– Привет, моя хорошая.

Родион появился дома после девяти вечера. В этот момент я как раз загружала посудомойку. Посуды скопилось прилично ещё с самого утра. Мальчишки позавтракали, перепачкали, как обычно, целую гору тарелок, а разобрать всё это хозяйство я добралась только сейчас.

Муж подошёл ко мне, привычно обнял со спины и поцеловал в висок. Я на мгновение прислонилась к нему и устало вздохнула.

– Привет. Я уж думала, ты на работе ночевать собрался.

– Не дождёшься, – усмехнулся он.

Я улыбнулась и снова занялась посудой.

– Есть будешь? Я тебе ужин оставила.

– Не хочу. Мы там перекусили.

– Где это «там»? – я обернулась к нему. – И что ты вообще так поздно?

– С потенциальным поставщиком встречался. Затянулось немного.

– Удачно хоть?

– Пока не знаю. Посмотрим.

Я огорчённо посмотрела на приготовленную специально для него отбивную, но ничего не сказала. Убрала её в холодильник – завтра пригодится. Тем более мальчишек дома не было, а значит, имелся некоторый шанс, что еда действительно доживёт до следующего дня.

Родион открыл холодильник, несколько секунд изучал его содержимое, словно надеялся обнаружить там что-то новое и удивительное, потом достал бутылку воды.

– Кстати, Том…

Я покосилась на него. Интонацию эту знала прекрасно. Сейчас меня о чём-то попросят.

– Что тебе от меня нужно? – поинтересовалась с улыбкой.

– Почему сразу нужно? Может, я просто хочу пообщаться с любимой женой.

– Ага. Именно поэтому у тебя сейчас такой вкрадчивый голос.

Родион рассмеялся, поставил бутылку на стол и снова подошёл ко мне.

– Ладно, раскусила. Мне бы твоя помощь пригодилась.

– Так и знала.

– Мы уже начинаем готовиться к новогоднему сезону. Аналитики сделали прогноз по закупкам, поставщики прислали предложения. Я тебе файлы скину, посмотришь?

Я выпрямилась и посмотрела на мужа.

– А своим аналитикам ты что, не доверяешь?

– Начинается…

Родион обнял меня за талию, притянул к себе и заговорщически понизил голос:

– Мне просто хочется ещё одно мнение услышать. Независимое.

– Бесплатное, – подсказала я.

– Самое ценное, – поправил он и, наклонившись к моему уху, тихо добавил: – Мне бы не помешало мнение моей гениальной женушки.

Я фыркнула, но всё-таки улыбнулась. Умел ведь, зараза. Родион прекрасно знал, с какой стороны ко мне подойти, особенно когда ему что-нибудь требовалось. Да и от звания «гениальной женушки» отказываться не хотелось.

– Ладно. Что именно смотреть?

– В первую очередь объёмы закупок. Ребята заложили рост по некоторым категориям, а я сомневаюсь. Не хочу после праздников сидеть со складами, забитыми товаром, который никому уже не нужен. Посмотришь прошлогодние продажи, прогнозы, оборачиваемость. В общем, сама разберёшься.

Разберусь. Когда-то за подобную работу мне платили очень неплохую зарплату.

Я была финансовым аналитиком, просчитывала риски, участвовала в подготовке крупных сделок, ездила в командировки и могла полночи просидеть над цифрами, если от них зависело важное решение. Мне нравился сам процесс: сопоставлять, искать слабые места, проверять чужие выводы, спорить, доказывать и в конце концов находить решение там, где поначалу его попросту не было видно.

Наверное, поэтому от одной мысли, что сейчас передо мной окажется нормальный рабочий документ, внутри даже что-то радостно шевельнулось. Что-то уже почти забытое.

– Слушай, – я закрыла дверцу посудомойки и повернулась к мужу. – А возьми меня к себе на работу.

Родион посмотрел на меня так, будто у меня выросла вторая голова.

– Куда?

– Ну, в отдел аналитики. Если тебе всё равно периодически нужна моя помощь, почему бы мне не заниматься этим нормально?

– Том, тебе это зачем?

– Работать.

Он усмехнулся и покачал головой.

