— Что у тебя за транспорт, Канц?

— Начальство подойдёт, тогда и обсудим, Ранг, — и снова добавил свою, мне кажется, любимую фразу. — Не ссы.

— Оно уже тут, — хмыкнул Димон, поворачиваясь ко входу, куда входили остальные члены нашего отряда.

— Сколько у нас времени? — повторила мой вопрос Немезида, найдя взглядом своего знакомого.

— От двух до четырёх часов, Зин, — ответил Канцлер.

— А насколько у тебя всё готово?

— Примерно также, — с виноватыми интонациями ответил мужик и даже как-то сжался.

— Канц, ты, вонючая отрыжка богомола, что опять устроил⁈ — разозлилась Немезида. — Опять дерьмо, которое в твоей голове по ошибке место мозгов занимает, вскипело и ты очередной эксперимент устроил?

— Зина, ну кто мог подумать, что всё так закрутится⁈ Я такую пушку монтировал, даже Крапива обзавидуется! Я успею, Зин! — мужик ещё быстрее заработал на терминале, хотя казалось, что это невозможно.

Немезида зашипела, как настоящая кошка, залезла в сумку, вытащила магазин от пистолета и, от души размахнувшись, запустила им в голову Канца.

Попала.

Я офигел. По идее, этот тип должен сознание потерять, но он лишь дёрнул головой и потёр место удара. Всем своим видом при этом показывал, что виноват. Эти двое знали друг друга очень давно.

Я устал по кусочкам собирать картину происходящего. Славик вышел вперёд, поднял магазин и начал говорить:

— Прежде, чем мы перейдём к метанию чего-то более смертоносного или обсуждению планов, без согласования со мной всех деталей, я бы хотел подробно услышать, что тут происходит. И начать надо с момента, когда я потерял сознание. Мне не очень понятно, как так получилось, что я пришёл в себя подвешенным и связанным, — я произнёс это, стараясь, чтобы меня восприняли всерьёз. — Мне нужна полная информация о плане вывода нас на орбиту и дальнейших шагах по возвращению на корабль.

Генерал с Немезидой заигрались. Опять посчитали, что они тут главные или самые умные — уже не важно. Но пока что, несмотря на всю предусмотрительность Немезиды и ум Тао Нгаты, мы чуть не сгорели, а потом всё равно попали в плен. И если бы не мои суперспособности, то мы бы сейчас не общались так весело. А если весь план вытягивает на себе козырь в виде призрачного штурмовика формикадо, то этот план — полное дерьмо.

А сейчас и Немезида, и Тао ведут себя, будто всё под контролем. Начальство, блин. «Да, Лом нас спас, действуем дальше, всё по плану». Хотел же следить за каждым шагом, так ведь нет, повёлся на то, что эти двое опытные хомо и лучше ориентируются во всех этих реалиях. И кусты с цветочками в окошко рассматривал вместо того, чтобы заранее Пятым прилететь и осмотреть это ранчо. Но мне не предложили, а я даже не озаботился расспросить, куда мы едем и зачем. Видел же, что эти двое всё обсуждают с уверенным видом, и ещё у меня Акуна на плече пристроилась. Расслабился.

Именно из-за того, что я сам не лез в планирование и в выяснение деталей происходящего, и, получается, был ответственен за происходящее не меньше, чем генерал с контрабандисткой, я не стал никого ни в чём обвинять. Но и поставить на место коллег стоило. Нашли, блин, штурмовика на побегушках. Конечно, я сам такое отношение провоцирую своим поведением и отношением. Я же все годы на Земле был ребёнком, то есть зависимым от взрослых. И это сказывается. Надо становиться более самостоятельным.

Возможно, сейчас не самое правильное время выяснять отношения, но, опять же, с чьей точки зрения.

После моих слов повисла пауза. Немезида не впечатлилась. Скорее всего, была уверена, что я существо, полностью подчинённое генералу, а сейчас у меня нервный срыв.

— Винни Пух, сейчас не время… — мягко, как говорят старшие (неважно, по возрасту или по званию) с младшим, которого не хотят обижать, начала Немезида.

