Мне даже интересно, что Роман сейчас говорить будет. Улыбка сама на лице растягивается.

Прилетает чувствительный тычок в плечо. А я ничего поделать не могу. У меня душа поёт. Бабуля сейчас ему за меня по полной выдаст.

В этом я на все триста процентов уверена.

Роман хмыкает.

- Сама меня нашла. Выбежала под колёса, - нагло заявляет он.

Ой Роман Георгиевич! Вот ты же сам напрашиваешься.

- А кто-то летел как угорелый, - добавляю я.

- Это поэтому ты переломанная вся? - ужасается бабуля.

Бабуля строго смотрит в зеркало заднего вида на Романа.

- Рома? - требовательно завет она.

- Давай не в дороге, ба. За дорогой лучше следи, - спокойно отвечает Роман.

- Я то послежу. А ты готовься, - с угрозой в голосе, говорит бабуля.

Рома тяжело вздыхает, что аж до меня долетает, шевеля волосы.

Он наклоняется ко мне, со стороны двери.

- За бабулей тебе не удастся от меня спрятаться, - тихо рычит он мне на ухо будоражащим тоном.

У меня, от его, слов ходок по позвоночнику пробегает. А внутри наоборот, всё вспыхивает жаром.

- Ты надолго ко мне? - бросает бабуля через плечо.

Замечает, как Роман от меня отстраняется.

- И не приставай к Лизе. Знаю я тебя, - строжится она.

- На пару дней точно. Дальше видно будет, - довольно говорит он.

Затылком чувствую, как он меня взглядом сверлит. И мне не по себе становится.

Особенно после его угрозы.

- Это хорошо. Успеешь Лизе наше озеро показать. Да по окрестностям прокатить, чтобы красотой полюбовалась. А то сидите в картонных коробках в городе, ни черта не видите, - ворчит бабуля. - И небо звездное тоже покажешь.

- Все выполню, бабуль, - довольно подает голос Роман.

Кажется, я сама на себя беду накликала…

Домик Дарьи Сергеевны, оказывается настоящим загородным домом. Есть небольшой огород. И много газона с плодовыми деревьями.

Внутри тоже много пространства.

- У вас очень просторно, - с восхищением разглядывая большую гостиную с камином, говорю я.

- Это да. Всю жизнь жила в тесноте, и внуки исполнили мою мечту. Чтобы пространства вокруг было много, - гордо говорит она.

- Единственный минус, убираться замучаешься, - с практической стороны оцениваю я.

- Ой! И эту проблему они решили. Приглашают девочек ко мне, из, - она щёлкает пальцами, вспоминая название.

- Бабуль, клининговая компания, - появившись с моей сумкой, говорит Роман.

- Вот да, это слово. Язык чёрт побери сломать можно! - ворчит дарья сергеевна. - Нет бы по русски назвать. Все англицизмами утыкали.

- Дамы, вынужден вас оставить, - ставя сумку у дивана, объявляет Роман.

- Внук, - с укором смотрит на него бабуля.

- Работа, сама же знаешь, - пожимает плечами.

- Ну и едь, - машет на него. - Сами мясо на огне пожарим и съедим.

- Это не честно, - хмурится Роман.

- А надо было работу поспокойнее выбирать, - парирует бабуля в ответ.

Всунув ему два быстро сделанных бутерброда, бабуля провожает внука. Я стою на крылечке, радуясь, что все угрозы останутся невыполненными.

А потом, может вообще, он на другую своё внимание переключит.

Ближе к вечеру, мы жарим шашлык. Бабуля ничего не позволяет мне делать.

- Ты и так настрадалась. Твоё дело восстанавливаться, хорошо кушать и отдыхать, - пересекая мою очередную попытку помочь, строжится она.

- Да мне не удобно бездельничать, - честно говорю я.

- Неудобно на потолке спать. Одеяло спадывает, - отрезает она. - Шуруй за стол и пей чай, - отгоняя меня от мангала, командует она.

А когда всё готово, мы в беседке на улице ужинаем.

Шашлык такой вкусный и нежный, что язык проглотить можно. Теперь я понимаю, почему Роман насупился, когда бабуля его этим шашлыком и стращала.

