К вечеру я пошла ужинать с подругами. Когда вернулась, Маверика в комнате не было, его занавеска была открыта, кровать не тронута. Он не появился даже тогда, когда я весь остаток вечера залипала в сериалы и TikTok. К тому моменту, как я легла спать около одиннадцати, его сторона всё ещё была пуста.

И знаешь что? Меня это абсолютно устраивало.

Без него в общежитии не было ни напряжённой атмосферы, ни пассивной агрессии, ни его ехидных взглядов. Только тишина, свобода и спокойствие. Что может быть лучше?

Я просыпалась несколько раз за ночь, чтобы сходить в туалет — спасибо за это острому мадрас-карри, который я заливала литрами воды. И каждый раз, проходя мимо его кровати, убеждалась: он так и не вернулся. Впервые я спала одна в нашей комнате.

Блаженство.

Около трёх тридцати я в пятый раз устроилась в постели, ввалилась лицом в подушку и издала глубокий, довольный вздох. Будильник должен был зазвонить только в семь тридцать. Мочевой пузырь был наконец спокоен. Осталось четыре сладких часа сна.

Но судьба решила иначе.

Примерно в шесть утра мой телефон начал звенеть. Я застонала, потянулась к нему, уверенная, что как-то случайно поставила будильник на шесть. Но когда разблокировала экран, меня встретил шквал уведомлений.

Кто-то отметил меня в Instagram. Комментарии сыпались как из ведра, несмотря на невыносимо раннее время. Я моргнула, не понимая, что происходит.

И тут пришло сообщение от Эйприл:

Не смотри.

Кэри

Я уже была полностью на взводе — адреналин гнал кровь по венам, кожа покрылась мурашками. Сообщение от Эйприл возымело прямо противоположный эффект: стоило ей написать не смотри, и я мгновенно поняла — мне нужно посмотреть. Немедленно.

Прежде чем я успела нажать на Instagram, пришло второе сообщение от неё:

Я знаю, что ты всё равно посмотришь, но серьёзно — просто проигнорируй это! Эти идиоты буквально больше ничем не заняты. Ну кто ещё встаёт в шесть утра, чтобы комментировать такую чушь?!

Теперь я была ещё более заинтригована.

Я ткнула первое уведомление, и оно перенаправило меня на аккаунт Киары Свифт.

Киару я знала ещё до того, как начала учиться в Babylon. Она была настоящей звездой соцсетей — больше пяти миллионов подписчиков в TikTok и Instagram, куча спонсорских сделок, брендов и реклам. Всё началось с пары танцевальных видео, которые стали вирусными пару лет назад, и с тех пор она превратила свою популярность в карьеру инфлюенсера.

Она также была лучшей подругой Жасмин Брайарвуд.

Но я заметила, что это был не её основной аккаунт, а финста — тот, который она завела только для своих. У него было всего около четырёхсот подписчиков… включая меня. Я даже не помнила, подписывалась ли сама, но как-то оказалась в списке.

Маверик.

Он точно взял мой телефон, пока я спала, и подписался от моего имени. Это в его духе. Я всегда спала как убитая — вчера была редким исключением — и у меня стоял биометрический вход. Ему достаточно было приложить мой палец к сканеру, и всё.

Я выдохнула и нажала на воспроизведение поста, в котором меня отметили. Превью видео было просто чёрным экраном. Я не имела ни малейшего понятия, что там будет.

Видео началось с нескольких секунд тьмы, а потом появились мерзкие эмодзи — блевотные рожицы и хохочущие лица, — за которыми последовал жирный белый текст:

ФУУУУУУ, ничего удивительного, правда, ребята?????

А потом начался кошмар.

Мой голос.

Моя тирада, сказанная накануне днём — та, что я обрушила на Жасмин и Маверика. Только теперь она была отредактирована. Они вставили фразы своими голосами, нарезали мою речь так, чтобы всё звучало будто я…

Я это сказала.

Маверик:

— Итак, Кэри, чем ты думаешь заниматься через пять лет?

Я:

— Работать на съёмках порно.

Жасмин:

— О боже, серьёзно? Ты хочешь сниматься в порно?

Я:

— Конечно.

