Тёмные круги залегли под глазами, лицо осунулось, даже взгляд стал каким-то другим – лихорадочным, болезненным. Я никогда прежде не видела мужа таким и пока совершенно не понимала, что с ним вообще творится.

Я бледно улыбнулась Илье.

– Нет, спасибо, Илюш. Всё хорошо.

Потом решительно схватила Петю за рукав пиджака и потянула вниз с крыльца.

– Пошли. Я не хочу, чтобы тебя увидела Аглая.

При упоминании дочери он заметно вздрогнул. Но спорить не стал, просто на удивление послушно пошёл следом за мной.

Я выпустила его рукав, едва мы вышли за ворота, и быстро зашагала по улице, чувствуя его присутствие за спиной. Петя молчал. Не пытался меня остановить, не задавал вопросов, и эта неожиданная покорность удивляла.

Я слишком хорошо помнила другого Петю.

Того, который всего две недели назад смотрел на меня сверху вниз и самоуверенно диктовал, что мне можно забрать из собственной жизни, а что – нельзя.

Теперь все изменилось. Но почему – я пока не понимала.

Мы дошли до конца улицы и нырнули в небольшой лесок. За деревьями прятался старый пруд, почти весь поросший кувшинками. Я знала это место с детства и почему-то направилась именно сюда, даже не задумываясь.

Здесь мне сразу стало спокойнее. Наверно, потому что всё вокруг было знакомым. Этот пруд существовал задолго до моего брака, Пети, предательства и Анжелы. Я знала каждую тропинку, помнила, где весной особенно вязкая земля, а где летом можно было сидеть на траве, опустив босые ноги почти к самой воде.

Здесь я была на своей территории. Все, что меня окружало, незримо питало душу новыми силами.

Я подошла к пруду и, сделав глубокий вдох, решительно повернулась к мужу.

– Ну? Объяснишь, что за цирк ты тут устроил? Что с тобой произошло?

У Пети вдруг вырвался нервный смешок. Он провёл ладонями по лицу, словно пытался прийти в себя. Его руки… дрожали?..

– Вообще-то я хотел узнать, что произошло с тобой, - произнес после паузы. – Как вы с Аглаей выжили?

Я нахмурилась.

– В смысле – выжили?

Теперь уже он смотрел на меня так, будто не понимал услышанного.

– Ты что, ничего не знаешь?

– О чём я должна знать?

Петя замолчал. Его лицо переменилось, исказилось в непонятной мне муке.

– Автобус, на котором вы ехали, попал в страшную аварию, – наконец произнёс он. – Аля, там погибло много людей.

Я смотрела на него, не моргая.

Слова вроде бы были простыми. Понятными.

Но их смысл никак не укладывался в голове.

– Что?..

Он рассказал мне обо всем – о том, что увидел по телевизору, читал в интернете. О том, что услышал от следователей. Говорил коротко, отрывисто, а я слушала и ощущала, как у меня постепенно все холодеет.

Перед глазами возник тот самый автобус. Люди.

Перед нами сидела женщина, которая ехала в гости к дочери. Она угостила Аглаю печеньем…

Неужели дочь так и не дождалась свою маму?..

А те студенты, что сидели сзади и громко смеялись – неужели их жизнь оборвалась так скоро и так жестоко?..

Мы с Аглаей тоже должны были находиться там. Среди них.

Я с ужасом вспомнила, как стояла с дочкой на заправке и не знала, что делать дальше. Злилась на уехавшего водителя, переживала о потерянных вещах, гадала о том, как выбраться…

Какая же это все была ерунда!

Я медленно поднесла ладонь ко рту. Глаза резко защипало от слез…

Этот автобус ехал прямиком навстречу смерти. И только чудом он не забрал нас с собой…

Господи…

Если бы Аглае не стало плохо…

Если бы мы вернулись на несколько минут раньше…

Если бы водитель нас дождался…

Я почувствовала, как задрожали колени.

Кто-то сверху уберёг нас. Иначе объяснить я это не могла. Уберёг от того, что должно было случиться.

Несколько секунд я молчала, глядя на покрытую кувшинками воду. Молясь о тех людях, которые не спаслись.

Потом заставила себя сделать вдох.

– Мы вышли во время остановки, – пояснила сухо мужу. – А когда вернулись, автобуса уже не было. Он уехал без нас.

