Девочка скрылась из вида, было слышно, как она шуршит бумагами. Михаил почти не дышал.

Соня вернулась, подняла к камере лист — синие волны, оранжевое солнце, а в углу — маленький домик и какие-то человечки.

— Видишь? Это море. А это — наш дом.

— Очень красиво, Сонечка. А кто это рядом с домиком?

— Это я, ты и… — она запнулась. Подумала. — И папа. Я его придумала.

Михаил беззвучно вздохнул. Анна крепче сжала телефон, чтобы голос не дрогнул.

— Это очень хорошая картинка, солнышко.

Анна сидела с побелевшим лицом, представляя, что сейчас творится в душе Михаила.

— Ну ладно тогда. Спокойной ночи, мам.

— Спокойной ночи, родная. Я тебя люблю, — Анна отправила дочери воздушный поцелуй.

— И я тебя. Скажи бабушке, я ей позже перезвоню.

— Хорошо, — помахала рукой Соня и звонок оборвался.

Анна долго сидела с телефоном в руках. Потом обернулась.

Михаил сидел в углу, сжимая пальцами подлокотники. Она медленно подошла к нему. Опустилась на корточки и положила голову ему на колени.

— Спасибо, — прошептал он.

— За что?

— За то, что дала мне возможность услышать ее голос. Мы обязательно встретимся, и я наверстаю каждую пропущенную секунду. У моей дочери будет самый лучший в мире отец. Обещаю.

Утром следующего дня они проснулись поздно — впервые за всю поездку без необходимости куда-то идти. Солнце уже стояло высоко, и сквозь шторы пробивалась золотая полоска, пересекавшая кровать ровно по диагонали. Анна лежала с открытыми глазами. Михаил рядом — на боку, лицом к ней.

— Доброе утро, — сказал он с улыбкой.

— Доброе, — улыбнулась она в ответ.

Прошлая ночь принесла Анне массу откровений. Она и не знала, что Михаил мог быть таким нежным и ласковым с ней. Что попросит позвонить дочери. Что правда обрадуется.

Он в корни изменился — стал чутким и внимательным. И самое главное он обещал быть хорошим отцом.

Анна верила в него.

— Знаешь, о чём я думаю? — неожиданно спросил он.

— О чём?

— О том, что мы с тобой всё время живём прошлым. Я думаю, нам пора начать думать о будущем. Забыть обо всем и начать жить с чистого листа.

Анна помолчала. Провела пальцем по его щеке — там, где синяк от удара Глеба уже начал желтеть.

— Хорошо, — сказала она. — Я подумаю.

— Подумаешь? — Михаил нахмурил брови. Он рассчитывал на положительный ответ, а не на неопределенность, прозвучавшую из её уст.

— Но с одним условием, — вдруг добавила Анна.

— С каким?

— Если когда-нибудь что-то снова пойдёт не так… мы не уходим в себя. А просто разговариваем друг с другом.

— Договорились, — не раздумывая согласился он.

— И ещё, — она чуть нахмурилась. — Твоя мама…

— С ней я разберусь сам. Обещаю, она больше никогда не встанет между нами.

Анна кивнула. Ей очень хотелось верить, что теперь в их жизни наступила светлая полоса и все недомолвки сказаны.

Чуть позже Михаилу сообщили, что все его счета разблокировали и он теперь полностью мог распоряжаться своими деньгами. Это стало отличной новостью и они решили не сидеть весь день в номере, а провести время с пользой.

Этот день они провели вдвоём. Купались в море, обедали на террасе, гуляли по набережной, грелись под ласковым солнцем. Весь мир принадлежал им, а люди вокруг улыбались словно догадывались, что случилось что-то хорошее. Михаил держал её за руку и часто обнимал. Анна впервые с момента развода чувствовала себя абсолютно счастливой. Мысленно представляя, что вскоре они заживут полноценной семьей. В её глазах стоял смех Сони, её радость от того, что папа перестанет быть выдуманным персонажем с рисунка.

Пока Анна загорала на пляже, Михаил отлучился ненадолго, он решил сходить в ювелирный салон и сделать для Анны сюрприз.

Ближе к вечеру Михаил вдруг сказал:

— У меня к тебе просьба.

— Какая? — Анна удивленно вскинула брови.

Было видно, что Михаил что-то задумал. Она видела его лукавый взгляд, игривую улыбку и не знала, что и думать. В конце концов она решила, что Михаил хотел ей приготовить какой-то сюрприз и была заинтригована.

