На самом деле все сложилось просто прекрасно. Оказалось, что помимо ликвидации угрозы смерти у всех присутствующих были разблокированы как Классовые, так и Дополнительный характеристики. К тому же восстановлены все физические параметры. И нынче мы представляли из себя не просто сборище авантюристов и мошенников, а отряд суперменов и супергелов. К последним я причислил Нику и Бусю. Способных выполнить любую миссию.

В этом я был твердо убежден все последующие пять минут, вплоть до того момента, как Ника обратила внимание на то, что береговая линия резко сменила свои очертания, поскольку вода откатилась километра на два. И предложила немедленно спустится вниз, чтобы собрать, пока не поздно, разноцветные ракушки в большом количестве появившимися на обнаженном морском дне.

На этот раз завидное единодушие проявила вся мужская половина команды. Половина не в количественном, а в качественном смысле этого слова. Поскольку женскую половину представляла на террасе одна только Ника. Буся не в счет. Она не могла со своего места оценить размер надвигающейся катастрофы. Так вот о единодушии. Отличие в поведении между Джоном и тем же Гоги заключалось разве что в том, что Торговец заорал: «Бежим быстрее!» и рванул к лестнице ведущей вниз, а Джон, как впрочем и Изя и Кеита и даже Кеша проделали это молча, причем практически одновременно. Так что образовали на лестнице небольшую толкучку, виновником которой стал осел. Поскольку его копыта не слишком располагают к скачке по ступенькам.

Вот только не надо подозревать Кеито, что в критической ситуации он оставил любовь всей своей жизни на произволящее. Дело в том, что я находился к Нике ближе всего, и сразу же, после того как осознал, что нас ждет в ближайшее время, крепко ухватил девушку за руку и потащил ее за собой, возглавив процесс эвакуации, и оставив за спиной всех, включая осла. Мне даже в голову не пришло, что среди членов команды окажется идиот, не способный сложить два плюс два. Естественно этот тезис не распространялось на Нику, в знании арифметики которой я не без основания сомневался. Что девушка тут же и подтвердила, пытаясь вырваться от меня и убеждая при этом остальных, что не стоит так торопиться, поскольку на морском дне очень много цветных ракушек и отдыхающие не успеют их все собрать. Нам еще много останется.

А получив в ответ со стороны своего родного дяди короткое: «Да замолчи же ты наконец. Беги быстрее!», надулась, замолчала, и наконец сообразила, что мы мчимся толпой по направлению, диаметрально противоположному пляжу.

По дороге я мысленно в двух словах обрисовал Бусе ситуацию. В отличии от Ники она мгновенно все поняла, и когда мы пробегали мимо уже ожидала нас в активной форме, превратившись на глазах у изумленных курортников из огромного гранитного валуна в бегемотоподобного животного монстра непонятной принадлежности, отличающегося массивными ковшеобразными передними лапами и умильной ежкиной мордашкой, в пасть которой без труда может поместиться крупная собака.

Я тут же воспользовался физическими кондициями Землеройки и усадил Нимфу ей на спину. И хотя восстановление физических характеристик к своему пику приобретенному на Терре позволило нам и так бежать со скоростью невозможной для среднестатистического обывателя, да и для чемпиона мира по легкой атлетике тоже невозможной, помощь Буси не стала лишней. Бежать стало легче и наш отряд еще немного наподдал.

— Все равно не успеем, — на бегу высказал свои соображения Изя, мельком оглядываясь назад, где далеко на горизонте в черных мрачных обрывках туч искрящихся молниями, формировалось нечто ужасное.

— Волна будет не меньше чем метров в сто. А до гор, чтобы забраться на такую высоту нужно бежать еще километров семь. У нас в лучшем случае минуты три форы. Волна при цунами движется на шельфе со скоростью за двести километров в час. Так, что командир, садись вместе с Никой на Бусю, Гоги и Джон седлайте Кешу, и попытайтесь убежать. И Буся и Кеша могут еще немного ускориться. Шансы невелики, но есть. А я за вами своим ходом. В крайнем случае, если не успею, начну осваивать профессию ныряльщика за жемчугом на большую глубину.

