– Нет-нет-нет, сегодня можно полететь в первых рядах, – она с лёгкой улыбкой махнула рукой, подзывая меня за собой в кабину.
Цера по-хозяйски опустилась в ложемент главного пилота. Мне ничего не оставалось, кроме как занять соседнее кресло – место оператора защитных систем. Стоило мне сесть, как вся глухая панель перед нами мгновенно ожила. Она превратилась в огромный панорамный экран, кристально чётко транслирующий вид с внешних датчиков и сенсоров челнока.
– Ну что, начнём? – Цера предвкушающе улыбнулась.
Челнок мягко вздрогнул, отделяясь от стыковочного узла фрегата, и плавно, совершенно бесшумно начал набирать высоту. На экранах было видно, как мы пролетаем под маскировочной тканью, и, как только она заканчивается, начинаем забирать вверх, проскальзываем между верхушками сосен и уверенно уходим в ночное небо. Я завороженно смотрела на то, как лес под нами превращается в тёмное море и стремительно отдаляется.
Немного придя в себя, я решила озвучить свой замысел и обозначить рамки нашего штурма.
– Цера, мы не будем убивать женщин и детей.
Она медленно повернула ко мне голову. На мгновение её лицо стало пугающе холодным, по-настоящему машинным.
– Если бы Империя поступала так же излишне гуманно, то ей бы уже давно выстрелило в спину подросшее поколение её врагов. Милосердие оставляет корни.
– Цера, нет! Мы не будем этого делать, и точка! – жёстко отрезала я.
Она пожала плечами, и холодное выражение лица пугающе резко сменилось привычной лёгкостью:
– Хорошо. Как скажешь.
– Отлично. Тогда слушай план. У тебя хватит разведывательных дронов, чтобы незаметно окружить их участок с домами?
– Вполне.
– Они должны начать давить на них пси-полем. Хочу, чтобы им стало страшно так, как никогда в жизни. Чтобы их парализовало от этого ужаса. После этого желательно врубить на них прожекторы на полную мощность – если они есть на дронах, конечно, – чтобы ослепить их и дезориентировать. И в идеале нам понадобится какой-нибудь громкоговоритель.
Цера на секунду задумалась, синхронизируясь с системами.
– Дронов хватит. Слепящий свет будет, как и подавляющее пси-поле. А вот насчёт громкоговорителя... Можно вещать либо через внешние динамики самого челнока, либо через Люцифера – у него в акустических модулях есть такая штатная возможность.
– Через Люцифера пойдёт в самый раз, – представила я, как это будет выглядеть со стороны. – Так и сделаем.
Буквально через пару минут Цера прервала тишину:
– Разведывательные дроны на своих позициях, висят в воздухе кольцом вокруг их участка. Я высажу тебя с Люцифером в трехстах метрах от периметра со стороны леса.
Сразу после этих слов челнок резко ухнул вниз, закладывая какой-то сумасшедший вираж, похожий на водоворот. Внутренности скрутило от перегрузки. Метрах в двухстах от земли челнок плавно начал выравнивать и в конце виража бесшумно завис буквально в четырёх метрах над лесной подстилкой.
– Люцифер десантирован. Твоя очередь, – скомандовала ИИ.
После этих слов тяжёлая металлическая аппарель почти беззвучно поползла вниз. Сделав несколько гулких шагов по палубе, я спрыгнула на влажную землю. По привычке задрав голову вверх, чтобы посмотреть на корабль, я не увидела ничего, кроме чистого звёздного неба. Челнок словно растворился.
– А ты что думала, мы тут в открытую летаем? – с лёгкой насмешкой прозвучал голос Церы в наушниках. – Всё, я прикрываю сверху.
Я обернулась к Люциферу. Огромный дроид, пригнувшись к самой земле, стоял рядом со мной, хищно и бесшумно водя стволами роторных турелей по периметру леса.
– Врубай пси-поле и прожекторы! – мысленно скомандовала я Цере.
В эту же секунду трёхэтажный кирпичный коттедж и четыре старых соседних дома вокруг него вспыхнули как днём. Десятки дронов одновременно ударили сверху ослепительным, режущим белым светом. В ту же секунду по их территории ударило подавляющее пси-поле.
Из одного из домов тут же донесся истошный женский визг. Где-то во дворе кто-то в панике заорал на непонятном языке.
Я мысленно обратилась к Люциферу, изо всех сил представляя, как кричу в рупор и как от него к домам идут звуковые волны.
– Могла бы просто сказать словами, ты же в тактическом шлеме с нейроинтерфейсом, командир, – вдруг раздался в динамиках шлема густой, вибрирующий электронный бас Люцифера.
Я мысленно с размаху ударила себя ладонью по лицу.
