— Прикрой лицо обратно, и сядь Люся на стул. — Девушка послушно села без всякого выражения, словно автомат.
Ну да, сколько способов лечения ей пришлось пережить, врагу не пожелаю. Похоже, до самоубийства недалеко. Я принялся гонять свою внутреннюю энергию по телу, накапливая её, потом осторожно принялся восстанавливать лицо девушки, ориентируясь на две фотографии. К моему удивлению, буквально через пару минут понял по своим ощущениям, что лицо чистое. Тетеревов сшибал дольше. Без всяких слов, опасаясь неудачи, я поднял накидку с лица Люси. Нет, лицо совершенно чистое, без шрамов и прыщиков, кожа бархатистая и нежно-молочная.
— Ах, — поползла на пол потерявшая сознание мама девушки. Я рванулся к ней, поднял на руки и понёс в комнату, чтобы уложить на ближайшую кровать. Вернулся к девушке, застывшей в безнадёжной неподвижности и, взяв за руку, подвёл к большому зеркалу в прихожей. Развернул лицом и приказал: — Смотри! Так надо!
— Ой! — Люся, глядя в зеркало, оживала на глазах, румянец окрасил бледные щёки и она машинально прижала к ним ладони. Как бы тоже не сомлела, как матушка. Нет, выстояла. Не давая ей прийти в себя, я завёл девушку в другую комнату, справа от прихожей, в отличие от кухни, располагавшейся слева.
— Раздевайся! — Девушка испуганно взглянула на меня, вызвав невольную ухмылку, напугавшую Люсю ещё сильнее. — Не бойся, с тела надо ещё прыщи убрать. Не хочешь же ты их на груди и спине оставить? Как в сарафанчике-то ходить будешь?
Девица моментально скинула всю одежду, включая трусики, и только тогда я понял, что мог вполне почистить тело и в одежде. Пусть так и останется, полюбуюсь, тело у девушки было исхудавшим, но пропорциональным, с узкой талией. Сначала мне удалось почистить фас, если выражаться грубо, затем и остальные и части — тыл и профиль.
— Всё, одевайся, да маму приведи в чувство.
Я отправился в прихожую, не дожидаясь появления матери. Бегом спустился по лестнице в сенях, чуть не выпрыгнул с крыльца на двор. Там подхватил Надю за руку и быстрым шагом покинул территорию дома моего первого клиента, который мог, как погубить меня парой слов, так и помочь обустроиться. Мой жизненный опыт предрекал второй вариант. Люди, в большинстве случаев, крайне неблагодарны. Это я и объяснял продавщице по пути, расстался с ней на деревенской улице и быстрым шагом покинул село.
Вот после этого случая я и провёл остаток недели в блаженном отдыхе. Фотографии Люси я забрал с собой, по пути домой изорвал и выкинул, чтоб отпечатки пальцев не сняли. В доме я ни к чему не прикасался, следов пальцев рук не оставил, даже двери открывал коленом. Поэтому, направляясь на традиционную помывку к Елене, немного волновался, переживая из-за возможной засады. Перед наступлением учебного года она вполне могла побывать в Осиновской школе, и проговориться обо мне. Наличие в школе телефона гарантировано, злые клиенты могли мне заплатить доносом милицию, с требованием арестовать бомжа.
Поэтому заходил я в Змеевку осторожно, обойдя всю деревню в поисках следов милицейского уазика. Только убедившись в их отсутствии, направился к знакомому дому, и был перехвачен Кириллом с классическим вопросом:
— Чё принёс?
Такой привычный вопрос умилил меня, напомнил о внуках, уже выросших и оставшихся в двадцать первом веке. Я присел перед ребёнком и протянул две шоколадки.
— Одну тебе, одну маме.
Мальчик схватил гостинец и убежал к маме похвастаться, как обычно забыл сказать спасибо. Совсем как мои младшие внуки. Я прошёл дальше в дом, поздоровался с Еленой, оставил свою фуфайку и отправился в баню. Сегодня я не принёс грибы и веники, только пару шоколадок. Попарился, как обычно, выпил пустой чай и поспешил откланяться. Всё воскресенье отдыхал, а в понедельник с утра зашёл в промтоварный магазин к Надежде. Женщина сообщила, что моё лечение сработало, и с Люсей всё хорошо. К ней в магазин заходили Люсины родители, и Надя передала мою просьбу — помочь устроиться сторожем в школу и найти комнатку для проживания. Отец девушки через день вновь появился и попросил передать мне, чтоб зашёл к нему тридцать первого августа с паспортом для оформления на работу.
