Я поднял Тову на руки и понёс через академию, а все встречные студенты смотрели на нас так, будто окончательно перестали понимать, что сегодня происходит с красным классом. В лазарете Беатрикс увидела меня с Товой на руках, поморщилась и сразу же спросила:

— Это она из-за тебя в таком состоянии?

— Нет! У неё температура! Чего вы на меня постоянно гоните?!

— Ну допустим… Ладно, положи её сюда.

Я осторожно уложил Тову на койку, накрыл пледом и поспешил отойти подальше, поскольку прекрасно помнил, как в прошлый раз Беатрикс попросила меня раздеть Лауру…

— Кстати, а где Винсент?

— Да он увидел Маргариту, почему-то сошёл с ума, завопил и выпрыгнул в окно. Она побежала следом за ним и с тех пор я их обоих не видела. Может, посмотришь, где они там?

— Ладно, посмотрю…

Перед уходом я решил принести Тове что-нибудь поесть, так как она могла проснуться вечером в пустом лазарете, когда буфет уже закроется. Я зашёл туда за едой и увидел Маргариту, которая сидела за столом, плакала и одновременно продолжала есть.

— Ы-ы-ы… Винсент… Почему ты от меня убежал… Ы-ы-ы…

В чужие дела лезть было как-то неправильно, однако судя по лицам окружающих, Маргарита успела основательно всем надоесть. Сначала я купил детский набор для нашей милой сэйтокайчо, отнёс пакет в лазарет, после чего вернулся в буфет и подошёл к Маргарите.

— Вам помочь?

— Э?..

Именно в этот момент я понял, что жестоко влип.

Я сел напротив Маргариты, положил локти на стол и спросил:

— Так что всё-таки случилось? Я Рин Шварцер, если что.

Она перестала всхлипывать, отложила очередную булочку и внимательно меня рассмотрела.

— А ты ведь тот студент, который принёс Винсента в лазарет?

— Ага, так что там у вас произошло-то?

— Да я сама не понимаю… Беатрикс сказала, чтобы я раздела его. Нужно было проверить, нет ли у него переломов или каких-нибудь других повреждений. Я начала снимать с него одежду, а он внезапно очнулся, увидел меня и закричал: "Не ешь меня!" После этого выпрыгнул в окно и побежал как сумасшедший. Я бросилась за ним, но быстро отстала и теперь даже не знаю, куда он мог подеваться…

— Понятно…

Маргарита нервно повертела в руках салфетку.

— Как думаешь, почему он так отреагировал?

— Кхем… Ну-у-у… Вам честно сказать или как-нибудь помягче?

Она немного помялась, однако всё же кивнула.

— Лучше честно.

— Ну, блин… Вы никогда не думали, что вам стоит меньше есть и больше двигаться?

Маргарита опустила голову и посмотрела на лежавшие перед ней пустые тарелки.

— Думала. Я же не совсем тупая. Просто мне тяжело ходить, поэтому всё как-то само так получилось…

— М-да, даже не представляю, с чего бы вам стало тяжело ходить. Ладно, давайте хотя бы начнём с обычных прогулок.

— Я бы не отказалась, просто одной мне будет трудно.

Она подняла на меня глаза и с подозрением спросила:

— А зачем ты вообще мне помогаешь?

Я немного задумался, поскольку внятного ответа у меня не было.

— Да не знаю. Наверное, просто не могу пройти мимо человека, которому плохо, каким бы этот человек ни был.

— Спасибо, я не знаю как мне вас отблагодарить за это…

— Купите мне поесть?

Маргарита удивлённо моргнула.

— Что?

— Вы сказали не знаете как отблагодарить, вот я и предлагаю простой способ выразить благодарность.

— Ну… Хорошо.

Так началась наша первая прогулка.

Передвигалась Маргарита с большим трудом. Она весила, наверное, не меньше ста пятидесяти килограммов, поэтому уже через несколько минут начала тяжело дышать, хвататься за ближайшие ограды и жалобно постанывать.

— Ой… Ай… Ужас… Как же тяжело…

— Не надрывайтесь. Главное сейчас — начать двигаться и постепенно привыкнуть.

