В общагу?!

О чём он только думал?! Очевидно же, что в общаге у всех стен есть уши. Каждая вахтерша, каждая соседка, каждая уборщица – это сплетницы почище любой светской хроники. Явление профессора с чемоданом посреди ночи заметили бы даже слепые!

Девушки поднимают головы, и вдруг замечают меня. Их лица мгновенно меняются. Они отводят взгляд и спешат скрыться за поворотом.

Значит точно речь о Бубнове, раз они так быстро поспешили уйти.

Я иду дальше по коридору. Мысли путаются. С одной стороны мне должно быть всё равно. Я его выгнала. Он сам выбрал эту дорогу. С другой… Что теперь будет? Вызов на ковёр, скандал, комиссия по этике. Это может повлиять на защиту. На её защиту. На мои шансы вернуть свои данные.

Я сворачиваю к своей лаборатории, но не успеваю дойти до двери, как из-за поворота появляется он.

Бубнов.

Он идёт быстро. Лицо красное, глаза горят бешенством. Он явно очень и очень зол. Костюм помят, галстук съехал набок, волосы растрепанны.

Он видит меня и звереет ещё больше.

– Ангелина! – рычит он, хватая меня за локоть. Пальцы впиваются в кожу так, что я вскрикиваю. – Пошли.

Он тащит меня в свой кабинет. Рывок в сторону, я даже ойкнуть не успеваю и вот уже дверь за нами с грохотом закрывается.

– Ты довольна, Ангелина? – он набрасывается на меня, едва мы оказываемся внутри. – Опозорила меня на весь институт, да?!

Я вырываю руку. Тру ушибленное место.

– О чём ты вообще?! Я тут причем?!

– Да о том, что обо мне теперь полгорода говорит, что я якобы со своими подчиненными сплю!

– А это разве не так? – спрашиваю я ехидно.

Он багровеет ещё сильнее.

Шея наливается краской, на лбу вздуваются вены.

– Это не так! – почти кричит он. – Адель сама этого хотела! На рожон, можно сказать, лезла! Так просто получилось! А администрация теперь на ушах стоит. Уже говорят о том, чтобы меня с управления лабораторией снять!

Я пожимаю плечами.

– Понятно. Но от меня-то ты что хочешь?

Он замирает, будто не верит, что мне удается оставаться такой спокойной.

– Чего я хочу? – голос его срывается на фальцет. – Я хочу, чтобы ты эту кашу разрулила! Сама заварила, теперь решай!

– И как же я, по-твоему, должна это сделать? И как я докажу всем, что у тебя нет романа с аспиранткой, если ты голый по общаге бегаешь?!

Он делает шаг ко мне, и меня поражает резкий запах пота и растворимого кофе.

– Есть один вариант, – говорит он тише, но от этого не менее угрожающе. – Помоги Адель защититься. Отзови свои жалобы из совета. Тогда всё уляжется. Все увидят, что это просто недоразумение.

– То есть, – говорю я медленно, – ты хочешь, чтобы я помогла твоей любовнице украсть мою диссертацию?

– Не украсть, а защитить, – поправляет он. – Это разные вещи.

Я смеюсь. Коротко, жёстко.

– По-моему, все только увидят, какие мне длинные рога муж наставляет, - цежу холодно.

– Нет, – говорит он, стараясь, чтобы голос звучал убедительно. – Если ты всё правильно сделаешь, они решат, что мы в одной лодке. Что это был просто семейный конфликт, который уладился.

– С чего бы мне это делать?

Он улыбается. Хитро. Мерзко.

– Ну, ты же хочешь здесь работать, Ангелина. А я твой руководитель. Я и уволить могу.

Уволить?

Он угрожает мне увольнением.

Я смотрю на него и чувствую, как внутри что-то переворачивается. Не страх. Ярость. Холодная, чистая, как лезвие скальпеля.

– Уволить? – переспрашиваю я. – Ты серьёзно? А кто тогда твою лабораторию тянуть будет? Кто отчёты пишет? Кто гранты выбивает? Кто статьи в журналы отправляет? Ты, Игорь? Ты даже в Excel формулу без ошибки написать не можешь.

Он моргает. Не ожидал такого отпора?!

– А что у нас специалистов мало? Ты, между прочим, так и не защитилась, так что чужое место занимаешь. Соглашайся с моими требованиями, Ангелина, и сможешь дальше своими исследованиями заниматься.