— Спасибо, красавица! — поцеловал я Надежду в щёку и тут же ушёл, не давая возможности ей что-либо предпринять. В соседнем продовольственном отделе купил три бутылки самого дорогого коньяка и направился в свой город. Как раз хватило четырёх часов, чтобы пройти шестьдесят километров по тропинке вдоль дороги. Почему раньше казалось сто? За последний визит в город мне удалось высчитать более-менее точно общую длину маршрута. К военкомату я подошёл после обеда, сразу поднялся к военкому. Раньше я с ним не был знаком, но напряг всю свою коммуникабельность, объясняя сложившуюся ситуацию. Назвал дату подачи заявления о восстановлении военного билета и выставил на стол три бутылки коньяка. Не знаю, что вдохновило подполковника, но через полчаса военный билет, с надписью «дубликат» был в моих руках.
Распрощавшись с военкомом и его сотрудниками, я поспешил расстаться с родным городом. По пути зашёл в магазин «Охота», купил полкилограмма пороха, по охотбилету, конечно. Вернулся к своей заимке я, как обычно, через четыре часа, по дороге в деревенских магазинчиках покупая шоколадки. Приобрёл почти десяток, пригодятся. Рассматривая восстановленный военный билет, обратил внимание, что была отмечена только срочная служба, хуже не будет. Если участковый вспомнит наш разговор и поинтересуется, надпись «дубликат» будет работать в защиту моей версии работы особистом. Такие места службы предпочитают не афишировать. Почти как у бывших комитетчиков, которые не бывают бывшими, согласно поговорке.
До тридцать первого августа, который приходился на среду, оставалось больше недели, мои последние дни отдыха. И я решительно принялся отдыхать на полную катушку, рыбачил, коптил и сушил рыбу, копал картошку на колхозном поле, добывал летающую дичь, которую в основном вялил. Последний раз посетив баню, принёс Елене связку копчёной рыбы. За чаем проговорился, что возможно переберусь в Осиновку. Спросил, где она будет жить после начала учебного года? Женщина с грустью ответила, что переберётся в съёмную комнату рядом со школой, а Кирилл пойдёт в детский сад. В подготовительную группу, последнюю перед школой.
— Чего так грустно? Радоваться надо, ближе к цивилизации жить будете, — искренне удивился я, обычно женщины любят большие селения и города.
— Так Кирилл слабенький, часто болеет в садике, придётся сидеть с ним, особенно осенью. Родных в Осиновке у меня нет, не на кого оставить мальчика. Каждый раз директор на меня смотрит так, будто я его обокрала, — призналась Елена.
— Зовите меня, днём я буду свободен, договорился устроиться сторожем. Не хочу работать, лентяй по жизни. Если не возьмут на такую работу, буду зимовать в лесу. Но каждый понедельник хожу в магазин. Могу к Вам в школу заглядывать, узнавать о здоровье мальчика. Если что, всё равно посижу днём, — успокаивающе улыбнулся я. И добавил: — Могу в магазин через день ходить, всё равно зимой делать нечего в лесу.
— Давайте увидимся в начале сентября, я узнаю своё расписание, тогда и поговорим, — предложила биологичка.
— Согласен, тогда до встречи в Осиновке, — попрощался я на пороге дома с Еленой.
В долгожданный день тридцать первое августа я приготовился к встрече с участковым. Сложил в рюкзак последний кусок копчёного кабана и десяток копчёных рыбок, собираясь пойти в Осиновку примерно к часу дня. Думаю, раньше десяти-одиннадцати дня капитан не приезжал в село, да и директор школы с утра будет занят. Первым делом я зашёл к директору, протянул ему паспорт и военный билет для прописки и составления трудового договора. Директор подтвердил свои обещания, проводил меня в небольшую комнатку под лестницей, ведущей на второй этаж, зато с окном и панцирной кроватью с матрасом.
— Спальное бельё в шкафу, два экземпляра, вместе с шерстяным одеялом. Школа отапливается от котельной, общей для пяти административных зданий и двух магазинов в центре Осиновки. Холодно у нас не бывает, не замёрзнете. Ключи от кабинетов висят в учительской. Вам оставляю три ключа, от школы, вашей комнаты и учительской. Время вашего дежурства наступает с восьми вечера до шести утра, к этому времени приходят уборщицы. При выпадении снега вам надо будет огребать дорожку к зданию по утрам и подъезд от дороги. Днём будем привлекать учеников старших классов. Вроде всё, прописку обещали оформить за десять дней, паспорт занесу чуть позже. Зарплата третьего числа, аванс семнадцатого. По всем проблемам обращайтесь ко мне, сделаю всё, что в моих силах. — Директор протянул мне связку ключей.
