— Что! — Ноги Сакрана вдруг резко окаменели, едва дойдя до стула, он сел, устремив потухший недоуменный взгляд на отца замер в ожидании.

— Не смотри не меня так, у самого только одни догадки в голове. На фоне всех этих событий подозрительным становятся отсутствие Редгара и Джейн. Отправил Зейвурда обследовать все королевство в кратчайшие сроки. Сейчас я могу доверять только ему.

Эттнер стал измерять кабинет твердыми шагами, резко остановился.

— Может, отдыхают…

— Не думаю, — перебил сына Эттнер, — сердце огнем обжигает, родительская привязка сработала недавно. Беда с нашим младшеньким и, думаю, с его истинной парой.

Саша прикрыла рот ладошкой, остановив рвущейся крик. По виду деда и дяди поняла, что у них будет серьезный разговор. Недаром дед любезно ее выпроводил. Только ее не проведешь. Активировала артефакт невидимости, нацепила на стенку заклятие и, прислонившись к ней ухом, прослушала весь их разговор. Сердце лихорадочно застучало, хотелось все бросить и бежать в поисках родителей, но только она собралась это сделать, как за стенкой вновь заговорили.

— Нужно найти добровольца, который отправится к Хоргу. В данном вопросе только он нам сможет помочь.

— Так, может, я отправлюсь…

Сакран вновь не договорил, к нему подлетел отец, схватив сына за грудки обжигая взглядом, он зашипел:

— Не смей даже думать об этом. Я едва выжил после атаки тьмы, вырвавшейся из его третьего глаза, ты не ведаешь то, с чем мне тогда пришлось столкнулся. Он оракул-пожиратель, в мгновение выпьет твою магию, едва прикоснувшись к тебе. Молод ты еще.

Эттнер разжал побелевшие пальцы, выпрямившись, отошел от сына. Поищем добровольцев среди старых драконов, особенно тех, кто не имеет детей. Их источник силы должен быть большой. Я бы и сам отправился, но пока не окреп после первого визита к зверю. Надо будет кружку ему вернуть. В прошлый раз я ее в кусок металла превратил.

— Он, что пьет из железных кружек?

— Какое это имеет значение, он оборотень. Его истинный зверь превышает ростом моего дракона.

Брови Сакрана приподнялись в изумлении.

— Ты в прошлый раз не говорил об этом.

— Я много чего не говорил.

— Так, может, к нему отправить не одного дракона, а двух или трех.

— Хорг страшен, нелюдим, и ни ты, ни я не знаем, как он отреагирует на прибытие нескольких драконов. Но только ему одному из всего мира Тистрела подвластна магия тьмы. Только она может приоткрыть будущее, проскользнуть за грань, если он, конечно, захочет.

Саша на полусогнутых ногах, опустив взор в пол, шла по длинному дворцовому коридору, держась за стену дрожащей рукой. После услышанного разговора между дедом и дядей мысли лихорадочно метались, Саша пыталась найти выход их сложившейся ситуации. С родителями случилась беда. Дыхание перекрывал спазм, сердечко пускалось в пляс от страха за их жизни. Дойдя до своих покоев, она толкнула дверь, войдя в комнату, прислонилась к стене, закрыв глаза, продолжила размышления.

План созрел мгновенно, совсем несколько минут назад она металась, не зная, что предпринять, и вдруг отчетливо и ясно поняла, что нужно делать. Задействовав артефакт переноса на Землю, вернулась через несколько минут, держа в руке кружку из нержавеющей стали и рюкзак. Бросив рюкзак на кровать, открыла молнию, вытащила блокнот и ручку. Подойдя к туалетному столику, быстро настрочила письмо, прочитала написанное и, засунув письмо в конверт, вновь подошла к кровати. Вытряхнув из рюкзака его содержимое, быстро стала одеваться. Надев джинсы, футболку и толстовку, задержала свой взгляд на кроссовках и мартинсах. Выиграли кроссовки. На улице жара, мартинсы больше подходили для дождливой погоды. Хотя на Земле в них ходят в любое время года, но как-то не воспринимала принцесса данный вид обуви. Зачем купила, сама не понимала. Заплела косы, надела на голову кепку, осмотрела себя придирчиво, задрав рукав толстовки, проверила надетые на руку артефакты. Удостоверившись, что все исправны, решительным шагом направилась в покои брата, не забыв накинуть на себя морок невидимости.