Я смотрю на него секунду. Две.

Потом усмехаюсь.

– Да пошёл ты, Бубнов, – говорю я спокойно, даже буднично. – Я лучше посмотрю, как разрушается твоя лаборатория без меня.

Он открывает рот, но я уже разворачиваюсь к двери. Хватаюсь за ручку.

– В таком случае собирай свои вещи, Ангелина! – кричит он мне в спину. – Ты уволена!

Глава 13 Неожиданное предложение

Я захожу в деканат с тяжелым сердцем и пустыми руками.

В приемной тихо. Секретарша, Нина Павловна, поднимает на меня глаза поверх очков, но затем также молча теряет ко мне интерес и продолжает работать.

Я стучу, открываю дверь и захожу.

Декан, Сергей Анатольевич Морозов, сидит за своим огромным столом и что-то подписывает. Это мужчина лет пятидесяти пяти, с густой сединой на висках и цепкими, умными глазами. Он из тех, кто держит весь институт в кулаке, но при этом умудряется оставаться человечным. Насколько это вообще возможно на такой должности.

– Здравствуйте, Сергей Анатольевич, – говорю я, останавливаясь у порога. – Я к вам за трудовой.

Он поднимает голову, откладывает ручку и смотрит на меня с недоумением.

– Бубнова? Ты о чем? – переспрашивает он, прищуриваясь.

– Игорь Константинович меня уволил, – говорю ровно, без лишних эмоций. – Только что. Сказал, что больше меня здесь видеть не желает. А я кто такая, чтобы противостоять словам начальства?

Декан замирает. А затем его лицо стремительно меняется. Сначала непонимание, потом удивление, потом что-то похожее на гнев.

– Когда? – голос его становится жестче.

– Пятнадцать минут назад. – Я еще вещи не собрала.

Морозов резко встает из-за стола.

– У Бубнова похоже крыша едет! – цедит он, хватая телефон с тумбочки. – Совсем с ума сошел!

Он набирает номер, ждет ответа несколько секунд, а потом выпаливает в трубку:

– Алло? Это Морозов. Что там у вас с вакансией, открыта еще?.. Ага... Угу... Понятно. Нет, не подписывай ничего. Я разберусь.

Он кладет трубку, поворачивается ко мне. В его глазах сейчас читается не гнев, а какая-то странная решимость.

– Нет, Бубнова, – говорит он, подходя ближе. – Я тебя уволить не могу. Ты нам в институте всю статистику делаешь. Отчеты. Гранты. Работа со студентами. Без тебя через месяц развалимся.

Я открываю рот, чтобы возразить, но он перебивает меня:

– Пойдешь ко мне в лабораторию? Я тебе оклад двойной сделаю.

Я замираю.

В лабораторию декана? Туда, куда все эти годы мечтали попасть самые сливки со всех кафедр? Туда, где оборудование самое новое – последнего поколения? Где нет вечной беготни и бардака, где студенты отобраны лучшие, где можно сидеть спокойно и заниматься только наукой, а не выбиванием реактивов и написанием отчетов по закупкам?

Я сглатываю.

– Сергей Анатольевич, я… – мямлю я, не веря своим ушам. – Спасибо за предложение, конечно. Просто это так внезапно. Я не готова…

– А что тут готовиться? – он машет рукой. – Ты специалист хороший, я знаю. Я твои отчеты читал. Ты одна на всю кафедру понимаешь, как эти генетические анализаторы настраивать. Мне такие люди нужны. А за Бубнова не беспокойся, он тебе не будет мешать работать. Я его поставлю на место.

Я молчу. Происходящее просто не укладывается в голове!

Как такое может быть? Я шла сюда за трудовой книжкой, а теперь мне предложили работу с двойным окладом и под крылом самого декана.

– Я согласна, – выдыхаю я после коротких раздумий

В конце концов, кто я такая чтобы отказываться от работы мечты?

– Спасибо, Сергей Анатольевич. Я не подведу.

– Знаю, что не подведешь, – он хлопает меня по плечу и уже тянется к дверям. – Ладно, иди, оформляй перевод. Я все бумаги подпишу.

Он выходит из кабинета, а я все еще остаюсь стоять на пороге кабинета. Мне нужно несколько секунд, чтобы это переварить.

Когда первый шок сходит, я медленно выхожу из кабинета декана, минуя приемную и оказываюсь в коридоре.