Только годы шли, а подходящего «вот тогда» почему-то никак не наступало.

В какой-то момент я попросту перестала работать.

Поначалу меня это не слишком беспокоило. Родион хорошо зарабатывал, мальчишки требовали много внимания, да и домашних дел хватало с избытком. Дни были заполнены с утра до вечера, и задумываться о чём-то другом было некогда.

Но дети росли. Теперь им было одиннадцать и десять, они уже не требовали моего присутствия каждую минуту. А моя жизнь так и осталась прежней.

Наверное, поэтому в последнее время мне всё чаще становилось не по себе. Я не хотела сбежать от семьи, не мечтала избавиться от домашних обязанностей и уж точно не страдала от безделья. Мне просто не хватало той себя, которая умела не только составить список продуктов на неделю и помнить расписание двух сыновей.

Той, у которой существовало что-то своё.

В гостиной на журнальном столике уже лежал ноутбук. Родион успел прислать документы, и я устроилась на диване, открыла первый файл.

Цифры встретили меня почти как старые знакомые.

Я пробежалась взглядом по таблице, потом вернулась к началу уже внимательнее. Открыла данные за прошлый год, сравнила несколько показателей и неожиданно поймала себя на том, что мне нравится. По-настоящему нравится.

Вот чего мне не хватало.

Не самой работы как факта и уж тем более не необходимости куда-то ездить каждое утро. Мне не хватало задачи, которую нельзя решить между загрузкой стиральной машины и приготовлением ужина.

Мальчишки должны были вернуться только через пару дней. Я сама отвезла их к брату Родиона за город и, если честно, даже обрадовалась неожиданной передышке. Можно было не следить постоянно, кто поел, кто не поел, кто опять потерял зарядку и почему из холодильника исчезло то, что я купила только вчера.

Я открыла следующий файл, пробежалась взглядом по цифрам и почти сразу заметила слишком оптимистичный прогноз по одной из категорий. Потянулась за телефоном, чтобы сделать пометку. Покончив с этим, отложила телефон и ещё некоторое время смотрела в таблицу, а потом, видимо, всего на секунду закрыла глаза…

И отключилась.

Проснулась я оттого, что ноутбук неприятно давил на живот.

За окном уже светало.

– Чёрт…

Шея затекла, во рту пересохло, а на экране всё ещё красовалась таблица.

Вот и поработала.

Я закрыла ноутбук и поплелась в спальню, но поспать толком уже не удалось. Через час зазвонил будильник Родиона, а ещё через двадцать минут я стояла на кухне и готовила завтрак.

– Я вчера уснула над твоими файлами, – призналась, ставя перед мужем чашку кофе. – Сегодня досмотрю.

– Да не горит.

– Там, кстати, по нескольким позициям прогноз странный. Но я сначала всё проверю.

– Хорошо.

Родион быстро допил кофе, посмотрел на часы и поднялся.

– Я побежал.

Он привычно поцеловал меня и уже через минуту скрылся за дверью.

Я убрала со стола и вернулась к документам.

На этот раз дело пошло быстрее.

Через пару часов я уже точно понимала, что именно мне не нравится. По нескольким категориям аналитики заложили слишком бодрый рост, почти не учли прошлогодние остатки и, на мой взгляд, чересчур доверились прогнозам поставщиков. Поставщиков, которые, естественно, были кровно заинтересованы продать как можно больше.

Ничего нового. Цифры вообще редко врут сами по себе. Обычно это делают люди, которые очень хотят, чтобы цифры подтвердили удобный им вывод.

Я сделала последние пометки и набрала Родиона.

Он не ответил.

Подождала немного и позвонила ещё раз. Снова тишина.

Ну и ладно. Наверняка занят.

Я отложила телефон и подумала о том, что ещё сегодня мне нужно сделать.

Отсутствие дома мальчишек ощущалось довольно сильно. Обычно к середине дня хотя бы один из них уже успевал несколько раз спросить, что у нас есть вкусного, потерять что-нибудь жизненно необходимое и сообщить, что есть вчерашнее он не станет ни за какие коврижки.

