Прям хорошо выспаться не получилось, но три толянских часа мои тела проспали. Что очень неплохо для восстановления.

Настало время покинуть транспорт. Выйдя из поезда, мы оказались на небольшой станции, внутри которой не было практически ничего кроме автоматизированного магазинчика, где можно было закупиться едой и разными мелочами. И то и другое у нас было, но Немезида купила пару двухлитровок с газировкой, остальные парочки последовали её примеру. Когда вышли наружу, то оказались в месте больше всего похожем на какой-нибудь городок Дикого Запада, как их показывают в вестернах. Сделанные из говна и палок, но украшенные ярко раскрашенными вывесками двух и трёхэтажные дома. Пыльная улица и прожигающее до внутренностей солнце.

Одежда Славика и Димона перестала справляться с охлаждением, стало жарко.

Мы были единственные, кто сошёл на этой станции, поэтому глупо было разделяться на парочки.

— Тут рядом стоянка, там погрузимся и двинемся дальше. Придётся пройтись по жаре.

Мы двинулись по центральной улице этого странного места. Людей не было, но за потрёпанными дверями, как и за окнами жизнь была. Я слышал звуки и даже различал голоса. В одном месте собралась небольшая группа людей и что-то обсуждала. Спорили о каких-то сугубо технических вещах. Что-то про стоимость кабеля и его мощность. Но в большинстве своём народ просто спал.

— Сиеста, — ответила на мои невысказанные мысли Немезида.

— А почему тут так немноголюдно? И… нетехнологично.

— Обычный далёкий от мегаполиса посёлок с неприятным климатом. Пятьдесят градусов. А ведь еще только весна, — Немезида с интересом посмотрела на меня. Она заметила, с каким любопытством Винни Пух рассматривает всё вокруг.

— Понятно. — Я решил пока повременить с дальнейшими вопросами.

Мы дошли до вполне современно выглядящей промзоны, где жилых домов не было, а была какая-то длинная на пару километров стена высотой чуть больше десяти метров с большими воротами каждые сто метров. А с другой стороны улицы тянулись мало отличающиеся друг от друга ангары.

У одного из них мы остановились. Генерал вбил код и створки разъехались, пропуская нас внутрь. Я осмотрелся. В глаза бросалась пара огромных грузовиков. Хотя, скорее, эти транспорты можно было бы назвать автобусами для зомби-апокалипсиса. Мощный, на вид бронированный, короб корпуса опирался на четыре оси с колесами чуть меньше человеческого роста. Передняя треть корпуса была конструктивно отделена от остального салона так, чтобы удобнее было поворачивать. В общем, то ли автобус, то ли фура, но намного больше того, что я видел на земле. И намного мощнее по внешнему виду.

— Грузимся в этот! — приказала, указав на один из «автобусов» Немезида.

Дверь транспорта открылась, и мы полезли в пахнущий чем-то химическим и фруктовым салон. Внутри это оказался дом на колёсах. Или, точнее, казарма на колесах: трёхуровневые постели, отсек с мобильной, но очень серьёзной на вид медкапсулой, кухня, душ, туалет, оружейная. Всё это я обнаружил уже по ходу движения, когда мы выдвинулись из ангара и бодро помчались по пыльным просторам жаркого Толяна. Я успел заметить, что за нами из ангара выехал и второй грузовик, но поехал в другом направлении. Немезида продолжала запутывать следы.

Я уже немного освоился с имперской техникой, поэтому Димон и Славик, каждый со своей стороны фургона, сделали часть стены полностью прозрачной и стали смотреть в окно. Природа чужой планеты завораживала не меньше, чем городская футуристическая застройка.

Мы проехали буквально пару километров по практически пустыне, после чего оказались, не то в степи, не то в прериях, что бы последнее слово ни значило. В общем, в местности без леса. Тем не менее растительность была самая разнообразная. Какие-то сине-зелёные кусты, очень лёгкие и очень гибкие со странно раздутыми ветками чуть ли не висели в воздухе, цепляясь за землю корнем и махая своими ветками при каждом дуновении ветерка, будто сделаны из шёлковой ткани. Были тут и кактусы, но необычной формы в виде огромных полутора-двухметровых чаш и фиолетового цвета. Растения, увешанные стеклянно переливающимися разноцветными шарами, больше всего похожими на разноцветные игрушки. Всё было неземным, необычным и красивым.

