Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Позже, когда Макар вышел на кухню поставить чайник, я потянулась с кровати к своей сумке у кресла, достала синюю тетрадь с «Правилами Ласточкиной» и взяла ручку с тумбочки.

Перелистнула исписанные за полтора месяца страницы, двумя жирными чертами зачеркнула старые пункты про штативы для капельниц и мужчин со шрамами, а на чистом листе крупно и твёрдо вывела единственную строчку:

«Правило № 1: любить того, кто выбирает меня делом и остаётся рядом».

Эпилог. «Свидетели обязаны»

Ровно через год, в последнюю субботу ноября, банкетный зал ресторана «Речной» гудел так, что хрустальные подвески на люстрах тихонько позванивали в такт музыке.

Во главе праздничного стола сидели молодожёны: Галина Петровна в элегантном кремовом костюме с кружевной брошью и сияющий как начищенный пятак Семён Лукич Хвостов в парадном кителе с медалями и белой бутоньеркой на лацкане.

— А теперь, дорогие гости, старинный красивый обычай! — пророкотал в микрофон румяный тамада, выходя на середину зала. — Всем известно: чтобы у молодых семейная жизнь была крепкой и дружной, почётные свидетели обязаны показать пример на одном пятачке и закрепить союз!

По правую руку от жениха с невестой за столом дружно расхохотались врачи нашего госпиталя: округлившаяся на седьмом месяце беременности Агния в персиковом платье прижалась к плечу довольного Родиона, Гоша Пухов рядом со своей девушкой из лаборатории громко засвистел в два пальца, и даже присмиревшие за этот год лейтенанты Берг с Мельником с улыбкой захлопали с дальнего конца стола.

Макар — в тёмном классическом костюме, который сидел на его широких плечах всё так же безупречно, — поднялся со стула и протянул мне ладонь:

— Пойдём, товарищ старшая медсестра травматологии. От народных примет ещё никто живым не уходил.

Я рассмеялась, оправляя подол тёмно-синего шёлкового платья с надёжной металлической молнией, и вложила пальцы в его тёплую, крепкую руку:

— Товарищ тамада, несите сразу салфетку — мы эту программу уже перевыполнили!

Под дружные аплодисменты отделения мы вышли в центр зала. Заиграл знакомый тягучий саксофон, приглушили верхний свет, и Макар привычным движением притянул меня за талию вплотную к себе.

За этот год в нашей жизни всё встало на свои места. Подполковника Дроздова ещё прошлой зимой по итогам окружной проверки сняли с должности и перевели на дальнюю тыловую базу на севере области, так что дышать в госпитале стало легко и свободно. Весной начальник травматологии подполковник Самойлов подал представление на моё назначение старшей медсестрой отделения, и теперь мы с Галиной Петровной на общих совещаниях у полковника Лукина сидели за соседними столами. А месяц назад мы с Макаром сдали коменданту его служебную двушку в военном городке и купили собственную просторную квартиру в новом доме у соснового парка — с панорамными окнами и светлой кухней, где по утрам неизменно пахло крепким эспрессо без сахара и кофе со сливками.

Макар наклонился к моему уху, согревая кожу дыханием, и вложил в мою свободную ладонь новенький блестящий ключ на кожаном брелоке — от замка нашей квартиры, где сегодня утром сборщики закончили ставить спальню.

— Пульс считать будете, Ульяна Андреевна? — тихо спросил он с той самой сухой, любимой полуулыбкой в серых глазах. — Или снова скажете, что между нами ничего не было?

Я подняла голову, коснулась ладонью его щеки, глядя в родное лицо со шрамом над бровью, и улыбнулась так широко, что на левой щеке проступила ямочка:

— Всё было, товарищ майор. И всё только начинается.

Конец.

18
{"b":"982897","o":1}