Открыв дверь, увидела его сидящим на подоконнике.

Макс резко повернул голову, улыбнулся, когда дверь его покоев открылась, а затем тихонько закрылась, но в комнате так никто и не появился.

— Саша!

Александра подошла к брату, обняла его, поцеловала в макушку.

— Саш, что-то случилось? — Его голос дрогнул. — Я почувствовал магическое напряжение, витающее в воздухе.

Александра сняла личину невидимости.

— Ух ты! Саш, я тоже такие брюки хочу, а еще обувь и эту шляпу.

— А, это… — Александра сняла кепку с головы, водрузила ее на голову брату… — Дарю. Пока я не вернусь, не снимай.

— А ты куда собралась?

— В дальнюю дорогу. И пока это наша тайна. Вот, возьми письмо, отдашь его деду спустя час после того, как я покину твою спальню. Думаю, этого времени мне будет достаточно.

— Саш, мне страшно.

Александра обняла брата.

— Прости братик, но я не могу с тобой остаться. Не хотела тебе говорить, но на фоне недавних событий, это будет трудно скрыть. Мало того, тебя могут попытаться задеть побольней. Физически не посмеют, а вот словами смогут причинить боль твоему маленькому сердечку. Понимаешь… — Саша замолчала, подбирая слова. — Наши родители улетели в лагуну и пока не вернулись во дворец.

— Что с ними случилось?!

Александра сильней прижала брата к себе.

— Я не знаю, — едва смогла прошептать она, спазм сжал горло, предательские слезы готовы были политься из глаз. Вздохнув тяжко, отстранилась от брата. — Я отправляюсь на их поиск.

— Но как ты узнаешь, где они находятся?

— Есть один зверь в этом мире, который все знает. У него на лбу третий глаз как у оракулов, вот он и поведает мне, где они находятся.

— Если он оракул тогда не страшно.

— Конечно, не страшно. Если бы было что-то страшное, тогда бы отправили стражей. А так я туда и обратно. Договорились.

Макс вытер нос и щеки.

— Сестренка, я буду тебя ждать. Только ты обязательно возвращайся.

— Обещаю. Я обязательно вернусь, ведь у меня самые удивительные братики и я вас сильно, сильно люблю.

Поцеловав брата на прощание, Александра, держа в мыслях описанный дедом образ Хорга, открыла портал, задействовав артефакт переноса. Яркая вспышка озарила покои младшего принца и бесследно исчезла.

Макс тяжко вздохнул, плакать хотелось неимоверно, ему стало вдруг горько и одиноко, словно все покинули его.

Дверь резко распахнулась, в комнату вошел король.

Увидев деда, Макс спрыгнул с подоконника и замер в ожидании. После всех событий, случившихся с ним, он уже не понимал где враг, а где друг.

Эттнер замер, нахмурив брови, он смотрел на внука, взгляд которого был уже не по-детски серьезен. Расставив руки в стороны и приглашая внука в свои объятия, король и не подозревал, какая гамма чувств обрушится на него от десятилетнего мальчика.

Уткнувшись в стальную грудь деда, Макс дал волю слезам. Черные чешуйки на его лице и руках медленно проступали и так же исчезали. Эттнер не сразу увидел проявление драконьей ипостаси у своего внука, а когда заметил, то обомлел. Только большая сила воли не дала ему хорошенько тряхнуть своего внука, чтобы тот, в конце концов, понял, что перед ним его дед и не стоит скрывать от него такое.

Но сидя ночью в покоях Макса, он был рад, что не сорвался. Прокручивал в уме голос внука, переходящий на шепот, стирал дорожки слез с его бледных щек и сжимал свои кулаки до белизны костяшек. Первые мгновения хотелось рвать и кричать, крушить все, что попадется под руку. Затем совершить оборотничество, взмыть в облака и, не стыдясь, дать волю слезам.

Погладив внука по черным волосам, Эттнер тяжко вздохнул, сердце продолжало обжигать огнем, во всем теле была слабость и ломота. Мысли о внучке лишали разум воли и только спящий рядом маленький внук удержал его от полета в облака, да клятва Саше. Все предусмотрела мелкая негодница. А он как старый болван повелся. Открыв конверт дрожащей рукой, прочитал первые строчки и, не увидев продолжения письма, быстро проговорил клятву и только после этого строчки проявились.