Риз поднял руку. — Ребята, мы это уже обсуждали. Просто ответь на вопрос, и мы сможем обсудить это позже, хорошо?

Эйприл резко обернулась, сверкнув глазами. — Нет! У нас еще осталось тринадцать минут, и мы почти закончили. Можешь дать мне хотя бы одну минуту на это!

Я резко обернулась, глядя на Зака, словно в первый раз.

— Так ты мне ничего не сказал не ради меня? Серьёзно? Ты правда думаешь, что я в это поверю?

Он медленно покачал головой, одной рукой вытирая глаза.

— Я знал, как ты отреагируешь. Я не хотел терять нашу дружбу. Она была единственным, что помогало справиться с болью после смерти Эбби. Я не мог потерять и тебя.

— К чёрту тебя, — прошипела Эйприл, голос дрожал от ярости. — Как ты вообще смеешь?

— Эйприл, пожалуйста, — сказала Брук, поднимаясь с пола. Она мягко коснулась плеча подруги. — Я понимаю, как тебе больно. Но у нас нет времени. Эти проклятые часы тикают.

Эйприл медленно повернулась к ней. В её голосе теперь звучало нечто более опасное — ледяное спокойствие.

— Почему тебя это не удивляет?

Брук прикусила губу и опустила глаза.

— О, боже… — прошептала Эйприл. Её глаза сузились. — Ты знала. Ты знала, да?

— Нет… Я... я просто подозревала. Вот и всё.

— И ты ничего не сказала мне?

— Я не хотела драм. А потом умерла Эбби… Я просто не видела смысла раздувать старое. Так что да — я молчала. И мне жаль.

Маверик резко поднялся и хлопнул по столу.

— Хватит! Зак, отвечай на чёртов вопрос. С кем ты тогда изменил?

Зак выдохнул и провёл рукой по волосам. Я видела, как его пальцы дрожат.

— Это был я, — подала голос Кортни, поднимая руку. — Он не лжёт, когда говорит, что это случилось только один раз. Мы возвращались после учёбы, и мы…

— Ты?! — Эйприл резко прервала её, глаза расширились от ужаса. — О, боже. Конечно. Это были вы двое всё это время.

— Это неправда, — попыталась возразить Кортни.

— О, не ври мне. Я сначала подумала, что это мило. Я была рада, что Зак смог идти дальше. Я считала, что он этого заслуживает. — Она усмехнулась горько. — А теперь выходит… всё это время вы просто воровали друг друга у меня.

Кортни начала плакать.

— Клянусь, это было один раз. И после… ничего. Мы оба чувствовали себя ужасно.

Я хотела встать между ними, но Риз повысил голос:

— Следующий вопрос — Хадсону.

Он бросил на Эйприл быстрый взгляд.

— Прости, ты просила минуту. Я дал тебе две. Часы идут.

Хадсон закатил глаза.

— Боже…

— Сколько девушек ты изнасиловал или пытался изнасиловать? — спросил Риз, и хотя он сказал это тише, я всё равно услышала.

Мои пальцы сжались в кулаки.

— Что за хрень? — выдохнул Хадсон, глаза его расширились.

— Он спросил, скольким ты пытался навязать себя, — Маверик говорил громко, перекрывая всхлипы Кортни. — Отвечай.

— Ни одной. Я вообще не понимаю, почему это адресовано мне.

— Враньё, — прищурился Маверик. — Одна из этих девушек — здесь. Я не скажу кто, чтобы сохранить её анонимность. Но я знаю, что ты это делал.

Я замерла. Он знал? Но… я ведь никому не говорила, даже ему.

Возможно… он понял сам. Или — знал с самого начала. Потому что был Мастером Игры.

Хадсон бросил на меня быстрый взгляд. Он ухмыльнулся.

— Я ни хрена не делал, — сказал он, обернувшись к Маверику. — Понятия не имею, о чём ты.

— Ты грёбаный лжец.

— Риз, введи ноль. Пусть все увидят.

— Не надо! — закричала Брук. — Мы потеряем ещё минуту!

— Но это ведь действительно может быть ответом, — пробормотала Киара, прищурившись. — Ну… типа, это может быть подвох. Так?

Риз ввёл «0» в поле ответа, и перед нами тут же всплыло знакомое красное окно.

— Чёрт, — пробормотал он. — Мы только что потеряли две минуты.

— Значит, это не просто минута за неправильный ответ, — выдохнул Тейт. — Оно… удваивается?

— Может, надо было написать слово «ноль», а не цифру… — начал Риз, пальцы метались по клавишам.

