А вот Амели — была. Рваная, пронизанная изумрудными нитями аура подруги говорила о том, что к ней прицепился призрак. Я увидела, как Астрид, ловко перебирая пальцами, будто играя на арфе, начала расплетать паутину зелёных нитей, освобождая ауру Амели.

Когда Астрид потянула за очередную зелёную нить, та, в свою очередь, потянула из мира вокруг, аметистовую нить. О-оу. Это плохо, хоть и ожидаемо. Это нить связи с демоном. Что будет делать профессор?

Астрид, заметив эту нить, аккуратно потянула за неё, наматывая её на отдельное магическое веретено — палочку из сандала, зачарованную специально для того, чтобы нейтрализовать вмешательство. Чтобы демон не почувствовал. Пока всё верно.

Артур

Я сидел за спиной Саманты, внимательно разглядывая куратора. Настроиться на Стефана мне не составило труда. В момент, когда Стайр произнёс «ноль» мне показалось, он, взглянув мне в глаза, улыбнулся. Нехорошо улыбнулся. Сердце ёкнуло.

Подключившись к каналу магической связи между Самантой и Стайром, я сразу почувствовал неладное.

Аура Саманты была рваной, я бы даже сказал изодранной, очень тусклой и переплетённой зелёными, фиолетовыми и синими нитями связи с инородными сущностями.

Плохо дело — к Саманте прицепились пришельцы из Изумрудного, Аметистового и Кобальтового миров. Призраки, демоны, фамильяры. Девочка моя, во что тебя втянули?!

А ещё, аура Саманты вместо человеческой (желто-розовой) была частично окрашена в коричнево-чёрной. Цвет ауры оборотней. Да как вообще в этом хрупком теле умудряются уживаться столько связей с разными сущностями?

Я даже не успел перевести взгляд на ауру куратора, как вдруг Саманта закинула голову. Так не должно быть. Аура стремительно меняла цвет на чёрный. Аметистовые нити разгорались особенно ярко. Чёрт побери, всё идёт не так, как надо!

От тела Саманты отделилась едва заметная тёмная полупрозрачная фигура длинноволосой девушки и улетела за пределы шатра. Это её душа, вдруг понял я. Связанная с каким-то оборотнем. Жуть.

Куратор Стайр, будто бы не замечая происходящего аккуратно разматывал разноцветные инородные нити из ауры Саманты. Его аура была ровной, жёлто-оранжевой, с характе́рными узорами. Он нервничает, но не сильно.

Подняв взгляд поверх головы Саманты, я наткнулся на взгляд Стайра. Вот только его глаза были настолько жуткими, что я вскочил и, загородив собой Саманту, встал между ней и Стайром.

Точнее, тем, что занимало тело куратора. Существо медленно поднялось. Мы оказались почти впритык друг к другу. Глаза куратора были абсолютно темно-чернильными, фосфоресцирующими. Нечеловеческие. Демоническими, я так полагаю.

— Что, разглядел наконец, некромант, — проскрежетал Стефан чужим голосом.

— Кто ты?! — воскликнул я.

— Вы же уже нашли моё имя сегодня, — криво усмехнувшись Стайр приоткрыл рот. Внутри тоже было черным-черно, с тусклым фиолетовым отливом.

— Откуда ты знаешь? — оторопело спросил я.

— Я знаю всё, что знает Саманта, — ухмыльнувшись ответил демон.

Я торопливо оглянулся на девушку. Она так и сидела, закинув голову. Только теперь, стоя над ней, я увидел, что её глаза абсолютно белые. Значит, я правильно понял, душа Саманты в данный момент в теле отсутствовала.

— Где её душа? — рявкнул я.

— Полагаю, мчится сюда на всех четырёх косматых лапах своего бывшего парня. Ха-ха-ха! Который так горит желанием отыграться за сегодня, — демон мерзко расхохотался.

Твою мать! Значит, это Джейкоб убивает учеников. Вряд ли по своей воле. Он, конечно, на редкость самовлюблённый идиот, но не настолько же, чтобы убивать людей просто ради кровожадного удовольствия?

— Это с твоей подачи он убил четырёх студентов за последние две недели? — нервно спросил я.

— Да. Более того, всех предыдущих — убила Мелисса тоже с моей «подачи», — усмехнулся демон.

— Зачем? Зачем тебе это? Зачем ты заставляешь их убивать? — завопил я.

— Я хочу на свободу. Её жизнь — цена за мою свободу, — коротко припечатал Стайр.

— И?! При чём тут убийства?!

— Как только Саманта убьёт Амели, свою пятую жертву, её аура окончательно разрушится.

— Ты же сказал, что все жертвы с твоей подачи? Почему именно Амели — пятая жертва?

— Мне надоели твои вопросы, сопляк. Но я отвечу, во имя твоей матери, с которой ты скоро воссоединишься. Это, конечно, злая ирония, что вы двое сошлись. Не думал, почему, когда Саманта была призраком, только ты её видел? — я отрицательно помотал головой. — Глупый подвиг ваших матерей оттянул моё триумфальное пришествие в этот мир в облике демона. Пока мы все ждём Саманту-Джейкоба, я расскажу. Всё равно вы уже ничего не сможете изменить. Всё предрешено и завершиться так, как я хочу.

Демон начал свой рассказ. Соглашаясь, я думал, что мы потянем время, а я пока обдумаю, что можно предпринять. Но его история была настолько ошеломляющей, что полностью захватила моё внимание.

— Это началось около двадцати пяти лет назад. Твоя мать, Элис Стайр, и по совместительству старшая сестра Стефана, чей разум мне удалось подчинить, вышла замуж за Уолдера Колдуотера, твоего отца. У пары родился сын — ты. Прошло пару лет.

Элис была охоча до знаний. Как и мать Саманты — Андрэ Хаубанд. Как и я — Кей Рейр, отец Саманты. Вы никогда не обсуждали с Самантой родителей, насколько я понял. Вряд ли она могла много рассказать о своих.

Когда я заключил договор с Господином Аметистового Мира эта малахольная ботаничка Андрэ, уже будучи беременной Самантой, поняла, в чём дело и решила мне помешать воплотиться в этом мире в облике демона, позвав на помощь свою близкую подругу — твою мать. Уолдер, твой папаша, тогда отсутствовал в Академии, так как был направлен на работу в другое учебное заведение Арвендора — Академию Покорителей Измерений.

Никогда прежде не слышал о таком учебном заведении, подумал я. По рассказам дедушки, мой отец был талантливым учёным, работавшим втайне на государство. Поэтому я вырос в доме бабушки и дедушки.

Упрямые ведьмы вступили в неравный бой, в результате которого Элис погибла, но я явно проигрывал. Поняв, что мне не победить, я не стал убивать жену, беременную моим ребёнком, который мог стать лазейкой на моё возвращение в этот мир.

А вот она меня — смогла. Но умерла потом в родах. Видимо, это была судьба, чтобы Саманта выросла без родителей. Как и ты, насколько я знаю. Стайры разорвали все контакты с твоей семьёй, обвинив твоего отца в малодушии трусости раз, он оставил женщин биться со мной. Семья Стайров не знала свою дочь — она никого не спрашивала. Твой отец, как я понял из разума Стефана, действительно испытывал чувство вины, раз ты тоже рос с дедом и бабкой.