Между тем, заметив мое смятение, он продолжил:

‑ Мне сейчас 122 года, и несмотря на прогнозы кучи отличных врачей и передовые технологии, мне вряд ли удастся прожить еще столько же.

‑ Алексей, мой проект ‑ нечто новое, и это не просто игра, а возможное спасение для всего человечества. Подумай только, идеальный мир, где не будет болезней и старости.

‑ Понимаю, что суть проекта, вероятно, полный перенос человеческого сознания в игру, но каким образом вы планируете это сделать? Ведь сейчас игра по факту подчиняется программистам, и достаточно пары кликов, чтобы стереть персонажа из игры.

‑ Алексей, вы как всегда правы, но не забывайте, что криоцентры основной своей задачей ставят способ найти возможность возвращать давно умерших людей к жизни, поэтому для ученых игра станет идеальным рабочим местом, где получится найти более быстрое решение проблемы.

‑ Определенно подобное возможно, но зачем вы открываете подобные планы мне? Ведь вас окружают десятки или даже сотни сотрудников.

‑ Дело в том, что вы как никто другой заинтересованы, чтобы решить проблему криоцентров и позволить людям жить дальше, ничего не опасаясь.

Технологии клонирования шагнули довольно далеко. Можно вырастить любые органы или даже человеческое тело. Не хватает сущей мелочи ‑ финансирования этих проектов. Представьте, что разум человека и его личность можно перенести в новое тело, использовав лишь цифровую матрицу, которую мы получим за несколько десятков дней, пока человек будет находиться в игре.

‑ Вы говорите о страшных вещах, ‑ сказал я, внутренне содрогаясь.

‑ Но, между тем, надобность помещать людей в криоцентры напрочь исчезнет, ведь теперь можно будет подключаться к игре, работать внутри нее и зарабатывать на новое совершенное тело. Люди смогут жить сотни лет.

В очередной раз старик прервался, так как его скрутил приступ кашля, и он приложил к лицу что‑то похожее на кислородную маску.

‑ Не боитесь перенаселения планеты и истощения ресурсов? Бессмертие ведь не панацея.

‑ О каком перенаселении идет речь, если часть людей будет трудиться внутри игры, а вторая ‑ будет озабочена работой на корпорацию в реальности.

Основным ресурсом станет человеческая жизнь ‑ ни нефть, ни электроэнергия, а именно жизнь, как товар. Хочешь быть бессмертным ‑пожалуйста. Твоя цифровая матрица будет трудиться пару десятков лет на руднике или же виртуальных полях, обеспечивая всем необходимым игроков.

‑ Не знаю, это похоже на несбыточную фантазию, ‑ сказал я, пожимая плечами, ‑ в любом случае, для внедрения таких технологий потребуются годы.

‑ Вы снова правы, Алексей, именно годы, а представьте, что все войны перейдут в игровое пространство. Скажем, необходимо нам уничтожить цифровые матрицы каких‑нибудь высокопоставленных политиков или лидеров враждебных нам государств, и вот тут вы сможете стать буквально игровым божеством.

‑ Извините, наш разговор попахивает каким‑то безумством. Не поймите меня неправильно, но я не ставлю глобальных целей спасти мир или еще как‑то себя проявить. Мне довольно и малой части, которая у меня есть. А погружаться в игровой мир, вместо обычного, на десятки лет, чтобы просто там погибнуть в какой‑нибудь заварушке ‑ это полнейшая глупость. Хватает и того, что давно умершие люди сейчас выполняют практически всю работу.

‑ Понимаю ваш скептицизм, Алексей, и ваше недоверие, но поверьте, сейчас есть реальный шанс избавиться от человеческого мусора, который заполонил улицы, вы только взгляните на них.

Мужчина нажал кнопки и на экранах появились бедные районы. Кучи проституток, шатающиеся фигуры наркоманов.

‑ В игре такого не будет, проект ‑ это Новая жизнь, не будет ни богатых, ни бедных. Будут лишь сильные и слабые, у всех будет шанс расти и развиваться, может кто‑то из них вообще не захочет покидать игру, чем не идеальный мир? ‑ усмехнулся старик.

Изображения людей на мониторах сменилось садами цветущей сакуры.

