Он в ответ пожимает плечами и подходит ко мне.

Берёт мою руку за предплечье, аккуратно надавливает вниз и слегка поворачивает её наружу. Сустав оглушающе громко щёлкает.

Вздрагиваю. Врач удерживает меня на месте.

- Не двигаться, - приказывает он.

Он быстро замуровывает меня в бондаж. Рука теперь намертво к телу прикреплена.

- Бондаж не снимать. К травматологу через семь дней, - выводит меня из процедурной. - Документы и предписания у Романа Георгиевича, - кивает на дверь. - Будьте осторожнее впредь и всего добро.

- Всего доброго, - растерянно говорю я и выхожу из кабинета.

Меня тут же, за талию, перехватывает мерзавец Роман и ведёт к выходу.

- Теперь в ГИБДД, - заявляет он.

- Вам надо вы и едьте, - дергаюсь, чтобы освободиться от его рук.

Дн демонстративно показывает мою сумочку и листы, А4 формата от врача.

- Тебе тоже надо, - отрезает он.

Он, снова, аккуратно хватает меня за талию и ведёт к выходу. Рука крепко держит. И от его ощущаемой силы, мурашки по телу бегут.

- Да не собираюсь я с вами никуда ехать! - возмущаюсь я и пытаюсь тормозит ногами.

Попытки вырваться приводят к тому, что он только сильнее прижимает меня к себе. Чувствую каменные мышцы и уверенные движения.

И горячий он, как батарея. Вот когда морозы на улице трещат и их врубают на полную мощность.

И ещё сильнючий гад!

- Вы меня вообще слы-ши-те?! - по слогам говорю последнее слово.

Поднимаю на него взгляд. На мгновение замираю, разглядывая мужественный профиль снизу.

- ГИБДД, - только и говорит он в ответ.

Его голос, низкий, вибрациями по моему телу пробегает. Вызывая волны прокатывающейся дрожи.

Он бросает на меня вопросительный взгляд.

- Замерзла?

В его глазах читаю насмешку. И злюсь от этого.

Смешно ему, гаду!

- Нет, - бурчу в ответ и вижу краем зрения его наглую улыбку.

Вот же нахал!

Лыбится во все тридцать два зуба. И от этого, на его левой щеке появляется ямочка.

Ой-ёй! Это противозаконное оружие.

Снова залипаю.

Да что же такое!

Хватит Гудкова пялиться!

- Вы же полицейский. Вы знаете, что это незаконно, силой удерживать человека, - пытаюсь воззвать его к совести.

Я и так достаточно из-за него сегодня настрадалась. Даже вспоминать страшно.

А он, этот мерзавец, отпускать не хочет.

У меня и так слабость во всём теле. Если бы он не держал, шла бы пошатываясь от слабости в коленях.

Видимо, от всего пережитого, организм требует отдыха.

А этот мерзавец, Роман, не даёт. В ГИБДД собрался меня ещё тащить, как будто мне на сегодня приключений не хватило.

А мне хватило. Вот по самое горлышко!

И вообще, зря я решила, что неудобно его мерзавцем называть. Он ведь продолжает себя вести именно вот так вот. Как настоящий, я бы даже сказал истинный мерзавец. Которому на всё плевать кроме собственных интересов.

И это поведение полностью нивелирует все его хорошие поступки. И то что бандаж купил… и всё в общем-то. Вот и все поступки.

Маловато для обеления его личности.

- Ты давала показания по ДТП на дороге? - видимо теряя терпение, недобро рычит он.

Так, не пугаемся. Он полицейский. Значит не должен мне ничего сделать.

Продолжаем настаивать на своём!

- Да с чего я их давать должна? Вы меня травмировали, а я вам теперь ещё должна. Идти у вас на поводу, какие-то показания? - со стоном в голосе, спрашиваю я.

Может так его понять можно?

Пожалеет и отпустит.

Потому что я хочу домой. Чай с мятой и на диванчик. А не вот эту вот всю свистопляску!

- Как виновница, либо свидетель, ты обязана дать показания, - отрезает он.

И не поспоришь. Я и правда свидетель того, что он меня чуть не задавил.

Ну сам напросился. Я хотела по хорошему. А он сам напрашивается.

