— Где держат Макиаса Регница?

Солдат сжал зубы.

— Не знаю такого.

Из дальней камеры донёсся раздражённый голос:

— Я здесь! Был бы крайне признателен, если бы вы перестали обсуждать меня с человеком, который забрал мои очки!

— Вот и нашёлся! — сказал я.

Фи связала охранников их ремнями, Эмма забрала ключи, а Юсис открыл камеру. Макиас сидел на узкой скамье без пиджака и обуви. Его руки были скованы перед собой, волосы растрепались, а без очков он щурился на свет из коридора.

— Юсис? — спросил он. — Это действительно ты или у меня начались галлюцинации от здешней еды?

— Даже в таком состоянии ты умудряешься нести нелепости.

— Ясно, я значит не ошибся.

Эмма сняла с него наручники, а я нашёл очки на столе в караульной комнате и передал их Макиасу. Он надел их, несколько раз моргнул, а затем увидел всю группу.

— Вы пробрались в военную тюрьму через канализацию?

— Технически через старые водные пути, — уточнила Эмма.

— Это по-твоему сейчас самая важная часть?!

— Товаль ждёт нас у развилки, — сказал я, а увидев его удивлённое лицо добавил. — Объяснения потом! Где твоё оружие?

— В комнате напротив. Вместе с Аркусом и папкой документов.

Юсис открыл кладовую найденным ключом. Дробовик Макиаса лежал на полке рядом с его вещами и нашими записями о военных поставках. Провинциальная армия сохранила бумаги, потому что наверняка собиралась использовать их при допросе или передать кому-то выше.

Макиас проверил оружие и вставил магазин.

— Меня обвиняли в незаконном сборе военных сведений и попытке подорвать порядок в провинции. Когда я попросил показать какие такие законы я нарушал, следователь предложил признать, что я действовал по приказу отца.

— Они хотели связать губернатора Регница с расследованием? — сказала Эмма.

— Да. Тогда у дома Альбареа появился бы повод заявить о вмешательстве центрального правительства.

Юсис сжал рукоять меча.

— Отец не мог одобрить подобное.

Макиас посмотрел на него поверх очков.

— Я не знаю, кто конкретно отдал приказ, однако следователь несколько раз ссылался на интересы Великого дома.

— Выясним позже, — сказал я. — А сейчас уходим!

Со стороны лестницы донёсся протяжный вой. Один из связанных солдат успел прижать плечо к настенной кнопке, пока мы находились в кладовой. Под потолком вспыхнула красная лампа, а за дверью наверху раздался тяжёлый топот.

Фи перерезала провод сигнализации, однако тревога уже поднялась.

— Через канал, быстро!

Мы спустились по лестнице и закрыли железную дверь за собой. Макиас остался без обуви, поэтому Эмма отдала ему запасные рабочие ботинки из сумки Товаля. Они были велики, но позволяли двигаться по мокрому камню.

До первого поворота мы добрались без помех. Затем из бокового тоннеля выскочила чёрная гончая. Металлические пластины закрывали шею и грудь, на лапах крепились орбальные усилители, которые вспыхнули голубым светом при прыжке.

Фи шагнула в сторону, поэтому зверь не достал до неё и ударился передними лапами о кирпичную стену. Я выхватил меч и рубанул по задней ноге, перерезав сухожилие под краем брони. Гончая упала на бок и попыталась подняться, но Юсис всадил клинок между пластинами ошейника.

Следом появились ещё три зверя. Они двигались цепью, не мешали друг другу и сразу выбрали разные цели. Первая гончая бросилась к Эмме. Я шагнул вперёд и рубанул по передней лапе, поэтому зверь упал на камень раньше, чем добрался до неё, после чего Фи метнула нож в незащищённую часть шеи.

Вторая гончая прыгнула на Макиаса и Юсис резко приблизился и ударил сверху по металлической пластине на морде. Броня выдержала, но зверь упал на камни.

— Слева! — крикнул Макиас.

Юсис сразу отступил на полшага. Выстрел прогремел рядом с его плечом, дробь ударила в бок зверя под передней лапой и разорвала незащищённую кожу. Гончая завалилась на бок, а Юсис приблизился и пробил грудь клинком прежде, чем она снова поднялась.

