— Здравствуйте, — произнесла она с приветливой улыбкой, — чем могу быть вам полезной?
— Добрый вечер, — отозвалась Шани, при этом вертя головой во все стороны, рассматривая лепнину и позолоту. — Нам бы хотелось подать заявку на конкурс пивоваров, что скоро должен у вас пройти.
— А у вас есть производство? — поинтересовалась эльфийка. — Домашним производителям нельзя участвовать.
— Да, — коротко ответил за Шани кобольд.
— Тогда пройдите в комнату номер три, прямо по левому коридору.
— Благодарю, — поклонилась принцесса в импровизированном реверансе, взяла деревянную плашку с выжженой цифрой на ней и отправилась в нужную сторону.
Коридоры тоже пустовали, посетителей можно было пересчитать по пальцам одной руки, но при этом освещение здесь было ярче солнца в погожий день.
Привыкшие к полумраку кобольды крайне болезненно переносили такой ослепительный свет, поэтому принцесса сочувственно погладила Варна по голове, а он старался держаться в её тени.
Как и подобает принцессе, Шани ввалилась в третий кабинет без стука и разрешения:
— Здравствуйте! Мы на регистрацию в конкурсе пивоваров! — громко прозвучал её голос и звонким эхом разошёлся по помещению.
Варну показалось, что она сделала это специально, чтобы побесить местных чиновников за свет в коридоре. Как он успел обратить внимание, изначально лампы горели не так сильно, а часть не горела вовсе. Совершенно очевидно, что заканчивался рабочий день и свет приглушили. Ни для кого не было секретом, что у кобольдов очень чувствительные глаза, значит работники сделали это намеренно.
Сидящий за массивным дубовым письменным столом человек в строгом костюме поднял голову и поморщился:
— Зачем так кричать! Проходите, присаживайтесь. Оставьте своего зверя где-нибудь у входа за дверью.
— Боюсь, не выйдет, — строго ответила девушка, чеканя шаг каблучками, подходя к столу и демонстративно оставшись стоять. — Скорее, я его слуга, чем он мой.
— Чем обязан вашим появлением? — спросил чиновник, переводя холодный взгляд из-под густых чёрных бровей на кобольда, с комфортом забравшегося на кресло.
— Да мы вроде уже сказали, — ответила принцесса, — хотим подать заявку на конкурс.
Сухая тонкая рука мужчины молча вытащила откуда-то лист бумаги и пододвинула к краю стола. Шани хмыкнула и, снова не ожидая разрешения, взяла перьевую ручку с подставки и обмакнула её в красивую чернильницу, а затем принялась писать.
На листе уже пропечатали большую часть текста, осталось просто заполнить несколько пробелов. Обычно девушка старалась писать каллиграфическим аккуратным почерком, но сейчас не особо хотелось стараться. В тишине, прерываемой только скрипом пера, висело напряжение и ощущалась ничем не прикрытая неприязнь. Чиновник сверлил взглядом Варна, а тот делал вид, что внимательно изучает шкафы с книгами и свитками, которыми заставлен маленький кабинетик.
— Готово! — провозгласила Шани, разворачивая лист и пододвигая его к чиновнику.
Он открыл было рот, собираясь высказаться о безграмотности гостей, но не обнаружил ни одной ошибки или помарки, к которой можно было бы придраться. А в одном месте пропечатанного тексте вообще была чернилами исправлена ошибка в написании.
— Всё верно, — облизнув засохшие губы, произнёс мужчина, разглядывая стоящую в победной позе принцессу. — Мне потребуется доказательство, что вы представляете интересы старухи Алетры. И ваш регистрационный взнос.
Оба молча показали оттиски печати, что утром передала им владелица пивоварни, чиновник удовлетворённо кивнул. После чего начал рыться в большой толстой книге.
— Обычно регистрационный взнос составляет одну золотую монету, — проговорил мужчина, после чего презрительно усмехнулся, глянув победоносно сначала на Шани, затем на Варна. — Однако не сама Алетра подаёт заявление, а её управляющие, не являющиеся жителями нашего славного богами спасаемого города Эрен, так что вы должны внести дополнительную плату в размере одной серебряной с человека и двух с полуразумных созданий. Закон от шестого года правления короля Сарвина III Благостного. Итого, насколько мне известно от стражи, с вас одиннадцать серебряных монет.
