Астральный мир Софьи Олеговны Шереметьевой поражал воображение. Это была библиотека, но не в привычном, обывательском понимании. Здесь не было пыльных фолиантов, деревянных стеллажей или запаха старой бумаги. Пространство представляло собой бесконечную темную сферу, пронизанную мириадами светящихся нитей. В воздухе, подчиняясь мысленным командам хозяйки, плавно вращались трехмерные энергетические проекции. Сложные спирали генетического кода человека переплетались с детальными пульсирующими схемами духовно-нейронных связей. Это был абсолютный триумф чистого разума, храм науки, возведенный силой мысли.

Хозяйка домена находилась в центре этого великолепия.

Софи парила в полуметре над невидимым полом, скрестив ноги. Густые каштановые волосы были стянуты в строгий безупречный узел на затылке. Идеально правильные аристократичные черты лица сейчас выражали крайнюю степень научной сосредоточенности.

Даже здесь, в астрале, где внешний вид диктовался лишь подсознанием, Софи выглядела как оживший идеал человеческой физиологии. Рост метр семьдесят пять, безупречная осанка, подтянутая спортивная фигура и выдающийся четвертый размер груди, делавший её желанной мишенью для любого аристократа Гадара. Вот только саму Софи мужской пол не интересовал абсолютно. Она относилась к своей потрясающей внешности и телу исключительно утилитарно, как к сложной биомеханической машине. Она поддерживала идеальную форму лишь для того, чтобы продлить срок своей жизни и успеть разгадать как можно больше тайн мироздания. Не более того.

Прямо сейчас всё её внимание было поглощено мерцающей лазурным светом огромной проекцией сложнейшего рунного узора. Линберг, даже не будучи артефактором, почувствовала исходящую от схемы древнюю подавляющую мощь. Это была структура Браслета Эреба, уникальный отголосок забытого прошлого.

— Софи, — негромко позвала лейтенант.

Зеленые глаза профессора мгновенно распахнулись. Мерцающая проекция древнего браслета послушно свернулась в крошечную светящуюся точку и исчезла в пространстве домена. Софи плавно опустилась на невидимый пол, и на её лице расцвела искренняя теплая улыбка, которую она редко кому демонстрировала.

— Соня! Какими судьбами? — её голос, в отличие от холодных ноток лейтенанта, звучал живо и энергично. — Ты так редко заглядываешь ко мне без официального повода от инквизиции. Только не говори, что ваш штабной лекарь снова перепутал схемы восстановления духовных узлов после рейда, и тебе нужна моя консультация.

— Привет, Софи. Нет, лекари тут ни при чем. По крайней мере, не напрямую, — Соня сделала шаг, скрестив руки на груди. Ей нужно было выверить каждое слово, чтобы не выдать себя с головой. — У меня к тебе есть вопрос. Чисто теоретический.

Софи склонила голову чуть набок. Зеленые глаза сузились, сканируя подругу с проницательностью, которой позавидовал бы любой дознаватель. Профессор Шереметьева слишком хорошо знала эту ледяную стойку и показательно равнодушный тон. Соня Линберг никогда не задавала «чисто теоретических» вопросов просто так.

— Я вся во внимании, — заинтригованно протянула Софи, делая изящный жест рукой. В воздухе между ними материализовались два удобных сотканных из плотной энергии кресла.

Соня опустилась в одно из них, тщательно формулируя задачу.

— Представь себе гипотетическую ситуацию, — начала она ровным отстраненным тоном. — Прямой духовный резонанс двух одаренных в астрале. Возможен ли при таком слиянии стопроцентный аналог физического тактильного контакта? Со всеми сопутствующими физиологическими реакциями тела носителя, но при этом сопровождающийся… мгновенной регенерацией поврежденных узлов и скачкообразным ростом резерва принимающей стороны?

В астральной библиотеке повисла звенящая тишина.

Теплая дружеская улыбка мгновенно слетела с лица Софи. Зеленые глаза распахнулись, а затем в них вспыхнул тот самый пугающий фанатичный огонь истинного исследователя, почуявшего запах величайшего открытия. Это был взгляд хищника, увидевшего добычу.