Жасмин: хихикает

— Ого, это так секс-позитивно. Ты, очевидно, обожаешь секс.

Я:

— Да. Ты меня поймала!

Жасмин: ещё громче хихикает

— А что тебе больше всего нравится? Я имею в виду, что бы ты прямо сейчас хотела делать… в спальне?

Я:

— Прыгать на члене Маверика.

Маверик:

— Ты так сильно меня хочешь, да?

Я:

— Да. Это буквально всё, что мне сейчас нужно.

Я была в ярости.

У меня тряслись пальцы, когда я пролистала вниз в комментарии. Конечно же, половина школы уже отметилась там. Пара человек попыталась заступиться, но в основном — тупой ржач и токсичное дерьмо.

Biancababy:

О боже, она реально это сказала? Какая тупая шлюха.

Johann_atwood:

ХАХАХ, это реально?

Louvera2004:

Это точно она! Я сижу позади неё на биологии, узнаю голос!

BrookeSanford04:

Это жалко. Очевидно, фейк. Удали это, Киара. Я думала, ты лучше. Ты же знаешь, каково это — когда над тобой издеваются в сети.

Louvera2004: Это не фейк! Это буквально ее голос, идиот.

Jayjay77: Слюууууууууууууууууу.

Bare.minimum.33: Насколько она была пьяна, чтобы признать это дерьмо вслух, лол, даже КГБ не смогло бы вытянуть из меня эту информацию с помощью утопления.

Tater69: Конечно, она шлюха, лол, она из одного из тех отдаленных городов, они все там одинаковы.

AprilG: То есть тот, кто не живет рядом с пляжем, автоматически шлюха? Что??? Это не имеет никакого смысла!!!

AprilG: Серьезно, ребята, это так жалко и хреново. Я знаю Кэри, и она ничего такого не говорила. Это так фальшиво и незрело, даже по вавилонским меркам. Удали это сейчас же!

Tater69: Лол, иди поплачься своему папочке-учителю об этом Эйприл.

Я перестала листать и бросила телефон, живот скрутило от ярости и боли, которые закрутились во мне. Я никогда не была тряпкой, которая отказывалась говорить, когда на нее наступали, но я все еще чувствовала каждый след, и прямо сейчас я чувствовала, как меня раздавливает тяжесть сарказма, направленного на меня всеми этими вавилонскими ублюдками.

У меня сжалось всё внутри, когда я подумала о самом худшем — о Маверике. Он был архитектором всей этой мерзкой ситуации: моей испорченной репутации, бесконечных издевательств, слухов, этого стада жалких овец, которые преследовали меня только для того, чтобы облить грязью и собрать дешёвые лайки.

Мой гнев на него рос с каждой минутой, пока я собиралась на занятия. К восьми утра я уже буквально кипела изнутри. Мне хотелось врезать ему прямо в лицо. Или пнуть в пах. Или и то, и другое.

Но, конечно, я не могла.

Или могла?

Я чувствовала себя как в дешёвом мультике — на одном плече у меня сидел ангел и шептал, чтобы я успокоилась и забыла о нём. Если я его ударю, меня вышвырнут из Вавилона. Стипендия исчезнет. Всё, чего я добилась — пропадёт.

А с другого плеча дьявол бормотал сладкие обещания. Как приятно было бы подойти и вмазать ему по лицу. Не просто приятно — божественно. Это было бы освобождение. Наслаждение.

К чёрту.

Моё самообладание трещало по швам и наконец рухнуло. Я вылетела из общежития, прямиком направляясь в главный корпус для выпускников. Бродила по коридорам, пока не нашла его. Маверик стоял у шкафчика и складывал туда книги. Такой спокойный, безмятежный, как будто не разрушил чью-то жизнь всего одним видео.

— Ублюдок, — прошипела я себе под нос, ощущая, как ноздри раздуваются от ярости.

Я всё ещё хотела его ударить. Но по пути решила, что не доставлю ему удовольствия наблюдать, как меня выгоняют. Он только этого и добивался. Нет, я не позволю. Но взбучку при всех — получит. Это будет достаточно.

Прости, плечевой ангел.

— Эй! — выкрикнула я, шагая прямо в центр коридора.