— Ох, моя госпожа, а ведь верно. У вас даже почерк изменился, — вздохнула девушка.

— Просто нужно больше тренироваться, — улыбнулась я.

В таком темпе прошло дня три, я даже добралась до своей творческой мастерской. Однако тут мне пришлось быть очень осторожной. Так как китайская живопись отличается от европейской. Исторически она развивалась обособленно, самобытно, не испытывая на себе никаких внешних влияний. Традиции бережно хранились, передавая знания и мастерство от учителя к ученику из поколения в поколение на протяжении столетий. Традиционная китайская живопись отличается от всех культурных направлений живописи в мире.

Поэтому мне приходилось уделять много внимания и прилагать массу усилий, чтоб придерживаться классическим канонам и не создать что-то подозрительное для местного населения. Изобразила я ветку цветущей сакуры, с которой облетают розовые лепестки и сидящую на ней птичку. По мне так ни чего особенного и мне казалось, что я соблюла все нюансы и традиции китайской живописи.

Вот только Юн Ли пришла в восторг, девушка утверждала, что это не только новаторство и передаёт глубокий смысл ухода весны и приближении лета, но и намекает на круговорот времён года. Наблюдая за восхищённо щебечущей девушкой, я пришла к выводу, что с творчеством нужно завязывать. Если мне удалось вписаться в современную действительность, то мои картины раскроют мою иномирность в два счёта.

Я постоянно думала о Шэнли, мне хотелось не просто увидеть его, а пригласить мужчину на ночь. Вот только осознание того, что он ждёт приглашения не от меня, а от настоящей княжны Джи, меня останавливало. Мои внутренние терзания меня выматывали, я чувствовала, что начинаю скатываться в депрессию.

Сама того не зная на помощь мне пришла старшая сестра. Джинг пригласила меня присоединиться к ней в зале Чистой добродетели на территории своего двора. Если перевести на русский, то сестра позвала меня в баню.

Наслаждаясь банными процедурами и массажем, который делали нам наши служанки, мы с сестрой вспоминали детство. Вернее она вспоминала, а я поддакивала, так как мне вспоминать было нечего. Однако мне на помощь пришли дневники княжны Джи и я переводила разговор на моменты, описанные в них.

Сестра поделилась, что матушка присматривает ей второго мужа, сына княгини Мейксиу, главы округа Хоуцу.

— Ты не против его кандидатуры? — спросила я, так как меня напрягло, что мать выбирает мужа сестре.

— Нет, — спокойно ответила Джинг. — Он достойная кандидатура. К тому же мы с матушкой договорились, что одного мужа я выбираю себе сама, остальных она. Своего Фанга я выбрала самостоятельно, так что теперь решение за главой нашей семьи. Так как я будущая княгиня, важно чтоб меня окружали правильные мужчины. Зато в состав моего гарема матушка не вмешивается, — улыбнулась сестра. — Кстати, как твой наложник? — спросила она.

— Нормально вроде, — подала я плечами.

— Он тебя устраивает, во всех аспектах и как мужчина? Если он не состоятелен, можно выгнать, — в серьёз заявила сестра.

— Ну, я не помню ту ночь, я действительно пьяная была, — замялась я.

— Погоди. Так ты что до сих пор его не попробовала? — искренне рассмеялась обнажённая Джинг, сидя в бочке с лепестками роз.

Наши служанки прятали глаза и улыбки, хихикая и кидая красноречивые взгляды. А моя сестра открыто надо мной потешалась.

— Если он тебе не нравится, зачем ты его взяла? — отсмеявшись, спросила наследная княжна.

— Нравится он мне, — смутилась я, сидя в соседней бочке.

— Так в чём проблема? Наложник уже три ночи у тебя в гареме, а ты не в курсе, на что он способен. Джи, дорогая, что происходит в твоей миленькой головке? — перевалившись через край бочки, сестра постучала пальцем по моей голове.

— Ни чего, — нахмурилась я, не могла же я рассказать ей, что меня терзает.

