— Джи, девочка моя, нам нужен этот брак. Тебе же нравится господин Юйлуа, прими его, — ласково обратилась ко мне матушка, как к умалишённой.

— Я с удовольствием приму его, но только вместе с Шэнли. Матушка, Джинг выбрала своего Фанга сама. У меня тоже должно быть такое право, — миролюбиво парировала я.

— Милая, но это глупо. Мужик уже твой. Я бы тебя поняла, если бы тебе его отдавали только в мужья и ни как иначе. Зачем тебе это нужно? — спросила меня мать.

— Я люблю его и он должен стать законным мужем. Он должен быть полноценным членом семьи, мне больно видеть его в чёрной одежде с медальном на шее. Матушка, прошу вас, уступите мне, — встав на колени, я низко поклонилась и замерла, коснувшись лбом пола.

Повисла тишина, я покорно ждала решения главы своего клана, пауза затягивалась.

— Хорошо. Сегодня будет по-твоему, — сдалась княгиня.

У меня от сердца отлегло, как будто мешок картошки с плеч скинула. Я уже была готова разразиться словами благодарности, но матушка продолжила.

— Но третьего мужа выберу тебе я. И без препирательств! — подгадила мне настроение матушка.

Выбора у меня не было, не может всё быть по-моему, статус у меня не тот, вздохнула я. Однако своего я добилась, а что там будет с третьим мужем и когда, мы ещё посмотрим.

— Воля ваша, матушка. Благодарю вас за благосклонность, — поклонилась я.

— Я отправлю верховной княгине-принцессе Джаохуи благодарственное письмо, в котором сообщу, что мы принимаем прошение о браке. А также извинюсь за промедление в принятии решения, сошлюсь на нашу скорбь в связи с кончиной твоей подруги. Хотя всем и так всё понятно, — закатила глаза княгиня Шу. — Ты же напиши прошение в храм, пусть жрецы-астрологи подберут вам троим счастливый день, — велела женщина.

— Благодарю вас, моя почтенная матушка. Это действительно важно для меня, — поклонилась я.

— Джи, я полагаю, княжич-принц Юйлуа в курсе, что ты используешь брак с ним подобным образом? В противном случае уже мы можем получить отказ, — усмехнулась княгиня.

— Я бы не стала действовать за его спиной, — честно призналась я.

— Ступай уже, — вздохнула глава семьи. — Эх, кто бы мне лет десять назад сказал, что с тобой будет так сложно, казнила бы его за глупость. Ты была такой послушной девочкой. Иди, порадуй своих мужчин, — печально улыбнулась матушка.

Поклонившись сестре и матери, я покинула приёмную княгини. За дверями народу поубавилось, видимо визитёры сообразили, что настроение у княгини не самое радужное, так что решили не рисковать и перенести свой визит. Скорее всего, остались те, у кого выбора нет.

На улице меня ждал сюрприз. Юйлуа сидел на ступеньках в ожидании результатов разговора. Завидев меня, мужчина встал и поклонился, я же не стала церемониться. Поддерживая подол своего шёлкового ханьфу, я сбежала по лестнице и с разбегу бросилась на шею любимому.

— Ох, госпожа моих грёз, — обнял меня Юйлуа. — Я так понимаю, великая княгиня Шу дала нам своё согласие.

— Да, милый. Спасибо, что пошёл мне на встречу, — светясь от счастья, улыбалась я.

— Всё ради вашей улыбки, прекраснейшая из женщин, — с улыбкой подмигнул мне мой любимый мужчина.

Мой будущий супруг изъявил желание проводить меня домой, на этот раз я не возражала, так что, взявшись за руки, мы направились в сторону моей резиденции. Моя Юн Ли покорно шла следом и бросала недоверчивые взгляды на нас с Юйлуа. Мне кажется, она всё ещё побаивается красноглазого мужчину.

— Моя сиятельная госпожа, вот тут в разговоре с госпожой Юн Ли, вы назвали меня избалованным самодовольным засранцем, — весело усмехнулся мужчина.

За спиной охнула служанка, а охрана слегка напряглась. Все ждали, как я отреагирую.

— Милый, я разве я была не права? — шутливо спросила я и прижалась к любимому.

— Абсолютно права, владычица моих помыслов. И вне семьи я продолжу таковым являться, пусть враги не расслабляются, — подмигнул мне мужчина и поцеловал в лоб.