В общем, Славик и Димон не отлипали от «окон», заворожённо рассматривая новый мир. Как формикадо я посещал далеко не одну планету, но это когда было. Поэтому сейчас рассматривал необычный пейзаж с огромным интересом. Люди делают всё похожим, ну или как минимум привычным, а вот совершенно дикая природа другой планеты выглядит необычно.

— А почему ты проиграла Гею в первый раз? — спросил Димон Акуну, когда пейзаж за окном уже был рассмотрен и начал приедаться. — Ты же превосходишь его намного.

— Ты видел тот бой, где я проиграла? — вопросом на вопрос ответила Акуна.

— Да.

— Он подготовился к бою именно со мной. В правилах сото-гуэйры есть расчёт того, какую площадь могут покрыть доспехи. Это зависит от длины клинка. Чем короче меч или нож, тем большую часть тела можно покрыть защитой. Но всё равно обычно остаётся достаточно большая площадь тела, чтобы атаковать. Я так думала, но он применил принцип, которому учила тебя я, когда ты спросил, как справиться с превосходящим тебя фехтовальщиком — надо атаковать не тело, а оружие. Гей надел перчатки, которыми не очень удобно держать оружие за рукоять, зато можно безопасно схватить клинок. Кроме того, специальное покрытие обеспечивало максимальное сцепление, так что вырвать лезвие из такого хвата очень трудно. Оставив не так уж много мест на теле, куда я могу атаковать, он мог предсказать мои атаки заранее, поэтому знал, к чему готовиться.

— Ничего себе, как он заморочился…

— Он не зря говорил, что воин. Он действительно прорабатывал бой со мной, как военную операцию. Так его готовить мог бы Тао. Я же стремилась победить красиво.

— Да, красиво побеждать ты умеешь!

Акуна улыбнулась. Уверен, она слышала подобные комплименты миллионы раз, но тем не менее я заметил, что её улыбка была искренней.

— Возвращаясь к тому моему проигрышу. Он был вооружён только шипастыми кастетами, то есть обеспечил себе максимум брони. А фрикционные свойства перчаток — это был его козырь.

Я про себя отметил, как Акуна использовала слово «козырь». Они тут, получается, в картишки играют тоже.

Акуна тем временем продолжила.

— Он поймал мой меч рукой, и я лишилась своего самого мощного оружия. Дальше ты всё видел. Он действовал очень подготовленно, а я нет. Так и проиграла. Он выиграл в подготовке.

— Ну а вчера ты выиграла, когда оба в одинаковых условиях. И это было круто!

— Спасибо, — ещё раз улыбнулась Акуна и неожиданно положила голову мне (Димону) на плечо. Я аккуратно обнял её, чтобы было удобнее. И приятнее.

— Скоро приедем! — объявила Немезида, которая устроилась с генералом в кабине и всю дорогу о чём-то переговаривалась.

Я снова переключился на рассматривание пейзажа за окном. Дорога приближалась к невысоким, но достаточно крутым холмам. Или это уже низкие горы — не силён в геологической классификации.

Наверное, всё-таки низкие горы, так как начавшая петлять дорога стала подниматься вверх, а поднимавшиеся слева и справа склоны ниже не становились.

Вскоре мы оказались на ровной поверхности, пейзаж стал более унылым, а почва — каменистой.

Я отвлёкся на Акуну, и тут неожиданно Немезида выругалась, упомянув дерьмо богомола. А в следующую секунду наш транспорт получил страшный удар в переднюю нижнюю часть. Мощь была такая, что многотонный транспорт швырнуло вверх и перевернуло вверх ногами.

Что ж, неприятности нас нагнали. Посмотрим, насколько я к ним готов.

Даже несмотря на то, что я сконцентрировался на голове Акуны на своём плече — это было самое приятное событие за прошедшие дни, — я не забывал, что всё ещё нахожусь на боевой операции, где дерьмо случается совершенно неожиданно. А кувыркающийся в воздухе грузовик-автобус, внутри которого ты находишься, это самое что ни на есть дерьмо.