— Ох, Джи, всё же ты ещё так молода и не осознаешь свой высокий статус, — покачала головой сестра, смотря на меня печально, как на глупышку. — Ты княжна, потомок великого рода Хансукан и к тому же красивая женщина. Прими это и пользуйся. Мужчины, а тем более гаремники существуют, чтоб служить и угождать. У мужчины всего три функции: добывать, защищать, ублажать. Всё. Больше с них взять нечего, вот и бери. Это твое право. И ненужно ни чего усложнять, — усмехнулась Джинг.

Глава 33 Незабываемая ночь

После разговора со старшей сестрой на душе у меня полегчало. Я окончательно осознала, что на ближайшие лет сто пятьдесят я Джи Хансукан и ни кем другим мне не быть. Поэтому жить я должна в этом мире как княжна Джи и руководствоваться мне необходимо существующими правилами. Конечно, я могу привнести свою личность, но накладываться она должна на личность Джи, создавая не тандем, а единое целое.

Ничего страшного, что Шэнли любит княжну Джи, он её толком и не знал как человека. У него есть воспоминания о девочке Джи, но с женщиной, которой она стала, он близко знаком не был. Поэтому я дам ему возможность узнать меня и быть может меня он полюбит ещё более сильным и глубоким чувством, нежели прошлую княжну.

После бани мы с сестрой попили чай, церемонию для нас провела служанка наследной княжны Эхуанг. Джинг поделилась, что она планирует родить своего первого малыша и в скором времени снимет противозачаточное кольцо. Так же я узнала, что помимо мужа у неё двое наложников и обоих она выбрала сама. Я порадовалась за сестру, а вернувшись домой, велела передать Шэнли, что я приглашаю его сегодня в свои покои.

Оставшееся время до сна, я провела как на иголках. Несколько раз я хотела отменить свое приглашение, но останавливала себя. В конце концов, я не знала как себя вести, когда мужчина придёт. Переодев меня ко сну, Юн Ли потушила не все свечи в моей спальне. Уходя, девушка не могла сдержать хитрую улыбку и пожелала мне «Приятной ночи».

Сидя на кровати в позе лотоса, я ожидала своего мужчину, в момент, когда в мою дверь постучали, я вздрогнула и по моей коже пробежались мурашки.

— Наложник Шэнли Хансукан прибыл по велению сиятельной княжны Джи Хансукан, — доложил слуга.

— Впустите, — разрешила я слегка осевшим от волнения голосом.

Раздвижная дверь распахнулась и в мои покои вошёл повелитель моих женских грёз. Шэнли был восхитителен, черная одежда ему безумно шла, создавая образ загадочного воина проникшего в покои прекрасной дамы. Мужчина разулся у входа и подойдя к моему ложу, опустился на колени, поклонившись мне.

— Приветствую вас моя прекрасная госпожа, вы всё ещё желаете узнать, насколько божественно я сложён? — обольстительно улыбаясь, спросил Шэнли.

Напоминание о деталях нашей первой встречи, заставило меня улыбнуться и немного разрядило обстановку.

— Желаю, — сверкая улыбкой, с предвкушением молвила я.

— Как пожелаете, моя госпожа, — поклонился мой наложник, а затем встал.

С невероятной грацией и чувством собственного достоинства, Шэнли избавлялся от своей одежды, которая за ненадобностью с шелестом падала на пол у его ног. Мужчина не сводил с меня глаз, следя за моей реакцией, я же наслаждалась устроенным шоу и пожирала его глазами.

Оставшись в одних штанах, он подошёл ближе и встал практически вплотную. Шэн был действительно сложен божественно, развитые мышцы были напряжены и притягивали взгляд. Отблеск свечей плясал на его карамельной коже, а светлые волосы, рассыпанные по его плечам и груди, создавали восхитительный контраст.

Протянув руку, я погладила его грудь и пресс, пройдясь по кубикам на животе. Не сводя с меня восторженных глаз, Шэн задышал чаще и глубже. Ну а я отправила свою нерешительность в долгое эротическое путешествие и прошлась языком по кубикам на его животе. От неожиданности Шэнли вздрогнул и чуть ли не охнул, он смотрел на меня слегка ошарашенно, но был в восторге, ему понравилось. Я поняла это не только по восхищённому взгляду полному благоговения, но и по бугру в его штанах который начал расти.