— Я теперь разбираюсь в стенах значительно лучше.

— Это моя худшая профессиональная ошибка.

— Поздно исправлять.

Он снял с моего стола свернутый план.

Я сразу забрала обратно.

— Не трогай.

— Почему?

— Потому что вчера ты переставил мне листы.

— Я положил их по размеру.

— Они лежали по этажам.

— По размеру логичнее.

— Уходи.

— Я приехал забрать тебя на ужин.

Я посмотрела на окно.

На улице уже темнело.

— Который час?

Ренар назвал.

— Почему ты не сказал раньше?

— Ты спорила с дверью.

— С мастером.

— Разница небольшая.

Я собрала планы.

Он взял половину, не спрашивая.

Год назад я бы возразила.

Сейчас просто отдала ему еще одну папку.

Мы вышли на улицу.

Город жил обычным вечером. Кареты у перекрестка, свет в окнах, люди возле лавок, чей-то смех из открытой двери.

Никакой погони.

Никаких скрытых шагов.

Никто не ждал нас за стеной.

Ренар открыл дверцу кареты.

— Кстати, насчет двери дома.

— Нет.

— Ты еще не слышала.

— Если снова про темное дерево, нет.

— Я хотел предложить зеленое.

Я остановилась.

— Зеленое?

— Ты говорила, что хочешь цвет.

— Не такой.

— Почему?

— После всего, что связано у меня с зелеными линиями, ты предлагаешь зеленую дверь?

Он подумал.

— Справедливо.

— Наконец.

— Тогда синюю.

— Посмотрим образец.

— Это согласие?

— Это разрешение принести образец.

— Очень осторожная формулировка.

— Училась у лучшего.

Ренар улыбнулся и протянул мне руку.

Я взяла ее.

Дом мы действительно выбрали вместе.

Дверь пока нет.

Но у нас было время.

— Поехали ужинать, — сказала я.

— Наконец разумное решение.

— Не привыкай.

Мы сели в карету и поехали домой.

Конец.