- Ну хорошо! - с угрозой начинаю я. - Я сейчас такие вам показания дам, вас на всю жизнь прав лишат! И ещё… ещё светофор за свой счет восстанавливать будете! - высказываю я.

Вот так вот! Не будет женщину злить!

- Вот ты, блядь, полоумная. Повезло, так повезло, блядь, - едва слышу что он там говорит.

- Чего вы там бормочете? Я не слышу.

Требовательно смотрю на его лицо.

Он смотрит в ответ. По лицу вижу, что сдерживается.

- Тебе что, от травмы уши заложило? Или от воплей от своих же? Ты орешь постоянно дурниной. У меня уши уже реально закладывает, - высказывает он сердито.

Дыхание перехватывает от возмущения.

- Ору? Я? - офигеваю от его слов. - Да это потому, что мне больно, между прочим! - повышаю голос.

Пусть его уши посильнее заложит!

- А нехрен было на красный переходить, - рявкает он.

Чувствую как у меня глаза на лоб лезут от его заявления.

- Да не переходила я на красный! Там же желтый загорелся!

Мерзавец роман шумно втягивает воздух, выдыхает и снова втягивает.

- Не бывает для пешеходов желтого цвета, - цедит он чуть ли не сквозь зубы. - Есть красный и зеленый. Который из них ты увидела желтым?

Его взгляд пронзает меня насквозь.

А я не знаю что ответить.

Ну жёлтый же говорит, что надо остановиться? Так же вроде?

- Может тебя на зрение, на дальтонизм сейчас проверим?

Сглатываю.

Мы идём мимо регистратуры. Он резко останавливается и подводит меня к ней.

- А у вас врач тут есть вообще? Офтальмолог? Мне тут надо на зрение проверить. Пострадавшую, - кивает на меня.

- Всё у меня хорошо со зрением! - красная как рак, шиплю на него.

Девушка смотрит на нас и улыбается. Да даже не улыбается, а угорает надо мной откровенно.

Наверное всю нашу перепалку с ним видела.

При этом, она ещё мерзавцу Роману, умудряется глазки строить.

- Конечно есть, - снова стреляет глазами на него. - Платно хоть сейчас. Приём длится тридцать минут, - с явным намёком говорит регистраторша.

Это вроде пока меня осматривать будут, у них будет время на более тесное общение.

- Некогда нам. Поехали в ГИБДД! - быстрее чем успеваю подумать, зло цежу я.

Они оба смотрят на меня. Девушка недовольно. А вот мерзавец Роман так, что до косточек пробирает этот серо-стальной взгляд..

Ну трындец Гудкова!

Уже сцену ревности умудрилась устроить!

Рука лицо просто!

- Едем, - прижимая меня сильнее к себе, очень двусмысленно говорит он.

Все усилия хоть немного отстраниться от Романа, в пустую. Приводят к тому, что сильная рука на моей талии, только сильнее прижимает к нему.

И я себя вообще мелкой чувствую рядом с ним. Понятно, что у меня силёнок не хватает даже на миллиметр от него отодвинуться.

- Хватит меня лапать, - устав бороться, возмущаюсь я.

Он плохо на меня влияет. Я словно сама не своя делаюсь. А как будто специально этому и способствует, прижимая меня покрепче.

- Лапать? - смотрит на меня сверху вниз, чуть приподняв бровь. - Вот так?

Его рука нагло опускается и чувствительно сжимает правую часть моей попы.

Искры сыплются из глаз. Всё тело, словно разряд тока, прошибает.

Дыхание перехватывает от такой наглости. Внизу живота мышцы напрягаются. И всё тело трепет охватывает.

Вообще не к месту всё это! Не понимаю как он так на меня действовать может.

Я его вообще-то ненавидеть должна!

А он, вообще не смущается, что мы в людном месте. И что на нас эти самые люди смотрят. И я уже читаю на их лицах осуждение.

Творит что за благорассудится, мерзавец бешенный.

За то, рванув вперед, я получаю свободу.

Правда к моему сожалению ненадолго.

Он, как ни в чём не бывало, снова хватает за талию. Прижимает меня обратно. Как и было.

- Р-руки убрал, - зло цежу я.

От возмущения, даже слов нормальных не находится, чтобы его отчитать как следует.