Я тем временем открыла свой ноутбук и решила поискать какое-нибудь развлекательное кино. Естественно, что-то такое, чтобы не нарушить местных правил и традиций. Когда Зульфия вернулась, мы отдали должное незнакомому травяному напитку и восхитительному шоколаду с орехами, сливками и фруктовой карамелью. За этим занятием нас под весёлую комедию нас и застали Дамир и Сайед.

– Дамир, а мы тут с тобой, оказывается, совсем и не нужны, – хозяин дома откровенно потешался над необычной для него ситуацией. – Ты мне не верил. Я спокоен за нашу сотрудницу. Зульфия много чего пережила. Даже похищение и гибель любимого жениха. Кстати, там потопталась Зулейка. Только ничего предъявить ей суд не смог. Да и адвокаты, нанятые родителями, расстарались. Это она подбросила шейху Джафара видео и фото с Зульфиёй. Тот был покорён. Правда, преступная страсть стоила жизни Омару за два дня до свадьбы. Пришлось нанимать психолога. Моя двоюродная сестра не хотела жить. Потом родители выдали её, по обычаю, за достойного мужчину. Только это совсем не то, что было бы под одной крышей с Омаром.

– Не будем о прошлом, Сайед. Всё, чего я хочу, чтобы Господь покарал Зулейку. Она слишком многим судьбы поломала. Не дайте ей навредить Алёне.

– Собирайся, Зульфия. Ты едешь с нами. Как обычно будешь исполнять роль моей помощницы, коль скоро Алёна работает на Дамира.

Копаться женщина явно не привыкла, уже через полчаса мы мчались на важные переговоры. Они были нужны для того, чтобы новый проект оказался успешным предприятием. В длинном лимузине, кроме нас с Зульфиёй, были только мрачные и неразговорчивые охранники. Мы же с упоением изучали, какие достопримечательности мне следует осмотреть.

Оказались настолько увлечены составлением своеобразного тура, что неожиданно долгий путь нас совсем не утомил. Сайед наградил родственницу одобрительным взглядом. Потом проинструктировал нас:

– Все принятые решения записывайте на диктофон и в папку с документами. Молчите. Фархад не любит безмолвных и покорных женщин. Так мы снизим риск того, что он вами заинтересуется и попытается выкрасть.

Зульфия замахала на брата руками:

– Я недостаточно молода, чтобы привлечь его внимание.

– Ты ошибаешься, сестра. Многие не откажутся пополнить свой гарем красивой и умной вдовой с золотыми руками. Если кто-то попытается завязать разговор, разыгрываем приступ дикой робости и глаза в пол.

Видимо, у нас обеих одинаково перекосились лица. Мужчины весело рассмеялись, а Сайед погрозил мне пальцем.

Посмеялась про себя. Ведь наивные представления об этой стране оказались далеки от реального положения дел.

Я мрачно посмотрела на сопровождающих нас мужчин и проворчала:

– Может нас лучше одеть в традиционные наряды с закрытым лицом?

– Нет, это не поможет. Только робость и полная покорность, Алёна, – Дамир строго посмотрел на меня. – Будешь и там играть роль моей невесты, воспитанной по строгим местным законам.

Пожала плечами и проворчала:

– Придётся следовать вашим диким правилам. Уверена, что Зулейка уже плетёт очередную интригу.

– Придётся. Иначе нам не удастся уберечь вас с Зульфиёй от беды. Появляться же без сопровождения помощниц считается дурным тоном. Сайеду простят, что он с родственницей. Мне – нет. Моя бывшая уже всем раструбила, что у меня новая избранница. Практически официальная невеста.

– Кажется, Дамир, мы перестарались.

– Да, Алёнушка. Придётся тебе зимой выходить за меня замуж, – голубые глаза босса потеплели, в них плескалось такое лукавство, что мне даже стало слегка не по себе.

Видимо, на моём лице отразился яростный протест. Я терпеть не могла, когда обстоятельства оказывались сильнее меня.

Тут ещё и Сайед подлил пальмового масла в огонь:

– Или за меня. Мне простят, я молод и горяч, что отбил тебя у друга, – Сайед внезапно оказался рядом и прижал меня к себе, когда я только вышла из машины, а Дамир замешкался, помогая выйти Зульфие.