‑ Алексей, цель моей жизни ‑ очистить планету от человеческого мусора и заселить ее по‑новому. Дать человечеству шанс начать с чистого листа. Создать сотни тысяч автономных комплексов клонирования, в которых будут расти и развиваться тела новой расы, которая сможет заселить отдохнувшую планету. Не будет расовых предрассудков, не будет болезней, мы решим экологическую проблему. Человечество станет совершеннее. Сейчас же люди больше похожи на болезнь, которая терзает планету, ‑ продолжил старик.

‑ Не хочу вас оскорбить, но может не стоит решать за человечество? Идея с оцифровкой сознания стара, как и идея клонирования, но ни одно государство этого не допустит.

‑ Все зависит от того, как преподнести подобную идею, ‑ усмехнулся старик, лицо которого сейчас выражало сильную усталость, ‑ Теперь в общих чертах вы знаете мои цели и планы, и от чего‑то, вас это лишь пугает. Я вижу смятение на вашем лице, ‑ улыбнулся старик, бросая на меня изучающий взгляд. Хотя, судя по всему, мне удалось посеять семена сомнения в твоей душе, ‑ произнес старик.

‑ А как вы планируете решить проблему тех, кто не присоединится к игре?

‑ Обычно для таких отбросов применяют метлу, что мешает применить ядерное оружие, и стереть весь мир в порошок?

Старик испытывающе уставился на меня поверх очков.

‑ Может быть, мораль и совесть? ‑ предположил я.

‑ Не смешите, вы лучше меня знаете, что подобное невозможно в нынешних реалиях. Мир погряз в насилии, и сейчас человеческая жизнь не стоит ничего. Оставим новым людям все технологии, кроме ядерных, и выполним роль очередного потопа.

Старика скрутил новый приступ кашля.

‑ Знаете, в прошлом была масса примеров, когда люди пытались отвоевать жизненное пространство и ставили одну расу выше других, и мир содрогнулся от этого. Не хватит ни одной человеческой жизни, чтобы воплотить подобную задумку в жизнь.

‑ А кто говорит об одной жизни, Алексей? Я не стал бы вам рассказывать подобное, если бы сам не опробовал эту технологию. Сейчас я старик, но пройдет еще пара дней, и вы увидите мое новое тело.

‑ Хух, вы меня пугаете, ‑ сказал я, пытаясь перевести разговор в более правильное русло.

‑ Алексей, теперь давайте перейдем к иным вопросам, которые касаются вашей победы на турнире. Вы жульничали, и единственная причина, почему вы разговариваете со мной, а не с полицией ‑ моя личная заинтересованность вами. Редкая целеустремленность, а ведь вы планировали бросить игру.

Перейдем к делу, ‑ сказал старик, выводя на мониторы какую‑то информацию, ‑ Какую сторону вы выбираете? ‑ спросил он, набирая какой‑то код.

‑ Выбираю столону добра, ‑ сказал я, пожимая плечами.

‑ Собственно, вы идеалист, Алексей, поэтому, я не удивлен. Тогда отправляю вам карту с координатами замка. Рабочее название у него Небесные чертоги.

Содержание и обеспечение ложится полностью на ваши плечи.

Вашим соперником, с которым мы также провели переговоры, избрана сторона зла, поэтому будьте готовы. Тот из вас, кто покажет наилучший результат как управленец, вернется к нашему разговору о судьбе мира и пусть судьба сама решит, что будет в конце.

Мужчина протянул мне руку, которую я, поколебавшись, пожал.

‑ А теперь, извините, у меня масса дел, ‑ произнес старик.

Я вышел за дверь на негнущихся ногах, мать моя, в какое дерьмо я вляпался?

Когда вышел за дверь, облегченно выдохнул. Не знал, что криоцентром руководят такие психи. Хотя, судя по всему, старик вел какую‑то непонятную игру, вероятно, проверяя мою реакцию, и придя к каким‑то выводам, раскрыл мне суть моей новой работы. Найти замок, захватить и отыгрывать роль доброй стороны, показать себя рачительным хозяином и тогда меня допустят к руководству корпорацией. Странно, что он не сказал, что будет с денежным призом или же я чего‑то не понимаю, или для него деньги не столь важны, как для других.