Я ничего не ответила на это заявление, а лишь улыбнулась. Пусть мой Юйлуа сам решает как ему вести себя с окружающими. Мы двинулись дальше и проходя мимо цветущих кустов гибискуса Юйлуа как бы невзначай заметил:

— А вот тут одним тёмным вечером вас напугала белочка. Только белочкой был я, ваша охрана в тот вечер перетрясла всю территорию дворца. Однако посторонних не обнаружила. Надо бы почаще им такие тренировки устраивать, стажи моей возлюбленной всегда должны быть на чеку, — откровенно потешался мой будущий муж, посматривая на моих охранников.

Парни были вышколены и сделали вид, что речь не о них вовсе.

— Так ты специально шумел? — спросила я.

— Нет, что ты, мечта моя. Так получилось, — усмехнулся Юйлуа, он наклонился к моему уху и прошептал. — Когда я услышал, как ты просишь передать Шэнли приглашение на ночь, я от зависти чуть руку себе не отгрыз.

Я прыснула от смеха, не смогла сдержаться. В тот момент я и подумать не могла о чувствах, которые бурлили в сердце принца. Я вспомнила, что на следующее утро Юйлуа пришёл к моей резиденции и вёл себя странно, вот в чём было дело, он сгорал от ревности, поняла я.

Глава 53 Подготовка

Вернувшись домой, я первым делом решила отправить письмо в храм. Поэтому поднялась наверх и начала искать сборник, в котором юных чиновников учили составлять официальные письма и прощения.

— Смысл жизни моей, что ты ищешь? — обнял меня сзади Юйлуа и поцеловал в шею.

Мы были одни, так что он мог себе позволить подобные нежности. На людях подобное проявление чувств не допускалось, особенно со стороны мужчины.

— Одобрив наш союз, матушка возложила на меня обязанность обращения в храм для выбора даты нашей церемонии. Поскольку ранее я не составляла подобные прошения, то хочу подсмотреть, как рекомендовано правильно их составлять, — пояснила я, балдея от нежности любимого мужчины.

— Позволь мне, — оживился Юйлуа. — Я очень хочу лично написать жрецам просьбу выбрать дату нашего вечернего ритуала. Для меня это важно, пожалуйста.

Развернувшись в объятиях любимого, я встретилась с умоляющим взглядом своего котика. Видимо эму это доставит удовольствие, подумала я.

— Хорошо, дорогой, пиши, — с радостью переложила я на будущего мужа эту работу. — Я поставлю свою печать. Потом нужно будет подобрать дары для жрецов и отправить делегацию с прошением в храм.

Я намеревалась позвать Ченга, чтоб он приготовил принадлежности для письма. Однако Юйлуа настоял, что сделает всё сам. Мой будущий супруг самостоятельно растёр чернильную палочку в специальной каменной чаще. Так как чернила хранятся в твердом виде в форме небольших палочек. Затем добавил воды и замещал нужную консистенцию.

Далее мужчина взял с полки пустой свиток, разложил его на столе и прижал края бумаги специально предназначенными для этого прямоугольными каменными держателями. Взяв кисть, Юйлуа аккуратно обмакнул её в чернила и приступил к начертанию иероглифов. Мужчина был сосредоточен и грациозен, одной рукой он поддерживал широкий рукав своей дорогой одежды, а другой выводил текст.

Любуясь своим возлюбленным, я вдруг вспомнила небесный фонарик, который мы вместе запустили в небо. И мне стало интересно, что же всё-таки Юйлуа на нем написал. Чтоб не сбивать своего мужчину, я дождалась окончания письма, поставила свою печать и похвалила его за красиво выведенное послание. А затем спросила:

— Сладкий мой, — услышав подобный эпитет в свой адрес, мужчина расправил плечи и засиял от радости. Скажи, пожалуйста, что за желание ты написал на нашем красном небесном фонарике?

— Я пожелал стать твоим мужем, — откровенно признался мужчина. — И желание сбывается, — довольно улыбнулся Юйлуа.

— А если бы я заметила? Юйлуа, был бы скандал, — я недовольно вздёрнула бровь.

— Владычица души моей, ты была сосредоточена на недовольстве моей персоной и мечтала как можно скорее покинуть моё общество. Так что даже если бы я написал своё пожелание у себя на лбу, ты бы вряд ли заметила, — усмехнулся мужчина.