- Очень вкусно. Поделитесь рецептом, что делать, чтобы мясо таким нежным сочным получалось? - доедая вторую шпажку, спрашиваю я.

- Научу, когда рука заживёт, - довольно говорит бабуля.

Следующие две недели я можно сказать только и делаю, что наслаждаюсь жизнью.

бабуля окружает меня заботой. даже начала позволять хоть немного ей помогать. Днем мы занимаемся садом, готовкой, а вечерами ведем задушевные беседы.

Она мне рассказывает про свою молодость, а я ей про своё детство.

Роман за это время приезжал два раза. И каждый раз буквально на два-три часа, ссылаясь на дикую занятость.

И я каждый раз выдыхала от облегчения и сожалела одновременно. Ещё и начала себя ловить на том, что скучаю по нему.

А он, зараза, ещё и масла в огонь подливает. Смотрит жадно, словно всю меня сожрать целиком готов.

И подарочки привозит. Шкатулку красивую, хранить всякие мелочи, привёз в первый раз. А во второй - набор кремов, для всего тела.

А когда вручает их, всегда награду требует. В щёку его поцеловать.

И у меня чувство, что я огнедышащего дракона целую. Который вот-вот схватит меня и утащит в свою пещеру.

Арина приезжает чаще. И каждый раз рассказывает нам, что никаких девиц в поле зрения Романа нет. При этом поглядывает на меня, словно я об этом её спрашивала.

Арина же и везёт меня в больницу, на приём к травматологу.

- Знаешь, я не узнаю своего брата, - вдруг говорит она. - Перестал девиц кадрить. Работает как проклятый, как будто куда-то торопится. Есть идеи почему? - хитро прищурившись, спрашивает

От её слов, внутри всё теплеет.

- Понятия не имею, - мотаю головой.

Кто его знает, может он специально скрывается, чтобы Арина мне не рассказала.

- А вот зря. Я думаю, он на тебя глаз положил.

- А через пару недель положит на другую, - отмахиваюсь я.

- Да нет, - качает она головой. - Кажется, Рома понял, что пора остепениться. И про тебя постоянно спрашивает, как я от вас приезжаю.

- Арина, мы обе взрослые девушки. И бабника, ничто и никто исправить не сможет. Это у них в крови, из койки в койку прыгать.

- Я не согласна. Бабник меняется, когда влюбляется. И видит потом только одну женщину.

- А когда страсть и период влюбленности проходит, снова видит всех остальных, - добавляю я.

- Вот что ты такая вредная. Я тебе и так намекаю и так. А ты… - машет она рукой.

- А я привыкла трезво смотреть на вещи, Арин, - с грустью в голосе, отвечаю я.

Напоминаем! У нас вышла новая история.

С нетерпением ждём Вас в гости ☺️

- Так, курицы! Которая из вас Никитина?! - рычит с порога амбал, одетый в костюм с иголочки.

Замираю от страха. Потому что Никитина - это я.

В кабинете не слышно ни звука. Все взгляды моих коллег, как по команде в один момент, устремляются на меня. Я ощущаю кожей, прилипшее ко мне внимание.

Амбал это видит. Идёт прямиком к моему столу. Останавливается напротив. Даже ничего не делая, он пугает до дрожи в коленках.

- Со мной поедешь, - приказывает он по-хозяйски.

Почти счастливая, прощаюсь с доктором. Мне разрешили снять бандаж с руки. А вот ногу ещё на полторы недели оставили.

Открываю дверь и на месте, где осталась меня ждать Арина, вижу Романа.

Сердце, внутри грудной клетки, тут же делает переворот на все триста шестьдесят градусов. И начинает выбивать быстрый ритм.

- А Арина где? - оглядываясь по сторонам, спрашиваю я.

- И я рад тебя видеть, - легко поднимаясь со скамьи, идет он ко мне навстречу.

- П-привет, - теряясь от вихря своих эмоций, отвечаю я.

- Привет, Лиза, - говорит он.

И как-то по особенному моё имя звучит, в его голосе. Интимно очень. Аж мурашками щекотными покрываюсь.

И где его постоянное Гудкова?

Когда он подходит вплотную, отступаю на шаг. А он тут же возвращает меня на место, властно притягивая меня за талию.

Ой мамочки! Все внутри словно тысячами маленьких вспышек взрывается.