— Что мои кроссовки сюда подходят?

— Что тебе очень идет это платье.

Смутившись от моей удивленной реакции на его слова, он открывает дверь и приглашает меня выйти.

— Идем?

К тому моменту, как мы приезжаем на благотворительный бал, настроение Райана становится немного хуже, чем когда мы уезжали, — и все из-за того, что я примерила почти все туфли в магазине, а потом решила выбрать первую пару. Сама я в гораздо лучшем настроении, потому что теперь на мне две туфли, что уже замечательно, а еще Райан сказал, что они мне очень идут. Ну, я как бы заставила его так сказать, но это все равно считается.

— Как я уже говорил, когда ты мерила эту пару полчаса назад, да, они тебе очень идут, — простонал он, поднимая голову с рук.

— Ты такой король драмы, Райан, это было не полчаса назад, а минут двадцать. И вообще, ты уверен, что они мне идут? Ты не просто так это говоришь? — уточнила я, указывая на него мысками. — Потому что, если ты думаешь, что каблук потолще подчеркнет…

— Харпер, ты меня убиваешь, — сказал Райан, сощурившись, а потом открыл глаза и протяжно вздохнул. — Ладно, если мое честное мнение поможет ускорить процесс, то вот: эти туфли выглядят шикарно. У тебя отличные ноги. Окей? Я правда так думаю. Мы можем уже пойти? Прошу!

Я ухмыльнулась.

— Возьму эти. Но чтобы быть уверенной, примерю еще…

— Харпер!

— Я шучу! — рассмеялась я и быстро оплатила туфли в кассе.

Когда мы подъезжаем к отелю «Лангем», там уже толчется целая орава папарацци, ожидающих появления знаменитостей. Мы вылезаем из машины, и сначала они с интересом смотрят на нас, но в итоге быстро возвращаются к общению между собой.

— Ты будешь ждать своего парня? — спрашивает Райан, когда мы, минуя величественные колонны у входа, направляемся к ресепшену.

— Он уже здесь, — отвечаю я. — Написал мне сообщение чуть раньше.

Райан кивает и, после того как наши имена отмечают в списке, жестом приглашает меня первой пройти в бальный зал. Он выглядит впечатляюще: на черных портьерах, свисающих с потолка, мерцают розовые и белые огоньки, повсюду расставлены потрясающие розовые розы. Это мероприятие проводится для сбора средств на исследования рака молочной железы, и по всему помещению расставлены стенды с предметами, которые будут продавать на аукционе. Как только мы входим, к нам спешит официант с подносом, где стоит шампанское, и мы, поблагодарив его, берем по бокалу.

— Здесь много гламурных людей, — подмечает Райан, осматривая море людей, общающихся между собой; в другом конце зала играет джаз-банд.

— Только не говори мне, что испугался. — Я поднимаю брови. — Человек, который освещал политические скандалы и давал напутствия олимпийцу со страхом публики прямо перед его рекордным забегом.

Райан выглядит довольным.

— Ты читала ту статью.

— Все ее читали, — уточняю я. — Ее напечатали во всех национальных газетах. Я удивлена, что книжники не предложили тебе контракт.

— Вообще-то, предложили, — говорит Райан, — но я отказался.

Я смотрю на него в изумлении.

— Серьезно?

Он пожимает плечами.

— Не знаю, как бы у меня получилось написать целую книгу на основе пятиминутного разговора. К тому же я ведь даже не спортивный журналист, так что мне нечего было бы дать этой аудитории. Я просто оказался в нужном месте в нужное время. Вообще-то, я подменял коллегу. Чистая удача.

— Но ты, очевидно, сказал ему необходимые слова. Это была не просто удача, так ведь? Это был… ты.

Райан смотрит на меня со странным выражением лица.

— Кажется, это самая приятная вещь, которую ты мне когда-либо говорила.

— Не привыкай. Меня все еще бесит, что ты здесь.

— Как ты могла! После того, как я добровольно сопровождал тебя в мучительном походе по магазинам?

Я закатываю глаза.

— Меня бесит, что Космо намекнул, будто твое присутствие здесь важнее моего. А меня он совершенно проигнорировал! Не знаешь, что он задумал?

Райан делает глоток шампанского.

