— Предал?.. Хм… Да, я не святой, но ты… ты все правильно делала?

— Не будем заново начинать этот разговор. Оставайся при своем мнении, Глеб. Меня… меня просто оставь в покое. Навсегда. Не надо из чувства вины появляться в моей жизни, будто мне это нужно. Мне это не нужно. Моя любовь к тебе, чувства… все как рукой сняло в тот миг, когда ты ответил мне на тот звонок. Когда сказал мне все… Больше ничего нет, Глеб.

И тут до него будто доходит, что на самом деле происходит. Он-то до этого думал, что он мне еще нужен, что я страдаю из-за него разрыва.

— Значит, начнешь жизнь с чистого листа? — спрашивает с легким пренебрежением и насмешкой.

— Почему нет?..

— Ну да… Ты ведь теперь свободна.

— А вот ты нет. Твоя Олеся… С ней у тебя будет другая жизнь. Не такая, как со мной.

— Ну да, не такая… В моей жизни будет какой-то смысл и продолжение. Будет ради чего стараться и двигаться вперед.

Ну посмотрим, как оценят его старания.

— Старайся, Глеб, старайся… — хмыкаю я и открывай дверь своей машины. — Прощай, Глеб, — сажусь, бросаю свидетельство с сумочкой на соседнее сиденье, пристегиваюсь и выезжаю с парковки.

Неделю спустя…

— Слушай, ты, конечно, молодец… — тянет Виолетта. — Но слишком уж просто все для него. Он сразу получил, что хотел.

— Ну и для меня тоже, Вита. Для меня тоже все просто.

— Тоже верно… А то затянулось бы это… Тебе здоровье потерянное в процессе тяжб дороже бы встало, — кивает подруга и делает глоток чая. — Вообще у тебя тут классно… — осматривается у меня в кухне Вита. Я тут все на свой вкус сделала. Для настроения. — Представляю во что твой дом там эта Олеся превратит…

— Дом уже не мой. Да и не был он никогда моим. Глеб мне ясно дал это понять. Ведь я не нарожала ему детей, чтобы иметь какие-то права…

— Отсутствие детей не повод так себя вести с женщиной, которую любишь. Это вообще бред.

— А он и не любил меня никогда.

— Но он тебе сказал, что у него до сих пор к тебе чувства…

А это для того он сказал, чтобы держать меня в зависимости от себя. Он хотел, чтобы я всегда его ждала.

— Не будем больше о нем. Я больше не хочу… — качаю головой.

— Да, ты права, прости… Я так рада, что у тебя со здоровьем все почти наладилось. И что дальше теперь? Вообще в планах.

— Буду много и усердно работать. Брать много учеников. И скоро у нас планируется торжество от школы… я буду играть вместе с учеником на одном концерте.

— Ух ты! Ты снова будешь играть… Как ты вышла замуж, так ни разу больше и не играла на публике.

— Да… Я сейчас тренируюсь. В разных стилях. Как можно больше… Все свое свободное время.

— Здорово! Я так рада за тебя… У тебя же и связи остались. Ты все еще можешь построить карьеру. Времени не так прошло.

— Не знаю… Вряд ли… Но это все, что у меня есть.

— Все, что у тебя есть?!.. Да у тебя вся жизнь впереди! Кстати… может я прозвучу дико, но тебе нужно срочно найти мужчину.

— Кхм-кхм… — я чуть не поперхнулась только что. — Сделаю вид, что не расслышала тебя. Так что ты сказала? — прищуриваюсь.

— Я серьезно, Ида! Нужен мужчина! Ты же лечилась не только из-за того, чтобы спастись. Все это было ради того, чтобы забеременеть.

— И?..

— Ты еще спрашиваешь? Тебе же известно, что вскоре после операции самая большая вероятность забеременеть. Только не говори, что предательство Глеба заставило тебя отказаться от мечты. Ты же хотела стать мамой. Не только ради него, но и ради себя.

— Хотела… — вздыхаю. Об этом говорить еще болезненнее, чем о предательстве Глеба.

— А что изменилось? Или что, Глеб единственный мужчина на земле? Брось… Ты еще можешь стать счастливой. С кем-то другим. Я это к тому, что… не хочу, чтобы ты закрывалась и всю оставшуюся жизнь провела одна. Есть твой человек в этом мире, ради которого тебе не придется ничем жертвовать. Ни карьерой, ни чем-то другим.

