© Овчинникова Е. С., 2026

© Greta Berlin (Чечулина Маргарита), иллюстрации, 2026

© Рыбаков А., оформление серии, 2011

© Макет. АО «Издательство «Детская литература», 2026

Первый Конкурс Сергея Михалкова на лучшее художественное произведение для подростков был объявлен в ноябре 2007 года по инициативе Российского фонда культуры и Совета по детской книге России. Тогда Конкурс задумывался как разовый проект, как подарок, приуроченный к 95-летию Сергея Михалкова и 40-летию возглавляемой им Российской национальной секции в Международном совете по детской книге. В качестве девиза была выбрана фраза классика: «Просто поговорим о жизни. Я расскажу тебе, что это такое». Сам Михалков стал почетным председателем жюри Конкурса, а возглавила работу жюри известная детская писательница Ирина Токмакова.

В августе 2009 года С. В. Михалков ушел из жизни. В память о нем было решено проводить конкурсы регулярно, что происходит до настоящего времени. Каждые два года жюри рассматривает от 300 до 600 рукописей. В 2009 году, на втором Конкурсе, был выбран и постоянный девиз. Им стало выражение Сергея Михалкова: «Сегодня – дети, завтра – народ».

В 2024 году подведены итоги уже девятого конкурса.

Отправить свою рукопись на Конкурс может любой совершеннолетний автор, пишущий для подростков на русском языке. Судят присланные произведения два состава жюри: взрослое и детское, состоящее из 12 подростков в возрасте от 12 до 16 лет. Лауреатами становятся 13 авторов лучших работ. Три лауреата Конкурса получают денежную премию.

Эти рукописи можно смело назвать показателем современного литературного процесса в его подростковом «секторе». Их отличает актуальность и острота тем (отношения в семье, поиск своего места в жизни, проблемы школы и улицы, человечность и равнодушие взрослых и детей, первая любовь и многие другие), жизнеутверждающие развязки, поддержание традиционных культурных и семейных ценностей. Центральной проблемой многих произведений является нравственный облик современного подростка.

С 2014 года издательство «Детская литература» начало выпуск серии книг «Лауреаты Международного конкурса имени Сергея Михалкова». В ней публикуются произведения, вошедшие в шорт-листы конкурсов. На начало 2024 года в серии уже издано более 80 книг. Готовятся к выпуску повести и романы лауреатов девятого Конкурса. Эти книги помогут читателям-подросткам открыть для себя новых современных талантливых авторов.

Книги серии нашли живой читательский отклик. Ими интересуются как подростки, так и родители, педагоги, библиотекари. В 2015 году издательство «Детская литература» стало победителем ежегодного конкурса Ассоциации книгоиздателей России «Лучшие книги года» (2014) в номинации «Лучшая книга для детей и юношества» именно за эту серию. В 2023 году серия книг вошла в пятерку номинантов новой «Национальной премии в области детской и подростковой литературы» в номинации «Лучший издательский проект».

Окно Настиной комнаты выходило на больницу. Дома разделял тихий проспект. Настя выбрала бы вид на парк или реку, но что поделать. На втором этаже напротив – отделение травматологии. Палата на четверых, и в ней раз в неделю-две менялись мальчики-девочки с забинтованными головами, загипсованными руками и ногами. Некоторые ездили в кресле, некоторые скакали на костылях, другие передвигались самостоятельно. В половине девятого, когда Настя собиралась в школу, по палатам ходила медсестра и ставила уколы тем, кто не мог прийти в процедурный кабинет сам.

Этажом выше виднелись только головы – не разобрать, что там. Первый этаж хорошо просматривался, но в нем не было ничего интересного – лор-отделение. Настя попадала туда несколько раз: один с отитом, второй – когда удаляли миндалины и последний раз – с подозрением на перелом носа, после того как в десять лет скатилась на животе с горки, не удержалась и пропахала носом покрытие. Перелом не подтвердился, и ее отпустили домой. В лор-отделении лежали дети всех возрастов, с виду совершенно здоровые. Ни тебе гипса, ни проломленной головы. Подростки кучковались в палатах, младшие носились по коридору, малыши сидели с мамами.

Под окнами больницы паслись родственники. Внутрь их не пускали, поэтому они махали детям с улицы, прижав телефоны к уху. Вот полный мужчина на тротуаре. С ним два мальчика. Вот женщина в окне ставит маленькую девочку с загипсованной ручкой на подоконник. Мама показывает дочке на папу и братьев на тротуаре, и все дружно машут.

Настя любила, когда дети из палаты напротив исчезали. Это значило, что с ними все в порядке. Отщелкивал невидимый решатель проблем: пым, пым, пым – вы здоровы!

В общем, у Насти были свои сложные, многогранные отношения с обитателями палат напротив, хоть те и не знали о ней. Она проводила у окна пару минут утром и немного после школы, чтобы побыть в полном, тотальном одиночестве за шторой. Нужно было сбросить с себя взгляды, болтовню одноклассников, шум перемен, громкие голоса учителей. Настя смотрела на улицу, на прохожих, на детей из травмы и лор-отделения. В тихий час они лежали на кроватях: кто спал, кто уткнулся в телефон, кто – в книгу.

Новенький появился в середине июня в палате напротив. Кровать была ему коротка, приходилось поджимать ноги, и он превращался в ломаную линию из учебника алгебры.

Новенький выглядел совершенно здоровым и ходил сам, не прихрамывая, и руки использовал обе, когда ел или читал. Уже на второй день на его тумбочке возникла стопка книг. Их приносила и уносила медсестра с недовольным лицом. Настя знала всех медсестер и врачей отделения. Среди них выделялась одна – хмурая, высокая и полная, несущая большое тело на тонких ногах. Ее крашенные в черный цвет волосы выглядели ненатурально и всегда были уложены в шишку, увеличивающую и без того высокий рост. Она ставила капельницы и делала уколы, – все быстро, без эмоций.

Суровая медсестра, по-видимому, опекала новенького: она заходила к нему чаще обычного и иногда присаживалась на кровать. Можно было подумать, что она его мать, но та обязательно бы обняла или погладила. Хотя мамы бывают разные, не обязательно все такие, как у Насти, – готовые всегда потискать.

Кроме высокого роста и отсутствия повязок, новенького легко было узнать по сутулой спине и втянутой в плечи голове, словно он постоянно боялся, что его ударят.

Он провел в больнице месяц, прежде чем туда попал Грузин.

Четверо друзей бесились на площадке в Некрасовском саду, Грузин забрался на крышу горки, неудачно спрыгнул, и вот: перелом лодыжки со смещением. До приемного покоя было метров пятьсот, поэтому, чтобы не ждать скорую, его довезли на электросамокате Кости. Костя поставил Грузина перед собой и ехал медленно. Валя и Настя бежали следом. Грузин весело ойкал, когда самокат подпрыгивал на кочке. Он делал вид, что ничего страшного не произошло. Но неестественно вывернутая нога в черной кроссовке выглядела пугающе. С шутками доехали до приемного покоя.

Медсестра сказала, что сопровождать пациента должен кто-то один и что им необходимо позвонить родителям Грузина. Родителям позвонили, но уходить отказались, и сестра завела их в бокс – маленькую комнатку со скамейками вдоль стен и столиком в углу, на котором лежали перчатки, градусники, зеленка и пластыри.

Настя сбегала к стойке администратора и сообщила возраст, имя и дату рождения пациента. Почему пациент не пришел сам? Потому что у него вывернута нога. Администратор понимающе кивнула.