- Первые сорок восемь часов обязательный холод. И делайте все по этому списку, - протягивает распечатанные листы Роману.

- Спасибо, - кивает Роман и протягивает доктору руку для рукопожатия.

Доктор жмёт в ответ. И кажется мне, не первый раз они видятся.

- До свидания, - говорит уже мне доктор.

Я снова оказываюсь на руках Романа и он несет меня на выход.

Нога ноет, сердце стучит, а внутри растерянность.

Что дальше?

- Я боюсь домой ехать. Не бросайте меня, - честно говорю Роману.

У меня от мысли, что я одна останусь, внутри всё леденеть начинает.

- Я на отбитого по твоему похож? - бросая на меня колючий взгляд, рычит он в ответ.

- Вам честно или как? - осторожно спрашиваю я.

- Руби правду матку, - толкая дверь плечом, бросает он.

- На отбитого похожи, - вжимая голову в плечи, говорю я.

Ну а что, сам попросил.

- Допизделась ты Гудкова, - хищно усмехается Роман-мерзавец.

Нервно сглатываю. Потому что его ухмылка, явно намекает на наказание.

Но вот, оно точно не будет в стиле ремня и попы. Порочный блеск его глаз, совсем не на это намекает.

- Стоп-стоп-стоп! - напрягаюсь в его руках. - Вы сами правду попросили сказать. А теперь за неё же и наказывать собираетесь. Вам не кажется, что это как-то несправедливо?

- Жизнь вообще, штука несправедливая, - заявляет он.

- Но… но вы же эту справедливость восстанавливаете. Работа же у вас такая, - уговариваю его.

Роман смотрит на мои губы. Затем, очень медленно переводит взгляд к моим глазам.

- Долго выкать будешь? - вдруг спрашивает он.

Озадаченно смотрю на него.

- Ну, так вы же старше меня. Лет на десять точно. Как-то неприлично тыкать, - пожимаю здоровым плечом.

- А целоваться в засос прилично?

Краснею, от упоминания того, как нагло он меня целовал. Волна жара тут же внутри подниматься начинает, вводя меня в то же состояние, что и тогда.

- Я… я не хотела. Вы сами начали, - мотаю головой.

- Ты продолжила, - усмехается он. - Открывай дверь, - кивая на машину, приказывает он.

Да что тебя, Роман-мерзавец.

- Вы просто не оставили мне другого выбора, - злюсь я.

Вот зачем сейчас про это вспоминать?

Мне про свою безопасность думать надо. А не о том, как горячо он целует. И как я трепещу в ответ.

Открываю дверь, в надежде что он меня сразу посадит на сиденье и я наконец дышать спокойно смогу. Без дурманящего запаха его парфюма.

Однако Роман и не собирается меня отпускать.

- Уверена? - спрашивает он.

- Да, - твёрдо отвечаю.

Хотя, на самом деле нифига я не уверена. Я могла бы сопротивляться. Просто, то что я тогда испытала, ошеломило, выкинув всё остальное из головы.

Потому что ничего подобного я до этого не испытывала. Как будто я до чего-то тайного начала дотягиваться. И чувство, что так и не дотянулась, так и осталось внутри.

А сейчас оно снова начинает разрастаться во мне, от того что он так пристально смотрит и того и гляди снова поцелует. Окуная меня в водоворот запретных желаний.

- Чуть позже протестим, - заявляет он, и наконец сажает меня на сиденье.

А внутри у меня появляется сожаление, что он так и не поцеловал. И как бы я себе не внушала, что должна испытывать облегчение, разочарование не проходит.

Роман-мерзавец садится за руль и мы срываемся с места с пробуксовкой.

Позже протестим!

Так и хочется спросить, что конкретно?

И в то же время боюсь услышать ответ. Потому что моё тело, явно не на стороне трезвого рассудка. Оно готово кинуться в омут приключений, на которые Роман намекает.

Он останавливается напротив большой круглосуточной аптеки с припиской медтехника.

Из бумаг, которые врач ему передал, забирает лист, где выписаны лекарства и собственно рекомендация на жесткий бандаж.

- Сиди здесь, - строго смотрит на меня.

- Придется, - киваю на ногу.

Он кивает и выходит. Смотрю ему вслед. А внутри непонятно что творится. Вместо того чтобы от страха трястись, я трясусь от страха что сдамся.