Приготовление еды для меня вообще было отдельной пыткой. Младший мог внезапно разлюбить то, что ещё вчера ел с удовольствием, старший – заявить, что ему хочется чего-нибудь «нормального», и все мои обещания самой себе хотя бы один день не стоять у плиты благополучно отправлялись туда же, куда и предыдущие.

Материнство вообще прекрасно развивает способность наступать на горло собственным желаниям.

Я вздохнула, подумав об этом, и вдруг осознала, насколько тихо сегодня в квартире. Никто ничего от меня не хотел, никуда не звал, да и список задач на день без мальчишек оказался непривычно коротким. Неужели сегодня я смогу позволить себе спокойно посмотреть сериал или наконец почитать книгу?

Я прошлась по комнатам и вдруг подумала, что примерно такой моя жизнь станет всего через несколько лет. Мальчишки будут всё меньше нуждаться во мне, у них появятся свои компании, интересы, потом девушки.

А у меня?

Не то чтобы с Родионом у нас было плохо. Нет. Мы практически не ссорились, он был внимателен к детям, хорошо обеспечивал семью, по-прежнему обнимал меня, возвращаясь домой.

Просто что-то между нами незаметно изменилось.

Мы давно никуда не выбирались вдвоём. Даже праздники в последние годы чаще отмечали дома: заказывали что-нибудь вкусное, включали какой-нибудь фильм, который Родион обычно не досматривал, потому что засыпал на диване.

Когда он последний раз приглашал меня в ресторан, я уже и не помнила. А уж когда мы ходили на настоящее свидание – тем более.

Я вдруг поняла, что даже каблуки в последний раз надевала на чей-то юбилей.

Когда-то Родион мог позвонить среди рабочего дня и сообщить, что вечером заедет за мной, чтобы я была готова. Мог притащить цветы без всякого повода или внезапно предложить куда-нибудь выбраться на выходных.

Потом появились дети. Работа. Его бизнес. Дом. Бесконечные дела.

И всё это как-то незаметно ушло.

Наверное, так происходило у многих после тринадцати лет брака. Только почему-то от этой мысли легче не становилось.

Телефон коротко звякнул, заставив меня отвлечься.

Я машинально потянулась к нему и с удивлением увидела, что от Родиона пришла обычная СМС.

Мы, кажется, уже несколько лет не переписывались по СМС. Для этого существовали мессенджеры, куда Родион обычно и присылал мне всё – от списка покупок до фотографий документов.

Я открыла сообщение.

«Дорогая, мы с тобой сто лет никуда не выбирались. Пока мальчишек нет, предлагаю сегодня устроить свидание. В семь. Буду ждать тебя в нашей любимой „Белла Нотте“».

Я перечитала сообщение. Потом ещё раз.

И улыбнулась.

Надо же.

Вот ведь говорят, что супруги, прожившие вместе много лет, постепенно начинают читать мысли друг друга. Похоже, не врут.

Я только что думала о том, как незаметно из нашей жизни исчезли свидания, а Родион словно услышал.

Свидание. Сам предложил. Да ещё и про наш любимый ресторан вспомнил.

И вдруг стало так радостно, что я сама себе показалась немного глупой.

Выходит, зря я накручивала себя. Может, ничего страшного с нами и не происходило. Просто тринадцать лет брака – это всё-таки не тринадцать недель. Глупо ждать, что спустя столько времени Родион будет каждый вечер тащить меня за руку смотреть на звёзды и читать стихи под балконом.

Да и стихи он никогда не читал.

Но свидание…

Я снова посмотрела на сообщение.

В семь.

До семи оставалось достаточно времени.

Я бросила телефон на диван и почти бегом отправилась в спальню.

Кажется, сегодня у меня наконец появился повод вспомнить, где лежат мои каблуки.

Глава 2

– Ну что у нас тут?

Я открыла шкаф и почти сразу обнаружила проблему. Мне совершенно нечего было надеть.

Конечно, это было не совсем так. Шкаф ломился от одежды, и часть вещей я вообще не надевала уже несколько лет. Но одно дело – джинсы, футболки, удобные платья, в которых можно отправиться по делам, и совсем другое – свидание с собственным мужем.