— Госпожа Лилинг, напомнить вам как должен вести себя мужчина в случае обнаружения женщины без сознания, в полуобморочном или нетрезвом состоянии? — с ухмылкой спросила княгиня нашу гостью.

Гостья замерла и побледнела. Желание ломать комедию вмиг улетучилось. Её глазки забегали, а слов она не нашла. Тем времени моя матушка продолжила:

— Согласно уголовным установлениям Империи Люйсянь, мужчина обнаруживший женщину без сознания, в полуобморочном или нетрезвом состоянии обязан оказать ей помощь. Если женщина ему знакома, он обязан доставить её к ней домой или в лечебницу. Если не знакома, то женщину следует доставить в лечебницу. Однако если лечебное заведение находится в отдалении, мужчина может доставить женщину к себе домой. При этом он обязан уведомить префектуру и оказать даме посильную помощь, но не укладывать женщину в свою постель.

— Нет, нет, всё было не так! Великая княгиня Шу, смилуйтесь, — госпожа Лилинг упала на колени и приняла позу глубоко почтения.

Однако моя мать была неумолима.

— Господин Шэнли, при встрече с сиятельной княжной Джи вы заметили, что она пьяна? — строго спросила великая княгиня Шу, которая по совместительству являлась верховным судьей округа.

— Да, великая княгиня Шу, заметил, — лаконично ответил Шэнли.

— При встрече вы не узнали сиятельную княжну Джи и вы не знали где она живёт? — продолжила допрос княгиня.

Шэнли перевёл взгляд на меня, в его глазах всё ещё было восхищение и что-то большее. Что-то чему я боялась дать определение.

— Я узнал сиятельную княжну Джи, госпожу невозможно не узнать. И я знал, где она живёт, — сообщил он.

Пока шёл допрос, госпожа Лилинг продолжала причитать и умолять мою мать о милости, прощении и снисхождении. А когда Шэнли признался, у нее началась настоящая, не наигранная истерика. Она поползла к возвышению, на котором сидели представительницы моей семьи, охране пришлось её остановить.

— И не смотря на это, вы не доставили княжну к ней домой, не отвезли в лечебницу и даже не оповестили префектуру. Воспользовавшись состоянием женщины вы отвезли её к себе домой и, по словам вашей матери, провели с ней ночь.

— Нет! Нет! Нет! Молчи! Я приказываю тебе, молчи! — заорала на сына мать.

Мой Шэн сглотнул и опустил глаза, я же заподозрила неладное. Наверняка за подобный поступок наказание суровое, жаль я не успела изучить " Уголовные установления с разъяснениями Империи Люйсянь ", но там такой талмуд, что за неделю не прочесть. Судя по реакции госпожи Лилинг, завывающей на полу зала аудиенций, выговором Шэнли не отделается.

Но ведь это я была им очарована и я его первая поцеловала, что дальше было не помню. Вот только зла я на него не держу, более того я не прочь повторить нашу ночь, но так чтоб запомнилось.

— Наказание за подобный поступок в отношении княжны — смерть, — жёстко произнесла княгиня. — А для семьи виновного конфискация имущества и лишение титулов, если таковые имеются.

Вот тут вздрогнула я и с ужасом взглянула на свою мать. Однако великая княгиня Шу не удостоила меня своим вниманием, она была сконцентрирована на Шэнли.

— Если же мужчина не воспользовался состоянием женщины, то за проступок ему положены каторжные работы сроком на пять лет и штраф. Так что нам остаётся выяснить, воспользовался ли господин Шэнли состоянием сиятельной княжны Джи или нет. Что скажете, господин Шэнли? — прищурившись, спросила моя матушка.

Глава 31 Он мой

Я перевела взгляд на своего Шэна. Мужчина по прежнему сидел на коленях и был напряжен, а по его решительному выражению лица я поняла, что врать он не будет. Его мать тоже это осознала и сидя на полу, тихонько завыла, хватаясь за голову.

Мне стало страшно, вот сейчас мой Шэн получит смертный приговор от моей матери, я не могу его потерять, он мне не безразличен. Даже если он останется жив, то загремит на каторжные работы, а судя по тому, что мне известно из истории, то каторга это далеко не курорт. Не хочу, чтоб мой мужчина страдал, промелькнуло у меня в голове.