Третья гончая обошла нас по узкому мостку и бросилась на Макиаса со спины. Юсис заметил её раньше и заблокировал удар лапы мечом. Когти соскользнули по стали, зверь потерял опору на мокрых досках, а Макиас развернулся и выстрелил в основание черепа с нескольких шагов.

— Неплохо, — сказал Юсис.

— Мог бы предупредить раньше.

— Ты всё равно успел.

Из темноты показались ещё два зверя. Один остался в глубине тоннеля, второй ускорился благодаря орбальным пластинам на лапах. Макиас поднял дробовик, но линия выстрела проходила через Юсиса.

— Присядь!

Юсис сразу же опустился на одно колено. Заряд просвистел над ним и пробил усилитель на груди гончей. Голубой свет погас, зверь замедлился, после чего Юсис поднялся и рубанул по шее.

Последняя гончая попыталась обойти Макиаса через боковой канал. Юсис выдвинулся справа и вынудил зверя повернуться к нему, а когда пасть раскрылась возле его руки, он отскочил, поэтому зубы сомкнулись в пустоте. Макиас дождался свободной линии и выстрелил в грудь. Гончая упала в воду, ударилась боком о каменный край и осталась лежать между мостками.

Несколько секунд никто не двигался. Я слушал коридор, ожидая новых зверей или солдат, однако сверху доносились только далёкие команды.

Макиас опустил дробовик.

— Ты действительно присел, когда я приказал?

— Ты действительно выстрелил туда, куда целился?

— Не привыкай.

— Взаимно.

Фи убрала второй нож.

— Вы впервые не мешали друг другу.

— Мы способны работать вместе, когда кое-кто не начинает читать политическую лекцию посреди боя, — сказал Юсис.

— Я ни разу не читал лекции во время боя.

— Только потому, что дыхания не хватало.

Макиас уже приготовился возразить, но Эмма напомнила, что тревога всё ещё действует. Мы продолжили путь, причём теперь Юсис шёл рядом с Макиасом. На каждом повороте один проверял дальний проход, второй прикрывал ближайшие двери, а обсуждать каждое движение им больше не требовалось.

Возле разрушенной решётки нас встретил Товаль. Его плащ был разорван на плече, на посохе остались свежие царапины, а за поворотом лежали трое солдат без сознания.

— Вы задержались!

— Нашли лишнего дворянина, — ответил я.

Товаль увидел Юсиса и понимающе кивнул.

— Значит, сегодня из дома Альбареа сбегают даже те, кто там живёт.

— Я предпочёл бы назвать это самостоятельным уходом.

— Как скажешь.

Мы прошли через завал и двинулись к насосной станции. Вода становилась мельче, впереди уже виднелись ступени к выходу, однако Товаль остановил нас перед дверью и погасил фонарь.

— Снаружи много людей.

Через щель между досками пробивался свет прожекторов. Фи осторожно заглянула наружу.

— Два десятка возле станции. Стрелки на крыше. Ещё машины у набережной.

— Они нашли вход, — сказала Эмма.

— Или ждали нас здесь с самого начала, — ответил Товаль.

Отступать обратно было бессмысленно. Тревога подняла гарнизон, а водные пути наверняка уже перекрывали патрули. Мы поднялись по лестнице и вышли из насосной станции вместе.

На набережной стояли солдаты провинциальной армии. Винтовки были направлены на нас, возле дороги разместился тяжёлый пулемёт, а позади первой линии ждали бронемашины. Командовал ими полковник в сером мундире, которого я раньше видел возле городского управления.

— Сложите оружие! — приказал он. — Вы обвиняетесь в проникновении на военный объект, нападении на солдат и освобождении заключённого.

— Заключённого, которого вы не внесли в журнал и держали без предъявления обвинения, — ответил я.

— Последнее предупреждение!

Макиас поднял папку с документами.

— Здесь записи о моём задержании и вопросы следователя. Попробуйте открыть огонь на глазах у брейсера, сына герцога Альбареа и учеников академии Тор. Объяснять последствия придётся уже не нам!

Полковник посмотрел на Юсиса.

— Молодой господин, отойдите от них. Ваш отец приказал вернуть вас в резиденцию.