— Поужинаем сегодня вдвоём? В том маленьком ресторане с террасой над морем?

— Том самом месте, где мы спасли ребенка? Но вечером там нет свободных мест, бронировать нужно заранее, — Анна прикусила губу от досады. Она была не прочь куда-то выйти. Ведь ее отпуск вскоре подходил к концу.

— Я заранее все забронировал, — Михаил притянул Анну к себе и поцеловал в кончик носа.

— Когда успел? — удивилась она.

Михаил прикусил ей мочку уха и тихонько шепнул:

— Утром, пока ты была в душе.

Анна засмеялась. Представив, как суетился Михаил.

— И что мы празднуем? — Анна пыталась выведать у мужчины все подробности, но он лишь загадочно улыбался.

— Скоро узнаешь.

Анну охватило лёгкое волнение, которое она тщательно пыталась замаскировать. Она чувствовала, что вечер обещал быть особенным, решила принарядиться.

Она надела второе приличное платье, которое взяла с собой — тёмно-синее, простое, с открытыми плечами. Уложила волосы. Подкрасилась — чуть-чуть, без излишеств. Посмотрела в зеркало и не узнала себя. У женщины в зеркале глаза светились от счастья.

Это, наверное, и есть любовь, — подумала она, облизав пересохшие губы.

Михаил ждал её в холле — в светлой рубашке, чисто выбритый. В правом кармане пиджака что-то едва заметно оттопыривалось. Анна не придала этому особое значение.

— Ты прекрасна, — сказал Михаил, когда она подошла к нему.

— Спасибо, — от комплимента Михаила она слегка покраснела.

Они поехали в ресторан на такси. Михаил всю дорогу молчал. Один раз положил руку ей на колено — и быстро убрал, как будто сам себя одёрнул.

Ресторан был маленький, на пятнадцать столиков, на открытой террасе. Внизу плескалось черное море, на горизонте догорал закат. Их посадили у самого края — над морем, под гирляндой тёплых лампочек. Принесли вино, хлеб, оливки. Анна смотрела на море и улыбалась.

Михаил что-то говорил. О предстоящих планах. О том, что, когда вернутся домой, надо купить квартиру побольше — чтобы у Сони была своя комната. О том, что он завтра позвонит матери и обо всем с ней поговорит. Анна слушала, кивала, чувствовала, как у неё в груди становится все теплее и теплее.

И в этот момент у неё зазвонил телефон. На экране высветился незнакомый номер. Она нахмурилась, встала из-за стола. Отошла к краю террасы и ответила на входящий вызов.

— Алло?

— Анечка…

Сердце у Анны провалилось куда-то в желудок. Она узнала этот голос сразу — целых пять лет не слышала, и вот услышала вновь.

— Светлана Аркадьевна, — в словах Анны был лёд.

— Узнала, — горько усмехнулась бывшая свекровь. — Хорошо. Слушай меня, девочка. Я надолго не задержу.

— Откуда у вас мой номер? — Анна подозрительно сузила глаза.

— Это не важно. Я знаю, что вы с Мишей снова… близки. Я знаю всё. И я хочу с тобой встретиться. Сегодня. Прямо сейчас.

Волна страха прошлась по всему телу Анны холодной волной.

— Сегодня? — испуганно прошептала она. — Светлана Аркадьевна, но я сейчас в Сочи, я…

— Я знаю, где ты! — перебила её свекровь. — Я в гостинице «Прибрежная» через дорогу от вашего отеля. Спустись вниз. Это займёт пятнадцать минут. И я обещаю — больше я в вашу жизнь лезть не буду. Никогда. Если ты придёшь сейчас.

Анна молчала. Внутри у нее всё похолодело.

— Анечка, — голос бывшей свекрови смягчился. — Я не для того прилетела в Сочи, чтобы причинять тебе зло. Я хочу просто поговорить.

— Откуда вы знаете, где я нахожусь? — Анна с трудом приходила в себя от шока.

— Не важно. Ты придёшь?

Анна обернулась через плечо. Михаил сидел за столиком — спиной к ней, в свете гирлянды, и аккуратно поправлял что-то у себя в кармане.

«Если я ему об этом скажу, — мелькнуло у неё в голове, — он встанет и поедет со мной. Я должна справиться с этим сама».