— Матушка, зачем же так сурово. Я не выдвигала господину Шэнли никаких обвинений и у меня нет к нему претензий, — улыбаясь и с мольбой в глазах, обратилась я к княгине.

— Но, тем не менее, он нарушил закон. И если не смертную казнь, то каторгу он себе заработал. Не хочешь же ты взять его наложником? — вопросительно вздёрнула бровь матушка.

Вот этот намек я поняла, к тому же старшая сестра мне едва заметно кивнула. Госпожа Лилинг рванула было в мою сторону, но охрана была на стрёме и женщину удержали.

— Возьмите его княжна, умоляю, возьмите. Шэнли достойный мужчина, он будет служить вам с честью. Сиятельная княжна, вы не пожалеете. Прошу вас, госпожа, умоляю, — расплакалась женщина удерживаемая войнами и на этот раз это были настоящие слёзы.

И вновь мой взор устремился к мужчине, к которому прикипело моё сердце. Шэнли смотрел на меня с надеждой и предвкушением, а из его взгляда не ушло восхищение.

— Я возьму его наложником, если господин Шэнли не против, — согласилась я не в силах оторвать взгляд от своего мужчины.

— Почту за честь войти в ваш гарем, сиятельная княжна Джи. К тому же на данный момент, я буду вашим единственным наложником, — Шэн счастливо улыбнулся и поклонился мне.

Его мать расслаблено выдохнула и осела на полу, создалось впечатление, что из нее выкачали всю энергию. Это и понятно женщина сильно перенервничала. Вот если бы она не устроила весь этот спектакль, то я бы просто взяла Шэна в мужья. Так что она сама виновата.

— Что ж решено. Шэнли Хансукан входит в гарем сиятельной княжны Джи Хансукан. А дары, принесённые в качестве приданого, послужат компенсацией морального ущерба смятенной княжны Джи. Госпожа Лилинг, есть возражения? — усмехнулась моя матушка.

— Нет, великая княгиня Шу, благодарю за милость, — сидя на коленях, поклонилась матушка моего Шэнли.

— Вот и замечательно. Аудиенция окончена, хорошего дня, госпожа Лилинг, — ехидно попрощалась княгиня и не дожидаясь ответа встала с трона.

— Джи, девочка моя, зайди ко мне, — с улыбкой попросила меня матушка и покинула зал аудиенций с высоко поднятой головой.

Мой взгляд сам собой вернулся к Шэнли. Мы смотрели друг на друга не отрываясь, Шэн улыбался мне той самой восхитительной улыбкой, которая сводит меня с ума.

— Вы бы взяли его мужем, да, сиятельная княжна? — удручённо прошептала госпожа Лилинг.

— Да, — коротко ответила я.

— Что ж, — вздохнула женщина, — сегодня змея укусила себя за хвост, — усмехнулась она.

С трудом встав с пола, Лилинг мне поклонилась и пошла на выход. Проходя мимо своего старшего сына, она остановилась и положила руку ему на плечо.

— Я хотела как лучше, но все испортила. Служи княжне всем сердцем, — напутствовала она своё чадо.

— По-другому и быть не может, — слегка склонился Шэнли.

Женщина кивнула и вышла из зала аудиенций, за ней потянулись её младшие сыновья и слуги. Они кланялись и покидали помещение, а сундуки остались стоять на полу.

— Джи, — обратилась ко мне сестра, — пойдём, матушка ждёт.

Ещё раз улыбнувшись Шэнли, я поспешила за сестрой, а моя Юн Ли начала отдавать команды слугам.

— Это всё в дом сиятельной княжны Джи. Живо, живо, поторапливайтесь, — слышала я её милый командный голосок.

Княгиня Шу ожидала нас в соседнем помещении и, судя по улыбке, у матушки было хорошее настроение.

— Наконец-то я проучила эту змею, с юности она мне кровь попивала, — рассмеялась княгиня. — Решила выставить нас в дурном свете и шантажом породниться, как бы ни так. Гаремник — это всё на что годятся её отпрыски. Пусть скажет спасибо, что я оставила ей титул госпожи, а её сыну, голову на плечах. Ох, — вздохнула матушка, — мне на душе полегчало. Но ты всё равно наказана, — ткнула она в меня пальцем, с увесистым перстнем.

— В какой-то момент, я подумала, что ты за него не вступишься. Почему так долго соображала? — обратилась ко мне сестра.