— Ты считаешь, он что-то задумал?

— А ты нет?

— Не совсем. Мне кажется, он может быть весьма некомпетентным, особенно когда речь заходит о таких специалистах, как ты. Но он прав: для налаживания связей лучше, чтобы мы были здесь вдвоем, — говорит Райан, обводя рукой зал. — Не то чтобы мы разговаривали с кем-то, кроме друг друга.

— Мне просто обидно, что он не доверяет мне написание статей, хотя я продолжаю приносить идеи. Он доверяет только тебе, своему лучшему другу.

— Прошу, только не надо думать, что мы с Космо друзья, — умоляет Райан, морщась. — Это не так. У нас с ним схожие интересы в журналистике, и только поэтому он, наверное, несколько теплее относится к моим идеям.

— А еще у тебя есть член, что тоже помогает, — бормочу я, как раз когда Райан отпивает шампанское. После моего комментария он давится, так что я похлопываю его по спине, пока он откашливается и приходит в себя.

— Так, ты где-то видишь своего парня? — спрашивает Райан со все еще слезящимися глазами.

Я вытягиваю шею, чтобы получше разглядеть толпу.

— Не-а, но он где-то здесь. Не терпится с ним встретиться, м-м?

Райан хмурится, делая еще глоток.

У меня внутри все сжимается — странное сочетание раздражения от того, что он пренебрежительно отозвался о Лиаме, и непрошеное удовольствие от того, что его реакцию можно было бы принять за ревность. Я тут же приказываю себе не глупить.

— Ты никого с собой не привел? — спрашиваю я, проворачивая бокал.

Райан качает головой.

— Мне и так приходится терпеть это мероприятие ради работы, я уж не говорю о том, чтобы притащить сюда какую-нибудь невинную душу.

— Так значит, никого особенного на горизонте.

Заинтригованный, он вскидывает брови.

— Ты что это, влезаешь в мою личную жизнь?

— Я просто пыталась вести вежливый диалог с коллегой, — говорю я с раздражением и закатываю глаза. — Но, если тебе некомфортно, можем сменить тему.

На его губах появляется маленькая торжествующая улыбка, которая тут же приводит меня в ярость.

— Я ни с кем сейчас не встречаюсь, — сообщает он мне невзначай. — Как-то не ищу серьезных отношений после расставания с бывшей девушкой. Мы были вместе почти четыре года.

— Мне жаль, — говорю я, сохраняя нейтральный и профессиональный тон. — Когда вы расстались?

На этом вопросе Райан делает паузу, и у него на лбу появляются морщины.

— Чуть больше года назад, — отвечает он, стараясь смотреть прямо перед собой.

— Как раз когда ты начал работать в «Корреспонденс»?

Он делает еще один глоток шампанского, допивает бокал и только после этого отвечает:

— Именно.

Я понимаю, что от таких расспросов Райан чувствует себя неловко, и это вполне справедливо, ведь бывшие — не самая веселая тема для обсуждения, так что уже собираюсь сменить тему, но тут замечаю, как ко мне с протянутыми руками приближается Шамари.

— Харпер, привет!

Мы целуем друг друга в щеки в знак приветствия, и тогда Шамари поворачивается к Райану.

— Шамари, это Райан, наш новый шеф-редактор, — представляю я. — Райан, это Шамари, блестящий агент по работе с талантами. Именно она устроила мне интервью с Одри Эббот.

— Статья была потрясающая. Приятно познакомиться, — говорит Райан, пожимая руку Шамари.

— На самом деле, это все Харпер. Она преследовала меня, пока я не сдалась, — говорит Шамари с лукавой улыбкой.

— «Преследовала» — это сильно сказано, — бросаю я.

— Значит, ты каждое утро покупаешь кофе рядом с моим офисом в Воксхолле? — спрашивает она.

— Там лучший кофе в городе.

Шамари смеется и отмахивается.

— Хорошо то, что хорошо кончается. Ты очень понравилась Одри, ничего удивительного. Интервью стало хитом, а театральная компания теперь обожает меня еще больше, потому что продажи билетов просто взлетели. Не говоря уже о том, что это отличное начало карьеры для еще одного моего клиента, который тоже играет в той пьесе. Он правда восходящая звезда, Харпер.