Я отпрянула. Мне сейчас совсем не улыбалось, чтобы высокое начальство вздумало ревновать с далеко идущими последствиями. Можно было лишиться не только работы, но и спокойной жизни.

Потом мы прошли внутрь. Я украдкой рассматривала дворец ещё одного шейха, которому «наши боссы» хотели сделать какое-то крайне выгодное предложение. Пришлось строго следовать «инструкции» и старательно изображать из себя восторженную дурочку.

С ужасом поймала себя на том, что Дамир начинает мне нравиться. В отличие от Сайеда, он не пытался идти напролом. Босс медленно, ненавязчиво приручал меня. Очень осторожно, словно исподволь. Второй «начальник» был моложе и терпением явно не отличался. Поэтому меня начинала раздражать его некоторая навязчивость и неподражаемая липучесть.

Хотя можно было слегка покуролесить с Дамиром, чтобы поставить Антона на место. Несносный блондин попытался унизить и растоптать меня прилюдно. Поэтому заслужил хорошую взбучку. Хотя его ещё ждёт масса неприятных открытий в Зулейке. В этом я не сомневалась и на мгновение.

Фархад оказался совсем ещё молодым мужчиной с цепким взглядом светло-карих глаз и колоритной трёхдневной щетиной. Вокруг вертелись восемь ослепительно красивых девушек.

– Рад вас видеть, господин Тамаев, господин Аль Мансури. Какая у вас очаровательная помощница, господин Тамаев. Готов обменять её на любую из моих самых лучших гурий.

– Нет. Я не меняю невесту на чужую наложницу, уважаемый Фархад, – меня обняли за талию и с видом хозяина прижали к тёплому боку.

Я строго соответствовала принятой по обоюдному соглашению влюблённой по уши дурочки из суровой и далёкой от этих жарких мест России. Тихонько вздохнула, на моих губах появилась мечтательная улыбка. К сожалению, она оказалась не наигранной. Мне всё больше начинал нравиться мой босс. Он оказался не таким страшным и жестоким, как об этом шептались его сотрудницы.

Поэтому в ответ на комплимент:

– Ты как всегда ослепительна, Алёнушка, – неожиданно даже для себя густо покраснела и опустила глаза.

Мне даже не пришлось претворяться. Конечно, сейчас улучшать наши отношения Дамир не стал, но его ставшие шаловливыми глаза ясно дали понять всем вокруг. Когда мы вернёмся в резиденцию Сайеда, мало «невесте» не покажется.

Мы с Зульфиёй вели себя тихо, как мышки в амбаре. Старательно стенографировали всё и записывали на диктофон. На все вопросы смущённо молчали и не поднимали глаз на собеседника. Фархад так и не смог выманить у нас ни одного слова или лишнего взгляда.

Мы с моей местной наставницей по обычаям и законам едва дождались, когда нас отвезли «домой». Зульфие явно что-то сильно не понравилось в поведении хозяина дворца, куда нас привёз её родственник. Она с тяжёлым вздохом проворчала:

– Фархад явно положил взгляд на Алёну. Дамир, береги свою помощницу пуще своих богатств. Иначе этот ухарь украдёт её и присвоит. Раз он уже тебе обмен предлагает на своих любимых наложниц.

– Согласен, Зульфия. Спасибо, что обратила моё внимание на этот момент. Сайед, я принимаю твоё предложение усилить защиту Алёны с помощью верных тебе людей, – потом он обратился ко мне. – Радость моя, раз ты моя невеста, придётся тебе привыкать к более праздному образу жизни и меньше работать. Я понимаю, что для такой энергичной девушки, как ты, будет непросто приспособиться к настолько кардинальной смене поведения. Только иного пути у нас с тобой нет. Зулейка и Антон должны быть примерно наказаны. Лишь так мы убедим всех вокруг, что вредить нам себе дороже.

– Я постараюсь, Дамир, но ничего обещать не буду. Не требуй от меня невозможного, – ответ оказался неожиданным.

Босс властно прижал меня к себе и под ревнивыми взглядами Сайеда принялся жадно целовать мои шею и губы. Потом весело рассмеялся и проронил:

– Сайед, это моя Алёнушка. Поищи себе другую красавицу. Своё живое сокровище я уже никому и никогда не отдам.