Петя смотрел на меня так, будто боялся отвести взгляд. Будто боялся моргнуть и обнаружить, что меня рядом нет.

– А почему вы не отвечали на звонки?! Черт возьми, Аля, я же…

Его голос резко сорвался и затих, словно уже не вмещал столько боли, сколько клокотало у мужа внутри.

Я пожала плечами, будто желая стряхнуть с себя его чувства, которые обрушивались на меня водопадом.

– Аглая потеряла телефон. А свой я разбила. Когда покупала новый, решила заодно сменить номер. Чтобы ты мне больше никогда не звонил.

Он дёрнулся, словно я ударила. А я вдруг подумала совсем о другом.

– Подожди. К тебе уже приходил мой юрист?

Петя медленно кивнул.

– Да. Если бы не он, я бы до сих пор не знал, что вы живы. Правда, слушать я его не стал. Просто выбежал из кабинета, как сумасшедший, прыгнул в машину и рванул сюда.

Я нахмурилась. Странно. Александр должен был мне перезвонить, рассказать, как прошла встреча.

Я сунула руку в карман сарафана, достала смартфон и посмотрела на экран.

Несколько пропущенных. Вот чёрт. Телефон всё это время стоял на беззвучном режиме. А я так замоталась, занятая разными делами, что и не вспомнила о нем.

Я убрала его обратно и снова посмотрела на мужа.

Теперь его поведение становилось понятнее. Две недели он жил с мыслью, что меня и Аглаи больше нет. Наверно, именно поэтому сейчас выглядел так, словно за эти дни постарел на несколько лет. И всё же… Во мне не появилось той жалости, на которую он, возможно, рассчитывал. Слишком свежей была собственная боль.

– А что ты так распереживался? – спросила я с издёвкой. – Ты ведь хотел, чтобы я исчезла. Поздравляю, Петя. Твоя мечта почти сбылась.

Он резко мотнул головой.

– Не говори так.

– Почему? Разве я не права?

– Когда ты пропала, я буквально через ад прошёл, – глухо произнёс он. – Я думал, что вы погибли. Обе.

Я молчала.

– Я почти не спал. Стоило закрыть глаза – начинались кошмары. Я видел Аглаю… тебя… – Петя сглотнул. – Я звонил тебе каждый день. Как сумасшедший. Звонил, хотя знал, что ты не ответишь. Оставлял сообщения, которые ты никогда не услышишь. Мне просто нужно было хоть куда-то вылить всё то, что я не успел тебе сказать.

Его голос становился всё тише.

– Я ничего в жизни не хотел так сильно, как отмотать время назад. Вернуться в прошлое хотя бы на несколько часов. На вокзал. В ресторан. Куда угодно, где ещё можно было всё исправить.

Я смотрела на него и вдруг вспомнила, каким Петя был раньше. Не тем человеком с ледяным взглядом, который оставил нас на вокзале. Другим. Мужчиной, которого я когда-то любила. Ради которого была на все готова.

Наверно, именно поэтому на какое-то короткое, совершенно предательское мгновение внутри у меня что-то дрогнуло. Мне представилось, как он раз за разом набирает мой старый номер, прекрасно зная, что никто не ответит. Как не спит. Как просыпается от кошмаров. Как ждёт известий о том, какие останки принадлежат его жене и дочери… Это было страшно. Даже для него. Но почти сразу ко мне пришло другое воспоминание. Аглая на вокзале. Заплаканное лицо моей дочери. И Петя, который уезжает, даже не обернувшись. Нет. Его две недели ада не могли стереть тот ад, через который он заставил пройти нас.

Я хмыкнула.

– Вот оно что.

Петя нахмурился. А я коротко вынесла свой диагноз:

– Тебя просто замучила совесть. Знаешь, я даже удивлена, что она у тебя вообще, оказывается, есть.

– Аля… - начал он было говорить.

– Ты поэтому сюда приехал? – перебила я. – Убедиться, что мы живы, чтобы наконец спокойно спать по ночам? Всё хорошо, Петя. Можешь расслабиться. Никого ты не убил. Можешь спокойно возвращаться к своей драгоценной Анжеле, пока она тебя не хватилась.

Он долго смотрел мне в глаза.

В его взгляде была такая боль, что прежняя я наверняка не выдержала бы.

Шагнула бы к нему.

Обняла.