— Сейчас я решаю, чему время, а чему нет, — перебил я её. — Немезида, у меня ты вызываешь восхищение своей то ли паранойей, то ли предусмотрительностью. Но одновременно с этим ты допускаешь ошибки. Глупые. Мы ехали сюда, у тебя нет системы «пароль-отзыв»? Почему мы попали в засаду, которую могли предотвратить? Ты что хотела своему другану сюрприз устроить? Дрона летающего не завалялось в боевом транспорте?

Я повернулся к генералу.

— Тао, — я специально опустил его воинское звание, — ты какого хера меня для разведки не привлёк? Тоже под обаяние паранойи контрабандистки попал? Я хочу напомнить самым умным из вас или тем, кто себя таким считает, что все вы неудачники. Немезида проиграла «Судьям» и сбежала, попытавшись неудачно спрятаться. Если бы не мы, то «Судьи» тебя бы взяли с потрохами в течение пары дней. Они уже и без нас знали, кто ты. Генерал, ты проиграл на своём поле — просрал спецоперацию против тебя же, чуть не потерял жену и тело. Почему-то вы посчитали себя умнее меня и решили всё планирование взять на себя, хотя по факту лажаете и даже не пытаетесь понять, почему и в какой момент стали глупыми.

— А ты сам не лажаешь? — спросил генерал, но без задора.

— Нет. Я не лажаю. Я переиграл тебя в операции с яйцом, хотя ресурсов на операцию у вас было не меньше. Потом адаптировался в совершенно незнакомой обстановке. Я вытащил тебя из базы доктора Ри и в принципе ни одно моё решение не привело к провалу. Так что ради своей безопасности я считаю, что должен обладать всей полнотой оперативной и стратегической информации. Я не претендую на лидерство, но со мной придётся договариваться, полностью держа меня в курсе всех раскладов. Сейчас мне нужна оперативная информация. Начните с того, как я сюда попал. Вы умные, но не самые умные. Вы не врага недооцениваете, вы себя переоцениваете.

— И тебя, получается, недооцениваем? — хмыкнула Немезида.

— Да. Меня вы недооцениваете, особенно генерал. Теперь, когда вам указали на ваши ошибки, вы сможете подумать, как их исправить. Позже. Сейчас мне нужны ответы на мои вопросы.

Генерал молчал, но я не видел несогласия со своими словами ни в выражении лица, ни в позе. Немезиду мои слова зацепили, но не настолько, чтобы спорить с фактами или позволить эмоциям взять вверх.

— Хорошо. Отвечу, — кивнула с непроницаемой маской на лице Немезида.

— Я пришла в себя, когда меня уже вытащили из перевёрнутого и полыхающего бронефургона. Потом увидела дрона, но не поняла даже, кто это такой, как он прямо на меня выпустил струю огня. Дрона не распознала, а напалм распознала. Я знаю, что это такое. Что такое напалм. И узнала его сразу. Но струя полностью попала на огромного невидимого муравья или кого-то похожего на него. Этот муравей поднялся и принял весь огонь на себя. И продолжал гореть и удерживать струю напалма. Там уже жар был такой, что мы отбежали, но муравей не просто стоял, он действовал. Ударами когтей он ловко расчленил дрона, и тот взорвался. Мы уже отбежали достаточно далеко, поэтому взрыв нас не задел. Даже не представляю, что бы чувствовало живое существо в этом огне… — Немезида как-то даже незаметно для самой себя погрузилась в этот рассказ.

— Ощущения я получил во всей полноте, — сказал я Славиком, тем самым открывая тайну того, кто такой Пятый. Ещё не полностью, но лучше, раз уж мы в одной лодке, не плодить тайн, которые ведут к интригам и всякой… лаже.

— То есть ты всё чувствовал? — округлила глаза Немезида. А незаметно подошедшая Акуна сжала руки на плечах сидящего в кресле Димона.

— Штурмовик формикадо — это моя призрачная форма. Я в ней чувствую боль, — признался я.

— Подожди… Ты горел заживо и мог мыслить ясно? Я же видела, ты смещался, чтобы не дать дрону облить нас.

— Ну, не прям ясно. Но мог.

Немезида замолчала, переваривая полученную от меня информацию. Никто её не торопил, только в чём-то провинившийся Канцлер снова повернулся к терминалу и продолжил работу.

Наконец Немезида отмерла.

— У меня много вопросов.

— Ты получишь на них ответы. На большинство. Пока продолжай рассказывать.