— Ага… Ой… Ужас… Кошмар…

Мы медленно шли по улицам Тристы. Встречные прохожие оборачивались, студенты останавливались возле магазинов и что-то шептали друг другу, однако мне было совершенно всё равно, поскольку я ел двойной чизбургер. После махания мечом в подземелье такая еда заходила просто великолепно.

— А вы с Винсентом, получается, как-то связаны? — спросил я, расправляясь со вторым чизбургером.

— Ну да, вроде того… Ой… Ужас…

— А что между вами произошло? Ну, если это не секрет.

Маргарита некоторое время молчала, собираясь с мыслями.

— В детстве мы были очень близки, но потом наши семьи разъехались, поэтому мы надолго расстались. Когда встретились снова, я уже была… ну… вот такой. Сначала Винсент пытался вести себя как раньше, однако потом начал всё чаще меня избегать. Мне становилось плохо, поэтому я ела что-нибудь вкусное, чтобы немного успокоиться. Потом он ещё сильнее отдалялся, мне снова становилось плохо, а я опять начинала есть. Так всё продолжалось до тех пор, пока не стало совсем ужасно.

— Понятно. Ладно, тогда вам просто нужно меньше жрать.

— Я это понимаю! Но как себя заставить?!

— Через силу. Вы думаете, откуда вообще берётся сила воли? Её нужно развивать как мышцу: заставлять себя делать то, что необходимо, а не только то, чего хочется. Иначе постепенно превратитесь в амёбу, которая способна лишь лежать и есть.

— И как мне это делать?

— Начните с малого, но каждый день выполняйте то, что себе назначили. Утром встали на ноги, сделали несколько простых упражнений, потом походили хотя бы час. Есть тоже нужно меньше. Не обязательно сразу голодать, но брать половину от привычной порции уже можно. Главное — записывать всё, чтобы у вас была отчётность перед самой собой. Если будете просто держать планы в голове, то начнёте себя обманывать: сегодня устала, завтра настроение плохое, послезавтра праздник, а через месяц ничего не изменилось.

Маргарита тяжело вздохнула.

— Ладно…

Мы добрались до магазина почти перед самым закрытием. Там я купил дешёвый блокнот, ручку и протянул их ей.

— Вот. Сегодня вы гуляли целый час, поэтому можете записать первое достижение.

— Ага…

— Завтра снова гуляете час. Потом послезавтра. Так каждый день.

— Ясно. Спасибо тебе.

— Да не за что. Только не пытайтесь сразу установить какой-нибудь рекорд, а то перетрудитесь и потом неделю с кровати не встанете.

Я оставил Маргариту возле дороги. Она ещё некоторое время стояла с блокнотом в руках, после чего медленно направилась к общежитию дворян. Я же посмотрел на оставшийся пакет с едой и подумал, что неплохо всё устроил: помог человеку, прогулялся, ещё и получил целый пакет жратвы совершенно бесплатно.

Когда я вернулся в наше общежитие, внутри происходило какое-то оживлённое движение. Все собрались вокруг Эллиота и помогали ему разбирать огромную посылку.

— Чего у вас тут?

— Да мама вещи прислала, — обречённо ответил Эллиот. — Теперь пытаемся понять, куда всё это девать.

Лаура вытащила из коробки трусы с изображением улыбающегося медведя, подняла их перед собой и искренне восхитилась:

— Ой, как мило!

— Блин! Мама зачем-то прислала всякую ерунду!

Покрасневший Эллиот выхватил у неё трусы и поспешно спрятал их в комод к остальным вещам. Тем временем Фи надела на руки толстые вязаные носки, согнула пальцы и начала разыгрывать представление.

— Ува-а-а! Я ужасный монстр! Сейчас я тебя съем!

Она пошевелила второй рукой.

— Нет, это я тебя съем!

— А-а-а!

— Хватит играться!

Эллиот отобрал у неё носки, после чего покраснел ещё сильнее.

— А это твоё? — спросила Эмма.

Она достала из коробки старого плюшевого медведя.

— О-о-о… За что мне всё это?

— А это куда положить? — поинтересовалась Алиса.

В её руках оказалось полотенце с огромным розовым сердцем, внутри которого было вышито: "Любимому они-и-и-чану!"

— А-а-а! Уберите это!