— А если я хочу его крови? — бросила она, обнимая себя за плечи.

— Почему?

— Потому что он убил наших родителей.

— Кстати об этом. Именно поэтому, мы и хотим взять его живым, чтобы наши люди смогли «разговорить» его, и узнать всю правду. Возможно, у него был помощник. Я не хочу переживать о вас, если вдруг окажется, что он действовал не один, — он прислонил свою голову к ее рукам и положил на колени.

— Хорошо.

— Я прощен?

— Нет, — она еле сдержала улыбку, замечая, как быстро он отодвинулся от нее, боясь ее вспыльчивого характера.

— Хорошо. Тогда привезу тебе позже красные тюльпаны, что скажешь?

— Откуда ты узнал о них? Наиля сказала?

— Нет. Сам догадался.

— Какой же ты врун.

— Кстати я хочу узнать все подробности твоего похода в больницу. Имей в виду, больше без меня ни одно посещение не пройдет. Пусть ты злишься, но я хочу присутствовать и знать обо всем, — Саид был категоричен, и Джамиля кивнула, в глубине души радуясь, что он не струсил.

Лея вертела в руках телефон и не знала, стоит ли сообщать эти новости Эмину, но переборов страх, написала.

«Дядя Искандер заговорил. Врач сказал, что через неделю его выпишут, если показатели не ухудшатся» Лея.

Он долго не отвечал, и сообщение висело в непрочитанных, почти час. Лея уже отчаялась, думая, что он игнорирует ее. Но как только она села за стол, готовясь к очередному экзамену, он завибрировал, и она удивленно уставилась на входящий звонок.

Точнее на абонента. Эмин Кайсаров.

— Слушаю? — ее голос предательски дрожал, когда она отвечала.

— Здравствуй, — его приятный тембр разлил по коже Леи теплую волну мурашек. — Я очень рад, что он заговорил и идет на поправку. Спасибо тебе.

— Не знала, стоит ли писать. Просто я…

— Разве ты не бываешь у нас дома? — удивленно спросил он.

— Бываю.

— Что-то случилось? — спросил он, слыша в ее голосе странные нотки.

— Нет. Просто я…

— Отец что-то сказал тебе? — беспокоился Эмин, зная, что когда в последний раз говорил с ним, он забыл упомянуть о том, что Лея перестала приезжать.

— Нет. Нет! — затараторила она. — Просто я боюсь, что ему станет плохо и стараюсь не надоедать лишний раз.

— Надоедать? Ты? — усмехнулся он и она улыбнулась.

— Думаешь, такое невозможно?

— Безусловно, — прозвучало тихо, и его смех, словно нежное прикосновение, убаюкивало старые раны, заставляя её в свою очередь, звонко рассмеяться.

— Просто твой отец слишком хорошо воспитан, чтобы высказать мне все в лицо.

— Думаешь? — смеется он. — Тогда, видимо, эта роль отведена мне.

Она рассмеялась еще сильнее, соглашаясь с ним и боясь, что он может воспринять ее слова неправильно, тут же пояснила, что не злится на него за это.

— Твоя благородность, не знает границ.

— Благодарю, — снисходительно отвечала она. — Если я тебя отвлекаю…

— Нет. Я был занят, но сейчас освободился. У меня есть еще пять минут.

— Когда планируешь вернуться? — задала Лея, интересующий вопрос.

— Хочешь навестить нас?

— Возможно.

— Тогда ждем тебя на следующей неделе. Я буду дома в воскресенье вечером.

— Через два дня, — ее сердце отбивало чечетку, и она старалась не показывать, как взволнована его словами.

— Считаю, что вы просто обязаны остаться на ужин с Джамилем. Я буду рад тебя видеть.

— Спасибо. Я тоже.

— До встречи, — усмехнулся Эмин.

— До встречи, — бросила она глухо и тут же отключилась, жмурясь от своих слов. — Господи Лея, ты что, с ума сошла? Что значит, я тоже? Дурочка! — сетовала она на себя, бросая телефон на кровать и усаживаясь за стол.

Ей было необходимо подготовиться к понедельнику, чтобы после пар, им ничего не мешало съездить к Кайсаровым. Джамиль узнав об этом воодушевился, и Лея, написав сообщение Ираде, поняла, что и та, рада их приезду.

