Многозначительно скользнула взглядом по Аристарху, который напрягся, как струна.
— Да-да, Аристарх, и вы тоже не всё о нём знаете. Может, действительно всё решить обычным разговором?
С этими словами, сеющими в душу яд сомнения, шагнула в глубокую тень у стены и растворилась, унося с собой полуживую Лю Цзы и оставляя после себя лишь сладковатый запах ладана.
Мы остались одни среди разрухи. Ноги подкашивались не столько от усталости, сколько от тяжести открывшейся истины. Аристарх медленно подошёл и, не говоря ни слова, просто обнял. Это не был страстный порыв, а жест союзника, товарища по оружию — знак того, что в этой истории мы вместе. Прижалась лбом к его груди, закрыв глаза. Губы коснулись виска — коротко, твёрдо, словно печать. Обет. Договор перед лицом невероятной угрозы.
— Ффффууу! — шипение Васьки раздалось у ног. Он сидел, выгнув спину, с вздыбленной шерстью, изумрудные глаза прикованы к месту, где исчезла Аделаида. — Старая карга! Накормилась мясом и снова наряжается в чужую кожу! Не верьте ни единому её слову! Она сеет раздор — это её природа!
Вырвалась из объятий и подошла к краю крыши. Внизу за рекой лежал Зареченск, усыпанный огнями. Но теперь это был не просто город, а карта. Поле битвы, где решались судьбы богов. И находилась на этом поле не случайной гостьей, не жертвой, не курьером, доставлявшим оборотням шаурму без лука. Игроком.
Страха не осталось — его вытеснила холодная, взрослая ответственность. Тяжёлая, как свинец, но дающая опору. Подняла руку, сжимая медный амулет на шее. Подумала, что бы сделал дед… лучший курьер, которого видел Зареченск. И в кармане куртки почувствовала ответную ровную пульсацию. Камень Смотрящего. Он молчал, но его тепло стало знаком. Одобрением? Намёком? Он слушал. И, возможно, подсказывал.
Обернулась к Аристарху. Его лицо было серьёзным, в глазах — та же трезвая решимость, что родилась во мне.
— Ладно, — голос прозвучал ровно и спокойно, без тени сомнения. — Давай посетим офис «Полуночника». И предложим Чернобогу... беседу.
В кармане куртки камень Смотрящего пульсировал чуть сильнее, словно намекая, что это единственно верный ход на новой, страшной и бесконечно увлекательной карте мира. Ночная охота закончилась. Наступал новый день.
Конец.
