Краснов

Сеструха сошла с ума со своим желанием независимости. Она решила, что есть смысл что-то доказывать предкам. А ведь я предупреждал, что это приведет ее к самому социальному дну. Так и получилось.

Мама в бешенстве. И такой злой я ее давно не видел. Она без остановки повторяет, какая Юлька неблагодарная. Отец даже слушать не стал — свалил в кабинет, а вот мне приходится терпеть, если я и дальше собираюсь получать все, что хочу.

— Это все влияние Серафима и его матери! Они испортили мне ребенка! Испортили ее будущее!

Мама и не собирается успокаиваться. А я киваю, залипая в телефоне.

Серафим никогда ей не нравился. Да и причин нравиться не было. У него характер — оторви и выброси, а мать таких терпеть не может. Да и он сын своего отца. Еще одна причина его ненавидеть.

Но я точно знал, что он никак не мог повлиять на Юльку. А вот гены — вполне. Но тут и мать виновата: надо было думать, с кем спишь и от кого рожаешь.

— Мама, да забей ты. Наиграется и сама его кинет. Дай ей время: чувства успокоятся, и глаза откроются. Ну в самом деле. Думаю, и Волков по этой же схеме дал добро.

— Ты прав. — она наконец остановилась и сделала глоток воды. — Прав.

— Конечно, прав. Еще прибежит к тебе и скажет, что ошиблась и лучше бы тебя послушала. Ну а жених ей всегда найдется. Сама знаешь.

Меня забавляло происходящее. Юлька так жестко еще никогда не косячила.

— Да. Как хорошо, что ты вырос смышленым и понимающим. Кстати, насчет тебя: ты присмотрелся к Эмме? Когда начнешь действовать?

Жесткость в ее голосе и не думает исчезать.

— Действовать? — мне пришлось оторвать взгляд от телефона.

— Да, Дима, действовать. Она из влиятельной семьи. Ваш союз помог бы укрепить наши деловые отношения. Девчонка явно наивна и влюбчива, тебе не составит труда завоевать ее сердце.

— А если она не в моем вкусе? — с улыбкой спрашиваю я.

— Дима! Мне сейчас не до этих шуток. Прошу, не тяни с этим. Тем более ее отец намекнул, что ты ему очень даже понравился в качестве зятя.

В горле появился ком, но внешне я никак этого не показал.

— Поторопись. Потому что скоро они возвращаются домой, и общаться вам будет не так легко. К тому же Эмма помешана на учебе, и отношения точно отойдут на второй план. Не подведи меня.

— Хорошо, мама, я понял.

Телефон в руке завибрировал. Аля будто почувствовала, что назревает что-то необдуманное.

«Дима, нам нужно встретиться. Как можно скорее. Я через час буду на нашем месте, подъедешь?»

Наше место — это ресторан азиатской кухни. Тихий и укромный, с нулевой вероятностью встретить кого-то из близких или друзей.

Отвечаю кратко: «Да».

Мне не в первый раз встречаться сразу с двумя. Было такое, что я сразу мутил и с тремя девушками. И ни одна не осталась оскорбленной и не предъявляла мне претензий. Но с Алей такое не прокатит.

Я знал, что она хорошенько пройдется по моему лицу, если узнает. Но и отказать маме сейчас не могу. Не в ее положении так сильно нервничать. Хватит того, что один ребенок не оправдал ожиданий.

— Проблема.

— Что? — мама обернулась.

— Говорю, не проблема, мама. — подмигиваю ей и встаю.

Путь до ресторана неблизкий, но мне как раз нужно подумать.

Я мог бы поговорить с Алей, слегка приукрасить и соврать, что Эмма — просто подруга семьи и я устраиваю ей прогулки по городу. Но тогда нужно было бы договориться с Юлей, чтобы она лишнего не взболтнула.

А еще я как бы с Алей в серьезных отношениях, а если хочу «серьезных» отношений и с Эммой, то одними прогулками за ручку не обойтись. И тут уже вырисовывается явная измена.

А Алевтину я… люблю. Мне хорошо с ней. И предавать ее не хотелось бы.

Я приехал даже раньше, чем мы договорились, но Аля была уже на месте. Я увидел ее издалека: она сидела за столом и нервно сворачивала салфетку.

И увиденное мне уже не понравилось. Она слишком напряжена, словно уже знает, что мне предстоит сделать. Хотя… тогда она крутила бы не салфетку, а нож.

— Привет, крошка. — я подошел к ней, нагнулся и поцеловал в мягкие губы. — Что-то случилось? Ты сама не своя.

— Да.

Она откинула салфетку к горе таких же помятых.

— Случилось. С тобой Юля часом не говорила?

— Нет. Я ее не видел уже несколько дней. И она серьезно накосячила, так что видеть теперь буду только в универе. А что? Ты из-за нее такая?

— Нет. Она ни при чем. Просто я подумала: мало ли… Короче, Дим, нам надо серьезно поговорить.

— Понял я. Ты еще в сообщении это обозначила.

К столу подошел официант с вежливой улыбкой. Он хорошо нас знал, потому что я оставлял приличные чаевые.

— Здравств…

— Два чая, и все на этом! — Аля резко перебила его, не дав даже закончить приветствие.

— Понял. Пару минут.

— Малышка, что такое? — я серьезно напрягся.

— У нас проблема.

Она полезла в свою сумку и достала из нее три теста и какую-то бумажку.

— Вот. Поздравляю.

— Это что? — где-то на подкорке я понимал, но понимать не хотел.

— Краснов, не тупи! Мне и так не по себе!

Официант вернулся с чашками и чаем.

— Ваш чай.

Он поставил чайник между нами.

— К черту чай, — прохрипел я, не отрывая взгляда от тестов. — виски неси. Любой.

Официанта тут же сдуло.

— Аль, ты уверена? Может, еще тест сделать?

— Десятый! Я у врача была, она подтвердила.

Ее пальцы дрожали.

— Сука…

Я закрыл лицо руками и выдохнул в ладони.

— Так понимаю… ты не рад.

— А чему радоваться, Аль? Ну давай будем реалистами: сейчас вообще не время!

Меня волной накрыла паника.

— Ты себе даже не представляешь, что будет, когда мой отец узнает!

Я вижу, как у нее в глазах собираются слезы.

— Только давай без слез, прошу.

Мне пиздец. В прямом смысле. Отец меня четвертует. Он мне яйца оторвет, чтобы я больше не размножался. А когда узнает, кто такая Аля… А точнее, что она никто, обычная, то и член отрежет. У моих предков бзик на правильных отношениях, выгоде и браках с нужными людьми.