Мудрые слова Вита говорит, но я не верю, что это возможно.

Но стать матерью… да, это все еще остается моей мечтой.

Глава 17

Глеб. Месяц спустя…

Месяц прошел с того дня, как мы с Идой вышли из загса. С нашего последнего разговора.

Будто вчера это было.

И, честно говоря, я еще не привык.

Не привык к тому, что ее нет рядом.

Зато рядом Олеся. Женщина, которую я выбрал, чтобы растить своего сына. Да, она по-прежнему меня привлекает, с годами она стала еще шикарнее, но я принял это решение именно из-за сына. Не из-за нее.

Из-за единственного сына, которого не могу теперь потерять.

А у моего сына должна быть нормальная семья.

С Идой у меня не могло получиться нормальной семьи. Она не смогла мне родить. Она никогда не сможет. Она все еще важна мне, но еще важнее мне то, какой будет моя жизнь через двадцать лет. Я смотрю далеко вперед. И я не вижу свою жизнь без детей и внуков. Это совершенно естественно.

Поэтому я женюсь на Олесе. Разумеется, у нас будет брачный договор. Мне сюрпризов не нужно. Олеся не Ида — с ней только так. Она этого пока не знает, но узнает.

Сейчас мы в свадебном салоне. Олеся хочет настоящую свадьбу, которой у нас не было. Настоящая свадьба у меня была с Идой. Я сам хотел. Мне хотелось увидеть свою красивую, рыжеволосую невесту в белом платье. Я тогда был так счастлив. Думал, у нас все будет: счастье, любовь и дети.

Было все. Кроме детей. А это важно. Критически важно.

— Ну как? — Олеся выходит из отдельного зала, чтобы показаться мне свадебном платье.

Какой-то разврат.

— А тебе не кажется, что если ты чуть вперед наклон сделаешь, то у тебя… все выпадет?

Олеся кладет ладони на грудь.

— Да нет, ты что… Да и не собираюсь я наклоняться. Это просто супер-платье! Тебе что, не нравится?

— А разве ты не должна быть тут с подружками, м? Жених же не должен видеть свадебное платье до свадьбы.

— Фу, это что-то на старомодном… — фыркает Олеся и любуется собой через зеркало. — Еще фату надо надеть…

— Нет, давай другое платье. Чтобы на свадебное было похоже.

— Ну Глеб…

— Давай быстро. И туфли бери. Нам скоро за сыном ехать, — смотрю на часы.

Саша в подготовительной школе. В очень хорошую его устроил. Ему там нравится. Я вообще готов каждый день его радовать. Его не так-то просто заставить улыбнуться.

Он не такой, как я в детстве. Довольно робкий, скромный. Это из-за матери. У Олеси не самый лучший подход к воспитанию. Но с другой стороны я могу понять. Она все-таки одна его растила. Теперь все изменится. Теперь у него есть отец.

Когда Олеся выходит в следующем платье, то я нахожу его приемлемым. Ничего с этой женщиной не сделаешь — любит она себя показать.

— Ладно, берем его. Туфли быстро выбирай. Я в машине подожду, — поднимаюсь с дивана.

— Глеб!

— Ну что, ты туфли сама не выберешь?

— Я не так себе это представляла, — губы дует.

— Это ты все придумала, Лесь. Все это совсем необязательно. Мы уже были женаты.

— Но я хочу! Я никогда не была в свадебном платье.

— Наденешь это. Все, я жду тебя в машину, — делаю уже шаг к выходу и внезапно вспоминаю.

Сегодня же благотворительный вечер, на который я приглашен… с женой. Там не актуальные сведения. В любом случае, могу кого-то с собой взять. Но пойду я один. Потому что Олеся должна быть с сыном.

Олеся не злит меня — приходит быстро с покупками. Бросает все на заднее сиденье и садится рядом.

— Оно не такое уж дорогое. Туфли вообще дешевка. Ну я же их раз всего надену. Так что…

— Рад, что ты довольна.

— Что, может вечером в ресторанчик поедем? Я совсем не хочу готовить…

— Ты не любишь готовить.

— Люблю. Для сына же я готовлю.

— Ну да, готовишь какую-то кашу… — выезжаю на дорогу. — Олесь, ты говоришь так, будто я тебя не знаю. А я тебя знаю. Ты никогда не любила готовить.

— Но мы же можем поехать в ресторан?

— Закажи домой. Но меня не будет на ужине.