Космические Воздушные Силы Каптейна пропустили корабль сквозь планетарную систему обороны, просканировав его несколько раз, не обнаружили ничего подозрительного. Стремительно быстрый и сильно отличающийся от всех кораблей в созвездии Живописца приземлился возле здания Сената, где была резиденция канцлера.

Тяжёлые металлические раздвижные двери пропустили посланца, которого никто до сих пор не видел: слишком был длинный капюшон, из-под которого выглядывал острый подбородок с пурпурными прожилками на коже.

Ва Мир Ин, встревоженный, приподнялся навстречу посланцу с Нибиру. Уже то, что корабль с планеты, которая вечно убегала, прибыл на Каптейн, заставило его насторожиться.

– Ваше высокопревосходительство, – посланец слегка склонился, голос прозвучал резко и отрывисто для слуха канцлера. – Мы прибыли сообщить печальную весть: Лидер Снайдер в коме вследствие покушения на него. Он отбился от нападающих, но раны зажили, а душа словно застыла; и не может ни умереть, ни вернуться к жизни. Возможно, если вы прибудете к нам, его душа найдёт путь.

– Кто мог напасть? Как он вообще попал к вам? – властно спросил канцлер. Казалось, новость не потрясла его. Только на миг дёрнулись губы и в глазах мелькнули на миг страх и отчаяние.

– Мы проследили данные его маршрута на компьютере. За ним была погоня, и он пытался их увести в сторону Магелланова облака, но, видимо, столкнулся с чем-то или кем-то и резко изменил путь. При этом в базе его компьютера оказались весьма хаотичные гиперпространственные прыжки в разных частях созвездия. Мы предположили, что это были имперские агенты. Он… вернулся на Нибиру, потому что недавно доставил к нам тяжелораненую ученицу, которую хотел передать нам для дальнейшего обучения в Академии.

– Странная какая-то история с погоней. Кто эта девушка?

Посланец промолчал и оглянулся на стражей, напряжённо застывших у дверей.

Канцлер, поняв его, одним движением пальца создал вокруг них звуконепроницаемую стену – их окутал голубой ореол.

Посланник придвинулся к канцлеру ближе, при этом стража синхронно достала мечи и бластеры и направила их на пришельца. Ва Мир Ин жестом остановил их и сделал знак нибируанцу.

Тот вздохнул и неожиданно спросил:

– Вы что-нибудь слышали о пророчестве?

Канцлер завис. Он попытался напрячь всю свою умственную память, но там были только заседания, советы, дебаты, подписи – картина его бюрократизма. В далёких уголках памяти внезапно вспыхнуло воспоминание: как Лидер ругался с ним по поводу «белых линий» – и резко всплыла фраза, брошенная юношей ему на прощание: «Все помешались на этом пророчестве! Все думают, что она Избранная! Но она просто человек с травмами из детства, ей это бремя не под силу, как и было и мне… когда-то. Я помогу ей, пусть даже за это придётся отдать жизнь. Слишком многое мы потеряли и принесли в жертву, но её я не отдам вам на заклание, как мою мать!»

Ва Мир Ин вздрогнул. Какими же пророческими словами оказались теперь брошенные в пылу гнева и горя фразы Лидера Снайдера.

– Да, – наконец-то произнёс слово канцлер. – Все думают, что она Избранная. Да только девушка тоже страдает, как будто кома Лидера медленно, но верно забирает у неё желание жить.

– У неё стокгольмский синдром?

– Нет-нет, этого точно нет в анамнезе. Здесь что-то другое, недоступное нам и лежащее в другой плоскости бытия нашего мира.

Ва Мир Ин нахмурился, и глубокая складка залегла между глаз.

Неожиданно запищал передатчик сигнала у него на столе. Канцлер машинально нажал на кнопку приёма.

Перед ними возникла голограмма молодого человека в форме главнокомандующего Коллективным войском Конфедерации.

– Ваше высокопревосходительство, – он отдал честь. Канцлер кивнул в ответ, разрешая продолжать. – На Тейноне замечено движение войск короля Валтасара-Рогволода и местного князя против другого княжества. По нашим данным, там намечается жестокая битва.

– Они не вступали в переговоры?

– Враждующие стороны? Нет.

– По поводу чего у них конфликт?

– Из-за кронпринцессы Рогнеды. Только она сбежала с Интона и вернулась на Тейнон, резко активировав своим возвращением битву. До этого надеялись, что конфликт исчерпан.

– Лакомый кусочек эта принцесса, – проворчал канцлер. – Немедленно выслать силы особого реагирования на Тейнон. Выполняйте приказ.

– Есть!

Голограмма исчезла.

– Нам не нужны стычки на планетах, когда у нас весьма неспокойный сосед – Империя! Мало того что нас пытались спровоцировать, так теперь и это! – произнёс жёстко Ва Мир Ин нибируанцу. – Сами понимаете, нам теперь не до визита на Нибиру. Может, вам нужна помощь нашего медцентра?

– Благодарю вас. Мы сами справляемся.

– Докладывайте лично мне о его состоянии. Прощайте.

– Прощайте!

Нибируанец поклонился и покинул апартаменты канцлера Конфедерации.

В тёмном влажном лесу слышались одномерное цоканье копыт сотен тысяч лошадей, тихий гул голосов и лязг оружия. Войско короля Валтасара-Рогволода, соединившись на рассвете с войском князя Владимира, двинулось дальше на огромную равнину – на Червлёные поля, которые раскинулись до самых гор, где находилась святыня планеты.

Воздух был пропитан тревогой.

Кони мерно скакали, оружие лязгало, а в воздухе медленно разгоняло туман искусственное солнце планеты.

Наконец ровные шеренги конниц противников выстроились на противоположных концах равнины. Соперники прекрасно видели друг друга на освещённой равнине.

Ярополк с надменным выражением лица что-то коротко раздавал своим военачальникам, которые поскакали по разные стороны его войска, салютуя конницам.

Валтасар-Рогволод и Владимир стояли бок о бок, и их верная дружина громко выкрикивала боевой клич, и войско сзади них гудело как потревоженный улей.

В воздухе витали хищные птицы, ожидая богатый пир.

Не сговариваясь, конницы синхронно кинулись в бой. Миг – и всё смешалось: крики, звон оружия, на котором плясали лучи солнца.

Владимир восседал на вороном коне позади, наблюдая за битвой с высокого холма. В прибор он прекрасно видел брата, стоявшего на противоположной стороне и в упор смотревшего на него.

Губы их одновременно сжались.

Князь увидел, как Ярополк смеясь что-то сказал стоявшим позади него военачальникам, показав на него пальцем, и все дружно рассмеялись.

Гнев огнём охватил душу Владимира. Он понял, что сказал брат: «Трус».

Вздёрнув поводья коня, он рывком направил его в гущу битвы, мельком увидев, как Ярополк вскочил на коня и бросился навстречу ему через океан бьющихся воинов.

Он не услышал, как ему вслед закричал отчаянно король Тейнона:

– Владимир! Остановись!

Конь бешено мчал его через поле битвы. По пути он сбивал клинком противников, следовавшие за ним его телохранители прикрывали своего князя.