– А тебе дома плохо? Я нормально зарабатываю, денег хватает. Можешь спокойно заниматься собой, детьми, домом и вообще ничего не делать.

Вообще ничего не делать.

Я невольно оглядела кухню. На плите стояла кастрюля с ужином, в посудомойке теснились тарелки. Сегодня я успела убрать квартиру, заказать продукты, забрать из химчистки рубашки Родиона, проверить оплату дополнительных занятий старшего по английскому, отвезти мальчишек к брату мужа в гости и приготовить ужин.

В общем-то, действительно ничего.

– Я не про деньги говорю, – сказала я после паузы.

– А про что?

Я помедлила. Последнее время мне и самой было непросто объяснить, что именно со мной происходит. Вроде бы всё хорошо. Муж, дети, дом, достаток. Мне не приходится вскакивать утром и мчаться на работу, нервничать из-за сроков, сидеть допоздна над отчётами или уезжать на несколько дней в командировку.

Только почему-то хорошо я себя при этом не чувствовала.

Мне не хватало именно работы головой. Сложных задач, над которыми нужно думать, анализировать, искать варианты, сомневаться в собственных выводах и начинать сначала, если что-то не сходится. Не хватало того особенного азарта, когда несколько часов бьёшься над проблемой, а потом вдруг находишь решение.

Домашних дел у меня было столько, что порой к вечеру хотелось только лечь и закрыть глаза. Но они давно стали привычными, почти механическими: купить, приготовить, постирать, проверить, отвезти, забрать, заказать, напомнить.

Я постоянно была чем-то занята, но всё чаще чувствовала себя так, будто какая-то важная часть меня попросту простаивает без дела. И от этого становилось неуютно. Иногда тоскливо. Иногда я сама не понимала, почему с утра просыпаюсь уже раздражённой, хотя вроде бы никаких причин для раздражения не было.

– Мне не хватает нормальной работы, – наконец сказала я. – Такой, как раньше.

Родион отмахнулся.

– Нашла проблему. Вот тебе мои документы, работай.

Я посмотрела на него, пытаясь понять, шутит он или действительно не замечает всей прелести собственного предложения.

Моя работа мне, значит, была не нужна. А вот поработать бесплатно на благо его бизнеса – совсем другое дело.

– Очень щедро.

– Да ладно тебе, Том. Я сегодня жутко устал. Посмотришь файлы?

– Посмотрю.

– Вот и умница.

Он поцеловал меня в щёку и ушёл спать.

Спросить, не нужна ли мне ещё какая-нибудь помощь, ему, разумеется, даже в голову не пришло.

Я проводила мужа взглядом.

Когда-то моя жизнь выглядела совершенно иначе. Я хорошо зарабатывала, любила свою работу и вполне серьёзно собиралась расти дальше. В какой-то момент мне предложили повышение, которое предполагало переезд в Москву.

Родион от этой идеи восторга не испытал. Да и объективные причины имелись: его собственный бизнес к тому времени уже набирал обороты и был связан с нашим городом. Партнёры, поставщики, помещения – всё находилось здесь. Перенести это хозяйство в другое место было куда сложнее, чем мне сменить работу.

Я отказалась от предложения.

Тогда это не выглядело жертвой. Мы были семьёй, а в семье иногда приходится искать компромиссы.

Потом появились дети. Сначала старший, довольно быстро за ним младший. Я собиралась вернуться к прежней жизни, как только мальчишки немного подрастут, но оказалось, что совместить двоих маленьких детей с моим прежним рабочим графиком не так-то просто. Особенно с командировками.

Родион тоже работал. Родион развивал бизнес. Родион не мог всё бросить и сидеть с детьми, когда мне требовалось на несколько дней уехать.

– А кто будет сидеть с мальчишками? – резонно спрашивал он.

Вопрос звучал настолько разумно, что спорить с ним было сложно.

Я стала реже ездить в командировки. Потом начала отказываться от проектов, которые требовали слишком много времени. Каждый раз казалось, что это временно. Вот младший подрастёт. Вот оба пойдут в школу. Вот станут самостоятельнее. Вот тогда я и наверстаю.