— Как вам будет угодно, — холодным как лёд голосом выдавила Шани.
Такой интонации Варн ещё не слышал от неё, ему даже вдруг показался совсем незнакомым этот голос. На стол начали медленно падать с глухим звоном по одной монетке после каждого слова девушки: гэларский золотой орёл и двенадцать серебряных треугольничков.
— Но я вынуждена не согласиться с вами, друг мой. Двенадцать серебра. Ибо вы понятия не имеете, какое чудовище впустили в город в моём лице…
С последними словами об стол звякнула последняя, двенадцатая, монета.
— И ещё, — продолжала принцесса тем же недружелюбным голосом, — я хочу получить сейчас же копию нашего заявления с печатями, расписку о получении нашего взноса. И отдельную расписку с номером указа и его датой о взимании дополнительной пошлины. На каждого из нас.
Повисло тягостное молчание. Чиновник собирался с мыслями и вдруг выдал, отодвигая к посетителям полученные деньги:
— По законам нашего королевства вы обязаны заплатить деньгами нашего славного герцогства или иных земель Истрии…
Шани рассмеялась странным неприятным смехом, после чего положила ладони на стол и приблизилась лицом к треугольному лицу оппонента:
— Согласно постановлению Лиги Света от четвёртого оборота после её создания за номером 5617-э, — буквально прошипела девушка шёпотом, — все государства, входящие в Лигу, обязаны принимать денежные средства друг друга на всех землях и территориях как свои собственные. За исключением большой разницы между номиналами. Однако в постановлении той же Лиги от седьмого оборота за номером 315-э все страны, входящие в Лигу, обязаны придерживаться в выпуске своих денег строгой нормы качества золота, серебра и меди. Теперь вопрос. С какой поры королевство Истрия не входит в Лигу и не подписывала сии хартии?!
Чиновник нервно сглотнул.
— Я сейчас вам всё выпишу, — тихо произнёс он.
Копирование и выписывание документов заняло довольно много времени, однако они больше препирались с чиновником, чем он писал свои бумажки и ставил печати. Наконец он закончил и вручил свитки принцессе лично в руки:
— Всего вам хорошего, — тем же ледяным голосом произнесла Шани, круто повернулась на каблуках и, опять чеканя шаг, отправилась на выход, Варн едва успевал за ней.
Отсалютовав эльфийке на входе рукой, они снова вышли на площадь. Уже сильно стемнело, вечер вступал в свои права, тени захватили всю площадь, теперь от фонтана веяло неприятной прохладой. Девушка поёжилась, обхватив руками плечи.
— Откуда ты знаешь все эти законы? — полюбопытствовал Варн.
— А? — не сразу поняла его Шани, но тут же опомнилась, её личико снова медленно становилось привычно жизнерадостным, хотя вопрос кобольда нагнал на неё тень, она махнула рукой, явно уклоняясь от прямого ответа. — Да приходилось учить в детстве, не бери в голову. К тому же я много общалась с Трегинтом и Эли, они в этом подкованы.
— Понятно, — пожал плечами белый. — Хорошо, что ты с нами, я бы точно меч вытащил. Ладно, пошли в пивоварню. Надо дать наставления Теси и Эксу перед их походом.
Шани рассеянно кивнула и зашагала вслед за лидером, не особо глядя по сторонам в этот раз. Людей на улицах стало заметно больше: многие возвращались с работы домой или в близлежащие таверны — ужинать. На узких улочках стояла толчея не хуже, чем в двух столкнувшихся в бою фалангах. Крики, отборная брань, визги, стоны и вздохи. Несколько раз их пытались обокрасть, но грабители отделались лишь сломанными пальцами. В ремесленном квартале друзья вздохнули с большим облегчением и немного постояли на месте, просто чтобы отдышаться.
— Им пора подумать о расширении улиц, — пропыхтел Варн.
— Не то слово, — поддакнула принцесса, — никакого порядка. Я бы регулировщика поставила или указатели магические на стенах. А то идёшь вслепую, не туда свернул и всё, считай, не вернёшься потом на нужную улицу, не сделав несколько крюков по соседним.