В субботу они едут к тете Резеде для важного разговора. Сестры попросили ее вести себя как обычно и ничему не удивляться. Узнав, что они близки к разгадке, Лея была настроена решительно выяснить, кто стоит за этим.

Ей совсем не хотелось чьей-то смерти и сестры заверили ее, что ничего такого не будет. Если предателем окажется дядя Хазрет ее это расстроит, но не удивит. Он сразу невзлюбил их, поэтому и она не будет горевать по нему, когда его посадят за решетку.

Наима улыбалась Лее, прося ее рассказать, как проходит ее жизнь рядом с Джамилем. Узнав однажды, что он ей совсем не нравится, Лея стала для нее верным другом, и она побоялась рассказывать ей о том, что у него есть любимая.

Тихо перешептываясь, они делали вид, что не прислушиваются к разговору. Адиль заметил, как тетка прошивает сестер злым взглядом и решил не затягивать с разговором.

— Госпожа Резеда, — начал он. — Наиля сказала, что дядя Искандер оставил им часть своего наследства, после того, как с их счета кто-то украл крупную сумму денег.

— Да, — кивнула она, слушая его внимательно.

— Мы решили с Саидом, что не хотим, чтобы девочки чувствовали себя обязанными вам, тем более учитывая обстоятельства, — Адиль едва не смеялся, смотря на то, как они с братом кивают, едва не обвиняя их в том, что они заставили Искандера Машаль, вписать их в завещание. — Поэтому хотим, чтобы они написали отказные. Мы сами положим им крупную сумму на счета. Каждой отдельно, чтобы не беспокоить вас.

— Правда? — воскликнула она, но заметив их взгляды, тут же скорчила гримасу. — То есть я хочу сказать, вы уверены? Сейчас содержать молодых особ очень дорого.

— От нескольких миллионов наши счета не оскуднеют. А девочкам необходимо чувствовать себя в безопасности, особенно в финансовом плане.

— Верно, — кивнул дядя Хазрет, глаза которого загорелись, стоило только прикинуть эти суммы.

— При условии, что девочки согласны, — подала голос тетя Резеда, делая вид, что заботится об их благополучии.

— Конечно тетя, — улыбнулась Джамиля, сверкая глазами в дядю Хазрета. — Мы согласны. К тому же сумма, которую наши мужья положат на счета, будет в несколько раз выше.

Было видно, как тетка едва сдерживается, чтобы не нагрубить в ответ, а глаза дяди пылают от предвкушения скорой добычи. Но поняв, всю бессмысленность ситуации, они молча проглотили слова Джамили, заставив ее улыбнуться.

— Кстати, хотела сообщить вам последнюю новость, глядя в лицо, — она замолчала, привлекая к себе всеобщее внимание. — Мы с Саидом, скоро станем родителями.

— Какая потрясающая новость, — улыбнулась тетя Резеда.

И сестрам показалось, что она действительно рада этому. Наима, обняла Лею и тут же подошла к ней, желая ей и малышу здоровья, и счастья.

— Я тоже обниму, можно? — спросила тетя Резеда, радуясь тому, что их мужья намного сообразительнее сестер. — Счастья вам всем.

— Спасибо тетя, — улыбнулась Джамиля, стреляя глазами в дядю Хазрета. — А вы, дядя Хазрет, не обнимете меня?

Ее улыбка была неестественной, когда он двинулся к ней навстречу и, обняв, похлопал по спине.

— Поздравляю.

— И я тебя, — процедила она сквозь зубы. — Поздравляю.

— А меня с чем? — удивился он и Саид, осторожно тронул ее за руку.

— Как с чем? Дядя Искандер скоро будет дома, и пусть он ничего не помнит об аварии, я думаю, того, кто это устроил, ждет скорое наказание. К тому же, как только он приедет, вы, наконец-то, съедете отсюда.

Смешок из уст тетки приятно позабавил Джамилю, а вот тяжелый взгляд дяди Хазрета неприятно кольнул.

— Ты права. Я все равно собирался уезжать. Может даже не стану ждать выписки дяди, и через несколько дней уеду. Но перед этим пришлю прощальный подарок, в память о нашем с тобой времяпрепровождении.

Джамиля едва не бросилась на него, но рука мужа, обхватившая ее за талию, не позволила двинуться с места.

— Благодарим вас, — сказал Саид, чтобы как-то сбавить градус напряжение, возникшего после слов дяди Хазрета. — Будем с нетерпением ждать.