— Ох и не люблю я умников, которые вместо того, чтобы орать «Спасите! Помогите!», начинают шансы считать. От них всегда одни только неприятности, — совершенно не к месту, на бегу, в ожидании неминуемой гибели принялся рассуждать Джон, реагируя на слова Изи. — Профессию утопленника ты начинаешь осваивать, а не ныряльщика за жемчугом.

Потом осознал всю неуместность сказанного и предложил: «А может быть на крышу небоскреба заберемся. Тут и недалеко. Успеем. И высота подходящая Метров сто пятьдесят».

— Без вариантов, — подключился к беседе Кеита. — Сила удара волны будет такой, что сметет любой небоскреб, будь он даже отлит из сплошного железобетона. Там же площадь поверхности по фронту порядка десяти тысяч квадратных метров. При скорости волны в сто километров в час нагрузка больше миллиона тонн, а при двух сотнях километрах надо еще на четыре умножить. Гарантирую, ни один небоскреб не выдержит.

Честно говоря меня начал напрягать тот факт, что наша экстренная эвакуация самопроизвольно переросла в этакий научный диспут. Опять же я не стал вмешиваться со своими пятью копейками в обсуждение, но пересчитал в уме прикидки Изи. И пришел к неутешительному выводу, что они базируются на в корне неверной предпосылке. Дело в том, что в этом месте море сразу же, буквально в ста метрах от береговой линии становится очень глубоким. По факту береговой шельф отсутствует. А значит и волна разгонится не до двухсот, а до девятисот км в час. Так что даже Буся не успеет добраться до гор.

Поэтому я скомандовал: «За мной» и помчался к ближайшему небоскребу. В отличии от прочих зданий, выбранное мною сооружение находилось на стадии первичного строительства. Это когда стальной каркас уже был собран, а монтаж стен и перекрытий еще не начался.

— Ну у тебя, командир, и голова. — одобрительно хекнул Изя, выбивая плечом стальную решетку в заборе, ограждающем строительную площадку. Похоже, что Джон и Кеита присоединились к этой точке зрения, оценив мою идею А остальные члены команды просто мола следовали в фарватере Изи, испуганно прислушиваясь к низкому гулу, издаваемому неуклонно приближающейся гигантской волной. Хотя на Землеройку, как всегда, общая классификация не распространялась. Судя по эмоциям, генерируемым Бусей, она испытывала разве что любопытство, с удовольствием наблюдая за потугами Кеши вскарабкаться по лестничным пролетам, представляющим из себя набор железобетонных конструкций, уложенных далеко не везде, к тому же на живую нитку прихваченных к стальному каркасу.

В последнее мгновение мы таки успели взобраться на крышу строящегося небоскреба. Даже не хочу вспоминать, чего стоило затянуть Кешу наверх. Его на своих плечах попеременно тащили Изя и Джон, как самые физически одаренные члены нашей команды. У Буси проблем с покорением небоскреба не возникло от слова совсем. Она продемонстрировала себя врожденным альпинистом, которого хоть сейчас можно было бы отправлять на покорение отвесной скальной стены, возможно даже с отрицательной крутизной. Разве что испуганные попискивания Ники, мертвой хваткой уцепившейся за что-то на спине у Землеройки, временами отвлекали тварюшку от созерцательного состояния.

Удар многомиллионной массы воды по нашему пристанищу был поистине чудовищным. Само перемещение высоченной черной стены, сметающей все на своем пути, от кромки пляжа, обозначенной рядами шезлонгов, зонтиков и толпами перепуганных людей, с ужасом взирающих на это чудовище, до нашего небоскреба, заняло буквально мгновение.

И хотя основное тело волны располагалось метрах в пятидесяти ниже крыши здания, плотная взвесь, состоящая из миллиардов брызг, накрыла нас с головой, вызвав на секунду чувство паники, и ужас от мысли, что все предварительные расчеты оказались ошибочными и мы навсегда останемся погребенными под многометровой толщей воды. Наверное длилось все это может быть минуту, от силы полторы. Но лично для меня время ожидания неминуемой смерти растянулось в часы. Состояние, когда все ориентиры утеряны, невозможно понять где верх, а где низ, ты ослеп, а попытка вздохнуть заканчивается судорожным кашлем, вызванным проникновением в легкие жгучей соленой взвеси, образованной из морской воды, поистине непередаваемо.