коридору и стала медленно спускаться вниз по лестнице. Ее глаза все еще были красными от слез, косметика размазана по щекам, а волосы растрепаны, однако в душе она испытывала огромное облегчение. «Браво, Нора! Ты молодец!»
Полицейские так ничего и не заподозрили – стало быть, она совершила идеальное убийство.
В очередной раз.
Глава 21
В течение не менее двух часов в доме суетились неизвестные, сосредоточенно-молчаливые люди, а их действия сопровождались какофонией неких странных звуков. Однако на Нору это не производило никакого впечатления: она прекрасно понимала, что все происходящее является неизбежным следствием любой внезапной смерти.
Но вот суматоха подошла к закономерному финалу. Сначала дом покинули врачи «скорой помощи», за ними последовали местные полицейские, потом уехал медицинский фургон, который увез тело Коннора в морг, и, наконец, исчезли молчаливые люди в штатском.
Именно сейчас настало время приступить к самым важным делам, то есть к тем вещам, которые и нужно было искать полицейским, но которые они никогда не обнаружили бы без ее помощи.
Кабинет Коннора находился в самом дальнем конце дома и представлял собой почти отдельное, обособленное от остальных комнат крыло. Когда-то Нора украсила его в стиле клуба для одинокого мужчины, о чем он неоднократно просил ее с первого дня их знакомства. Она все сделала по его инструкции – мягкая софа с кожаным покрытием, книжные полки из красного дерева и многочисленные картины, изображающие сцены охоты. В одном из углов кабинета стоял средневековый рыцарь в полной красе своих рыцарских доспехов, а в другом находился импровизированный бар с набором чрезвычайно редких и оттого безумно дорогих напитков.
Она уселась за стол Коннора на шикарный стул фирмы «Гейнсборо» и включила компьютер, в памяти которого хранились все данные о состоянии финансовых рынков.
Первый код, который набрала Нора на дисплее, был нацелен на включение программы Т-3, связывающей компьютер с Интернетом, потом она запустила программу включения его частной виртуальной сети объемом сто двадцать восемь бит. Как говорили знатоки, это самый безопасный и надежный способ соединения двух программ через киберпространство. Только так можно было подключить компьютер Коннора к компьютерной системе Международного банка в Цюрихе. Норе потребовалось несколько месяцев кропотливой работы, чтобы локализовать код системы и войти в этот банк. А сейчас на всю операцию должно уйти не более четырех минут. Однако Нора вовсе не надеялась, что Коннор допустит оплошность и оставит свой счет в прямом доступе. Здесь понадобится по крайней мере шифр "А", чтобы открыть его.