— Не смей! — я бросилась к нему, пытаясь выхватить ноутбук из его рук. Он был быстрее. Слишком быстро. Клавиша Enter уже была нажата. И снова красное окно. На этот раз — минус четыре минуты.

— У нас осталось шесть, — прошептала я, чувствуя, как паника заползает под кожу. Я обернулась к Маверику, глаза молили о помощи.

Он выхватил ноутбук у Риза.

— Ты не контролируешь ситуацию. Отдай, — его голос был холоден, резок. — Хадсон, отвечай. Сейчас. Или мы все сдохнем.

— Я… у меня кружится голова… — Кортни схватилась за край стола.

— Потому что сюда поступает газ, — сказал Маверик, не глядя на неё. — И только что мы получили новую порцию. Спасибо, Риз. Мы потеряли шесть минут.

Я смотрела на Хадсона. Его руки лежали на столе, взгляд был пуст.

— Я… я ничего не сделал, — бормотал он.

— Отвечай, мать твою! Сейчас!

— Ладно! — он вскинул руки. — Четыре. Доволен?

Маверик набрал цифру. В этот раз — зелёный.

— Верно. Следующий… Риз.

— О, слава богу, — выдохнула Киара и с показной грацией поднялась. — Мы уже знаем его секрет. Он прикидывается богатым. Пожалуйста, аплодисменты!

— Это не вопрос, — Маверик сверлил Риза взглядом. — Кто твой тайный любовник?

Лицо Риза побледнело. Он не был готов к этому.

— Я… откуда он знает?

— Просто скажи, — отрезала Жасмин. — Я вот призналась, что сплю с учителем. Ты справишься.

Он молчал. А потом вскочил и рванул к двери.

— Выпустите меня! Выпустите меня, нахрен!

— Это не сработает, — крикнула я. — Пока ты не ответишь, отсюда не выйти!

Он продолжал биться в дверь, отчаянно, бессмысленно. Маверик подошёл, схватил его и потащил обратно.

— Сейчас не 50-е. Никому нет дела, гей ты или нет. Просто скажи.

— Я не гей, — Риз отвернулся, сжав кулаки.

— Тогда в чём проблема? — Жасмин с силой ударила ладонью по столу. — Мы умираем. Может, ты забыл?

Он снова молчал.

— Это кто-то… взрослый? Или слишком юный? — Киара скривила лицо. — Может, кто-то совсем неподходящий?

Риз взглянул на неё зло.

— Я не педофил!

— Отвечай, — Маверик посмотрел на экран. — Осталось три с половиной минуты.

— Я… не могу. Не могу сказать.

Я почувствовала, как голова начала плыть. Воздух становился тяжелее, движения — медленнее. Боковым зрением я видела, как Кортни клонится к столу.

— Хадсон, ты его лучший друг, — сказал Маверик. — Кто это?

— Я не знаю, — пробормотал тот.

— Говори.

— Клянусь. Мы не обсуждаем такое. Может, он с кем-то на вечеринке… но никто из них не вызывал у него чувства вины.

Риз всё ещё молчал. Хадсон склонился к нему.

— Ну же. Просто скажи. Это ведь не может быть так ужасно.

Становилось трудно дышать. Я схватилась за край стола, чтобы не завалиться набок.

— Риз, — прошептала я. — Скажи. Пожалуйста…

Маверик наклонился к нему.

— Скажи сейчас. Или ты действительно предпочтешь сдохнуть… и утащить нас с собой?

Риз уставился в стол.

— Елена, — прошептал он.

Тишина. Рты Киары и Жасмин открылись в идеальной букве «О».

— Твоя сестра? — спросил Хадсон, выпучив глаза. — Ты серьезно?

— Единокровная сестра, — пробормотал Риз.

— Это все еще биологическое родство! — сказала Жасмин, и лицо ее исказилось от отвращения. — Что, черт возьми, с тобой не так?

Майверик ввел имя и тяжело вздохнул с облегчением.

— У нас есть окончательный номер. Может кто-нибудь поработать над ящиком, пока я называю номера?

— Нам нужно торопиться, — вмешалась Брук, нервно поглядывая на ноутбук. — У нас осталось одна минута и семь секунд!

Зак возился с кодовым замком, пока Маверик произносил двенадцатизначный код. — 5-2-9-5-7-8-2-6-4-1-3-8.

Замок отвалился, и Зак быстро выхватил ключ из коробки и помчался к двери. Мы все последовали за ним, шумя за ним, пока его трясущиеся руки вставляли ключ в замок.

— Получилось! — сказал он, поворачивая ручку, чтобы открыть дверь. — Бежим!