Он как будто на какую-то кнопку нажимает, парализуя все мыслительные и сопротивлятельные процессы во мне. И отжать эту кнопку, пока он рядом, у меня не получается.

Может я уже влюбилась?

Да нет!

Не может этого быть! - мотаю головой.

Не могла же я в такого мерзавца влюбиться. Он не стесняясь при мне с другими девушками флиртует. Вечно командует, не спрашивая моего мнения. И вообще, на роль моего мужчины, будушего мужа и отца моих детей он вообще не подходит.

Я даже представить не могу с ним совместную жизнь.

Вечно дёргаться, что он на кого-то там посмотрит?

Я такой участи не хочу. Мне нужен спокойный, рассудительный, обходительный и понимающий мужчина.

И со скуки с таким будешь подыхать, - язвит внутренний голос.

- За то спокойная буду! - вслух отвечаю сама себе. - И без всяких проблем и эмоциональных качелей.

Вроде правильно думаю, но вот самой от своих убеждений кисло становится.

Роман в это время выходит из дверей аптеки, и моё сердце тут же радостно подпрыгивает. Словно я его пол года ждала и вот он вернулся.

Не к добру это.

Ой не к добру!

Роман садится в машину. Достаёт из пакета упаковку. По видимому бандаж на ногу. Остальные пакеты закидывает на заднее сиденье. Держит упаковку между нами.

- Тебя натянуть или сама справишься? - кривя губы в наглой ухмылке, спрашивает он.

Меня кипятком от возмущения окатывает. Только что думала что он рыцарь, меня спасающий.

А на деле хамло! Ещё и намёки кидает.

Выхватываю у него упаковку и зажав её между колен, разворачиваю.

- Сама справлюсь, - гордо заявляю я.

Только вот сказать легко, а сделать трудно. Тем более одной рукой.

Но я не из тех кто сдается на полпути. Достав бондаж, подмечаю что скорее всего стоит он тоже не дёшево. Ткань к телу приятная, и сделано качественно.

Вставляю с трудом ногу. Морщусь от боли, пока натягиваю бандаж в виде носка. Ещё и шнуровка на нём.

Понятно, что она для удобства и фиксации.

А мне-то как однорукой с ней справится?

Сцепив зубы, пытаюсь просунуть ногу дальше и ни черта не выходит. делаю пару глубоких вдохов.

Надо просто успокоиться и попробовать ещё раз. И было бы совсем замечательно, чтобы сейчас этот Роман-мерзавец не сверлил меня своими наглыми глазами.

- Ногу сюда, - хлопая по коленке, требует он.

- Я сама, - с расстановкой цежу я.

Он тут надо мной издевается, стбёт, а я его команды выполнять должна. Как бы не так, капитан Филатов.

Резко дергаю руку вверх и чуть не вою от резкой боли. Сцепив зубы напрягаюсь вся, чтобы перетерпеть.

- Упертая! Ногу, быстро! - с рычащими нотками в низком голосе, приказывает он.

- Не хочу я вам ногу давать! Вы для начала нормально разговаривать научитесь! - обиженно говорю я.

Правда обидно.

Я что, специально что ли?

А он… натянуть!

- Гудкова, - предупреждающе рычит он.

Колючие мурашки тут же по телу бегут.

- Если будет больно, я вас пну, - заявлю я и протягиваю ногу, с наполовину натянутым бандажом.

Вот прям правда так сделаю! Отомщу за всё, что неприятное он мне уже наговорил.

- Давай на двух травмах остановимся. Инвалидное кресло дорого стоит, - укладывая мою ногу поудобнее для себя, говорит он.

Поджимаю губы. Опять я по его мнению во всём сама виновата.

- Если бы не вы, ни одной бы не было, - обвинительно говорю я.

Получаю пронзительный взгляд. И снова поджимаю губы.

Что ему объяснять. У него своя правда. Для него я виновата.

Он берется за края, касаясь попутно ноги. Кожа на ней, тут же гусинной становится. И все мои небритые волоски дыбом встают.

Сразу же становится стыдно. Но ведь неудобно с одной рукой. Да и не рассчитывала я, что я их кому-то показывать буду. А юбку и тем более я надевать не собиралась.