– Согласен, – всё тем же невозмутимым басом констатировал дроид. – Активировал внешний рупор. Говори, командир.
Я быстро попыталась сформулировать то, что хочу сказать. На секунду в голове образовался вакуум, а затем я заговорила, чеканя каждое слово:
– ВНИМАНИЕ! ПРОВОДИТСЯ КОНТРТЕРРОРИСТИЧЕСКАЯ ОПЕРАЦИЯ! – мой голос, усиленный акустическими системами дроида, раскатился над посёлком оглушительным, лязгающим металлом громом. – ЖЕНЩИНАМ И ДЕТЯМ НЕМЕДЛЕННО ВЫЙТИ ИЗ ПОМЕЩЕНИЙ НА ДОРОГУ! У ВАС ДВЕ МИНУТЫ! ВСЕ ЛИЦА, ПРОЯВЛЯЮЩИЕ АГРЕССИЮ ИЛИ ИМЕЮЩИЕ ПРИ СЕБЕ ОРУЖИЕ, БУДУТ УНИЧТОЖЕНЫ НА МЕСТЕ! ВСЕМ ЛИЦАМ МУЖСКОГО ПОЛА ЛЕЧЬ НА ПОЛ, РУКИ ЗА ГОЛОВУ! ЛЮБОЕ ПЕРЕДВИЖЕНИЕ ПО ИСТЕЧЕНИИ ЭТОГО ВРЕМЕНИ СЧИТАЕТСЯ ПРОЯВЛЕНИЕМ АГРЕССИИ!
Сразу после этих слов я неспешным, тяжёлым шагом двинулась в сторону коттеджа. Сквозь оптику тактического шлема я видела всё насквозь: кирпичные и деревянные стены домов стали полупрозрачными, открывая паническое мельтешение тепловых сигнатур внутри.
Спустя полминуты двери домов начали распахиваться. Пару десятков женщин с плачущими детьми на руках выбежали на дорогу между домами, затравленно вертя головами, слепнущие от света прожекторов и парализованные ужасом.
Но подчинились не все. В старом одноэтажном деревянном доме, метрах в ста от нас справа, копошились четыре сигнатуры. Они суетливо бегали по комнате, поэтому из-за искажения с непривычки я не сразу сопоставила их позы с реальностью.
Прежде чем я успела хоть как-то среагировать, из тёмного окна блеснула вспышка, и прозвучала короткая очередь из автомата.
Сделать второй выстрел они не успели. Люцифер, продемонстрировав какую-то абсолютно немыслимую скорость для своей многотонной туши, гигантским прыжком оказался между мной и этим домом. Пули срикошетили от него, и он с лязгом впечатал лапы в грунт и тут же, без малейшего предупреждения, открыл огонь на подавление из обеих роторных электромагнитных турелей.
Это была всего лишь одна короткая, полуторасекундная очередь. Без привычных пороховых хлопков, только пронзительный, нарастающий свист разгоняемых болванок и низкий гул сервоприводов.
То, что произошло с домом за эти полторы секунды, не поддавалось разуму. Проще сказать, что дома просто не стало. Чудовищная кинетическая энергия снарядов буквально стёрла постройку в пыль. Куски толстых брёвен, остатки крыши и кирпичная кладка печи взорвались облаком щепок и каменной крошки. Оттуда не донеслось ни единого крика или стона. После такого шквального огня в том, что осталось от дома, мог быть только равномерно перемешанный с щепками фарш.
И в этот момент началось то, чего я больше всего боялась. Из большинства окон, с дворов и из-за заборов по нам открыли ураганный огонь. Слышались и трескучие автоматные очереди, и хлёсткие выстрелы из пистолетов, и гулкие хлопки охотничьих ружей. Всё это мгновенно слилось в одну сплошную канонаду.
Несколько пуль со звоном чиркнули по моей броне. Но благодаря гасителям кинетической энергии, кроме лёгких тычков, я ничего не почувствовала, меня даже не сдвинуло с места.
В следующий миг Люцифер передней левой лапой с силой толкнул меня назад так, что я упала на спину. Гигантский дроид стеной встал передо мной, закрывая своим корпусом, и открыл шквальный ответный огонь по всем целям, которые десятками красных маркеров вспыхивали на моём тактическом интерфейсе. Он получал информацию со своих сенсоров, с дронов и с челнока, который висел где-то над нами, вычисляя стрелков за доли секунды.
Начался один сплошной, затяжной гиперзвуковой свист, длившийся несколько десятков секунд. Воздух мгновенно наполнился едким запахом озона. Когда свист наконец оборвался, а басовитое жужжание сервоприводов ещё продолжало затухать, дроид примкнул обе турели к корпусу, производя их автоматическую перезарядку. Но когда через пару секунд стволы снова хищно разложились, стрелять уже было не по кому.
