Ясмина тут же оказалась рядом. Она сохранила весь наш разговор в аудио файл и довольно резко выговорила наглецу по-арабски. Видимо всё, что о нём и его возмутительном поведении думает. После чего просто повесила трубку и занялась мной.

– Алёна, выпей успокоительный отвар. Я была лучшего мнения о Сайеде. Не бери трубку, если номер незнакомый. Если я буду рядом, то сделаю это сама. Какая низость, пытается отбить жену у того, с кем столько лет дружил и вёл бизнес-дела! – женщина с трудом держала себя в руках, скорее всего, из опасений, что я начну нервничать, и это может навредить нам с будущим малышом.

Послушно выпила травяной настой и вернулась в постель. По распорядку дня мне ещё полагалось спать три часа.

Разбудил меня требовательный звонок. Отвечать не стала, как обещала Ясмине. Номер не был из моего списка контактов. Сладко потянулась, накинула на плечи домашний халатик, сунула ноги в тапочки и протопала на кухню. Старшая дочь Ясмины накормила меня завтраком и сразу заметила, что я чем-то встревожена. Пришлось признаваться в «очередном несносном воздыхателе».

Та умчалась за матерью. Ясмина деловито включила диктофон и набрала заветные циферки. Записала всё, что изволил сказать мужской голос. Потом попросила дочерей и охрану прогулять меня на свежем воздухе пару часиков. Уходя, снова услышала полную презрения арабскую речь. Только теперь сестра моего супруга выговаривала Фархаду. Через час позвонил Заур Альмари и имел глупость пытаться оскорблять меня и угрожать.

Затем она отправила файлы Дамиру, чтобы их приобщили к материалам расследования. Мне же оставалось только держать себя в руках, следовать рекомендациям врачей и терпеливо ожидать, когда я снова смогу обнять своего мужа и утонуть в ласковых голубых глазах любимого босса.

Проблемы оказались куда сложнее, чем все мы предполагали. Я изо всех сил старалась сильно не нервничать, но это удавалось плохо. Возвращения Дамира пришлось ждать полгода. Расследование выявило страшную тайну Сайеда.

Он давно снюхался с беспринципным Фархадом. Поэтому лично наводил его на прекрасных туристок. Потом девушки и замужние женщины бесследно исчезали. Судьба многих из них так и осталось невыясненной. Связывало эти тёмные истории лишь одно обстоятельство. Везде фигурировал Заур Альмари или его люди. Часть пропавших пленниц удалось найти и вернуть на родину.

Ещё «друг детства» безумно завидовал богатству и успешности моего мужа. Тут ещё и я в нагрузку. Это и стало последней каплей, которая переполнила «чашу терпения». Он решил разлучить нас, развлечься со мной после Фархада, а потом продать на чёрном рынке живым товаром.

Когда в одиночку у него ничего не вышло, он подключил Зулейку. Эта змея даже единственного сына не пожалела, подбила его на глупость. К счастью, он сумел вовремя остановиться. Его мать в этот раз не ушла от наказания, как и Сайед и его сообщники. Все они были заключены под стражу. Фархад за многочисленные убийства получил пожизненный срок. Ведь девушки были иностранками. Они часто по незнанию нарушали местные законы, обычаи и правила приличий.

Последние два месяца перед родами я нежилась в любви и заботе Дамира. Равиль тоже нашёл себе достойную невесту и готовился к свадьбе. Ясмина лукаво посмотрела на брата и промурлыкала:

– Говорила я тебе, что дубайские свахи не зря берут такую высокую цену за свои услуги. Видишь, как изящно мы решили проблему с безголовостью твоего старшего сына. Смотри, не допусти тех же ошибок при воспитании вашего с Алёной первенца.

– Всё, убедила, Ясми. Когда Джамиль вырастет, обращусь к ним. Пусть подберут достойных кандидаток на роль его жены. Какая по сердцу будет, на той и женим.

Я сделала страдальческие глаза:

– Не успел родиться, уже попал в историю! Прекратите немедленно! Ну, вы и интриганы оба!

Дамир обнял меня и принялся ласково целовать самый кончик носа. Мне всегда было щекотно. Поэтому настроение неизбежно становилось лучше.

– Ничего, мы просто не хотим допустить те же ошибки, что и с Равилем. Ведь я тоже виновата в том, что он так поздно взялся за ум. Жалели парня, что без матери растёт.

– Его надо было в ежовых рукавицах растить, а не как любимую жену холить и лелеять! – покаянно пробурчал Дамир.

Я не стала ничего говорить. Порадовалась только, что Равиль тоже теперь стал остепенившимся женатым мужчиной. Он больше не позорит свой род глупыми мальчишескими выходками и не расстраивает нас с Дамиром своей незрелостью.

Через два с половиной месяца Дамир забрал нас с Джамилем из роддома. Сам же счастливый отец готовился впервые стать дедом. Лейла ждала двойню. У них с Равилем будет сразу сын и дочь.

Через десять лет произошла наша встреча с Сайедом. Он осознал, как глупо себя вёл, поддавшись зависти и врождённой склонности к интригам и достижения победы любой ценой. Попросил мужа, чтобы он взял на встречу и меня.

– Простите меня оба. Я последовал мудрому совету Ясмины. Заслуживающая доверия сваха подобрала мне кандидаток в невесты. Теперь у меня целых три жены и двенадцать детей. К сожалению, одни дочери, – Сайед рассматривал моё лицо, потом проворчал. – Алёнушка, годы словно мимо пробежали. У вас с Дамиром пятеро детей, а ты всё такая же стройная и красивая. Как тростинка.

– Просто слежу за собой, – передёрнула плечами, мне было неприятно видеть этого человека. – Простите, господин Аль Мансури, но мне лучше вернуться домой. Нашей младшей дочери всего три месяца. Я не могу оставлять её надолго без присмотра. Дамир, – улыбнулась любимому мужу. – Если ты хочешь пообщаться, то я возражать не буду.

– Нет, моя Алёнушка. Зла таить на Сайеда мы не будем, но прошлого не вернуть. Удачи тебе. Лада и процветания твоему дому. Здоровья домашним и детям, – а потом мы сели в машину и поехали домой.

Мой муж был грустным и странно задумчивым. В ответ на мой, так и не высказанный вслух вопрос, нехотя пояснил:

– Аль Мансури был мне как родной брат. Я безоглядно доверял ему. А он, он оказался виновником многих моих провалов, как в личной жизни, так и в бизнесе. Хорошо ещё, что тебя я тогда не потерял.

– Тот, кто предал один раз, второй подставит легче. Это как никогда нельзя оставаться с мужем или любимым после измены. Его будет необоримо тянуть налево. Какая тут уже может быть семья?

– Никакой. Я прекрасно понимаю, о чём идёт речь. У нас с тобой одинаковые взгляды на многие моменты жизни, – Дамир улыбнулся, вспоминая обстоятельства нашего знакомства.

Вскоре мы приехали домой и окунулись в привычные домашние хлопоты. Муж планировал дела на завтрашний день, я занималась детьми. Вот ни разу не пожалела о когда-то принятом решении. Не променяла бы такую жизнь на сказку в волшебном дворце арабского шейха. Рядом с Дамиром я была на своём месте. Мне было тепло, спокойно и комфортно. Каждый день переполняло счастье. Иногда мы ссорились, но довольно быстро находили устраивающее обоих решение.

Моё сердце до сих пор радовалось, когда муж возвращался домой с работы, и тосковало, когда он отсутствовал дольше пары часов. Для меня это и было многогранное женское счастье, которое не променяю ни на славу, ни на богатство, ни на все чудеса этого мира.