— Теоретический вопрос? — голос профессора упал до хриплого шепота. Она подалась вперед, вцепившись пальцами в подлокотники энергетического кресла. — Соня, то, что ты сейчас описала, перечеркивает половину законов нашей духовной физики. Это не просто аномалия, это эволюционный прорыв. Кто подопытный⁈

— Извини, но этого я тебе сообщить не могу, — виновато пожала плечами Соня. — Так что отнесись к этому как к теоретическому вопросу, без привязки к кому-то конкретному.

Софи медленно выдохнула. Её зеленые глаза сузились, а фанатичный огонь в них стал пугающе холодным и расчетливым. Она поднялась со своего энергетического кресла и сделала плавный хищный шаг к подруге.

— Теоретический вопрос, значит? — голос профессора Шереметьевой звучал вкрадчиво, но в нем явственно звенела сталь. — Соня, мы знакомы с тобой больше двадцати лет. И я прекрасно знаю, что лейтенант инквизиции никогда не тратит свое время на абстрактные фантазии. Если ты задаешь мне такой специфический вопрос, значит, ты столкнулась с этим феноменом лично. И утаивая от меня детали, ты прямо сейчас совершаешь преступление против будущего всей науки Гадара!

— Софи, я просто…

— Молчать! — профессор властно взмахнула рукой, прерывая оправдания.

Пространство астральной библиотеки мгновенно отреагировало на эмоции хозяйки. Светящиеся спирали генетического кода под потолком погасли, а вместо них в воздухе вспыхнула колоссальная детализированная до мельчайших подробностей проекция кровеносной и нервной системы человека. Она медленно вращалась, пульсируя лазурным светом, и зависла прямо между подругами.

— Смотри сюда, лейтенант, — жестко приказала Софи, подходя вплотную к проекции и пропуская сквозь нее свои тонкие пальцы. — Ты, как полевой офицер, привыкла махать мечом и гонять энергию по базовым боевым контурам. Но ты совершенно не понимаешь, как работает тонкая физиология. Астральное тело бесплотно! Это чистая энергетическая матрица. У него нет ни болевых рецепторов, ни тактильных сенсоров, ни гормональной системы, отвечающей за физиологические реакции.

Она сделала короткий пасс рукой, и голограмма нервной системы увеличилась, акцентируя внимание на плотном сплетении сияющих нитей в районе позвоночника.

— Чтобы создать то, что ты назвала «стопроцентным аналогом тактильного контакта» при духовном слиянии, дух не может просто послать дешевую иллюзорную картинку в мозг. Иллюзия рассыплется в первую же секунду! — голос Софи набирал обороты, в нем зазвучала неприкрытая научная страсть. — Ему необходимо создать в духовном домене динамическую копию всей нервной сети партнера. Ты хоть представляешь, какие это объемы данных? Это десятки миллионов нервных окончаний! Их нужно не просто скопировать, их нужно синхронизировать в реальном времени с физическим телом, которое в этот момент обязано находиться в глубоком стазисе, иначе начнется отторжение.

Соня молчала, завороженно глядя на пульсирующую паутину нервов. Только сейчас, слушая лекцию гениальной подруги, она начала в полной мере осознавать весь масштаб того ужаса и великолепия, что сотворил с ней этот древний монстр на шелковых простынях.

— Каждое прикосновение, каждый перепад температуры, каждое изменение давления на кожу… — Софи активно жестикулировала, и нити на проекции вспыхивали ярче, вторя её словам. — Духу нужно обработать этот сигнал в астрале и мгновенно послать ответный импульс в физическое тело. Как поддерживать связь десятков тысяч нервных окончаний с их фантомами в астральном плане, если между ними лежит барьер плотности? У современной науки нет ответа! Это как пытаться провести океан через игольное ушко без единой капли потерь. Вычислительная мощность и затраты духовной силы для такого процесса колоссальные.

Профессор резко обернулась к Соне, её глаза горели зеленым пламенем.

— По всем законам духовной физики, пропускная способность человеческих каналов не выдержит такого потока данных. Энергетика процесса должна перегрузить контур носителя за пару секунд, буквально расплавив узлы и сжегши нервную систему до состояния пепла! Но ты утверждаешь, что принимающая сторона не только не сгорела заживо, но и получила мгновенную регенерацию и скачкообразный рост резерва?