- Подожди… - Злата удивлённо округляет брови. - А ты разве не к Алане поближе должна сесть на правах лучшей подруги? Тебя серьёзно посадили к нам на галёрку, а не за один стол с ней?
- Златик, я же не Баграева, - хмыкаю я не без доли горечи и сарказма. - Что мне, Ласточкиной, делать за их столом?
Подруга чуть щурится, смеряет меня своим взглядом-сканером и поджимает губы, явно удерживая себя от очередной не в бровь, а в глаз фразы.
- Ты уверена? А там похоже другого мнения, - Дёмина аккуратно толкает меня локтём. - Смотрят уже давно и ждут, когда ты повернёшься.
Оборачиваюсь, встречаясь с тёплым взглядом тёти Фатимы и, как обычно, непроницаемым, сдержанным Сати. Глубоко вздыхаю, понимая, что не подойти и не поздороваться шанса нет. Предупредив друзей, что скоро вернусь, через весь зал медленно, как на плаху, иду к главному столу, за которым кроме двух женщин сидят ещё двое, незнакомых мне особ. Взрослая женщина с морщинистым лицом и тяжёлым, цепким, как у орла, взором и миловидная девушка на вид лет восемнадцати-девятнадцати. Обе в закрытых платьях и платках полностью скрывающих волосы. Первая смотрит с явным осуждением, чуть ли не с враждебностью, вторая бросает лишь короткий робкий взгляд и тут же отворачивается.
Родственники? Что-то я не припомню их раньше на других праздниках Баграевых.
- Добрый вечер, Сати, тётя Фатима.
Подойдя ближе, старательно улыбаюсь, сохраняя добродушное выражение лица, держу спину и в целом изо всех сил веду себя как ни в чём не бывало. Будто я не встречаюсь с Тамерланом уже столько времени, не просыпаюсь едва ли не каждое утро в его постели после целой ночи принадлежания ему и не травлюсь сейчас своей же ревностью.
- Маруся, дорогая ты наша, красавица… - тётя Фатима тянется ко мне, радостно улыбается и сжимает в крепких, родственных объятиях. - Не сглазить бы тебя!
Сати ограничивается сдержанным поцелуем в щёку, царственным кивком на моё поздравление с днём рождения дочери и неожиданным:
- Серьги… Красивые.
Её тёмный, теперь уже оценивающий взгляд скользит по моим ушам, рукам, замечая браслет и кольца, и возвращается обратно к лицу. Всё, что она сейчас увидела, подарки её старшего сына. Дорогие подарки. Я бы сказала очень дорогие. Мне, неработающей на данный момент студентке такие вещи явно не по карману. Да даже если бы я работала, то и тогда не смогла бы их себе позволить, и мать моего мужчины об этом прекрасно знает. Она с подозрением щурится и слегка наклоняет голову, словно хочет рассмотреть меня под другим, новым для неё углом.
Я испуганно сглатываю.
- Спасибо, Сати.
Не знаю до чего бы довел этот обмен приветствиями, если бы не влетевший в меня со всей скорости Эльман с возгласом:
- Маруся! Ты тоже здесь!
Ловлю его, опасно покачиваюсь на каблуках и, не сдержавшись, смеюсь столь горячему приёму:
- Привет, красавчик! - наклоняюсь и с чувством расцеловываю пухлые щёчки этого сладкого мальчика. - Как же ты вырос, посмотри только на себя! Скоро выше папы будешь, Эльман.
Ребёнок довольно улыбается и автоматной очередью выстреливает в меня новостями, как-либо поразившей его разной, несвязанной друг с другом информацией и детскими впечатлениями от происходящего сейчас мероприятия, в связи с чем не сразу замечаю подошедших к нам людей.
- Сын, аккуратнее, ты чуть Марусю с ног не сбил, - слышу низкий, умиротворяющий голос Аслана.
Следом раздаётся игриво-восхищённое Иласа:
- А Маруся чуть не сбила с ног нас своей красотой.
Я поднимаю голову, встречаясь с почти всей мужской частью, за исключением Тамерлана, семьи Баграевых и улыбаюсь им, так как, действительно, рада их видеть. Да и комплименты приятны, что уж тут скрывать.
- Добрый вечер, Илас, Давид, Аслан, - обнимаюсь со всеми по очереди. - Мадина… - поворачиваюсь к девушке, но она, по своему обыкновению, смеряет меня открыто неприязненным взглядом и, скривившись, будто я какая-то прокажённая, молча занимает своё место за столом. - Эм…
Взгляд Аслана заметно тяжелеет, но мне он улыбается по-прежнему тепло и приветливо, что заметно скрашивает неловкость момента, вызванную поведением его жены.
- Ласточка, в следующий раз предупреждай, мы усилим охрану, чтобы никто тебя под шумок не утащил, - Илас задорно подмигивает, продолжая держать меня в своих медвежьих объятиях, тем самым закрывая от недоброго взора своей невестки. - Чую, желающих уже хоть отбавляй.
- Не наговаривай на своих гостей, Илас. Кому я нужна? Все же ради Аланы собрались.
- Не люблю этого признавать, но я с ним согласен, - Давид подхватывает на руки племянника и бросает на брата-близнеца короткий полусерьёзный-полушутливый взгляд. - В чём-в чём, а в этом Илас у нас спец.
Братья обмениваются парочкой весёлых взаимных уколов, заставив меня в очередной раз рассмеяться и слегка расслабиться после короткого диалога с их матерью, что не остаётся без внимания Аслана.
- У тебя всё в порядке, Маруся?
- Да, Аслан Заурович, всё хорошо.
- Мне показалось, что ты чем-то расстроена.
Ох, как же старшие Баграевы друг на друга похожи! Что одному, что второму проницательности не занимать. Ничего не скроешь!
- Нет, я…
- А вот и мы! - прерывает меня звонкий счастливый голос подруги.
Мы все оборачиваемся и я замираю, увидев, что Аланка идёт к нам под руку с Тамерланом. Она улыбается, светится вся, довольная всеобщим вниманием. Очень красивая в струящемся тёмно-синем платье в пол, по фигуре и расклешёнными от кистей рукавами.
Он же… В очередной раз отчётливо понимаю, что у меня не было шанса в него не влюбиться, устоять против ауры силы, уверенности и непоколебимого спокойствия и не подарить ему всё, что у меня есть. С его появлением, кажется, все мгновенно вытягиваются по стойке смирно, затихают, прислушиваются и присматриваются, готовые в случае-чего либо проявить верность с подчинением, либо бежать без оглядки.
Это щекочет нервы. Это заставляет вспомнить, что я отдала всю себя далеко не простому мужчине. Это с одной стороны не на шутку настораживает, а с другой очень впечатляет.
Наверное, я не от мира сего, если так думаю. Хотя, что с меня, глупой, взять, когда я вместо того, чтобы помнить об осторожности, стою и пялюсь на него в открытую при всех, как кошка на любимое лакомство? Как будто имею право. Сумасшедшая? Да. Определённо.
Тамерлан тоже смотрит. Внешне неизменчиво хладнокровен, красив, как бог, в чёрном с иголочки костюме и такого же цвета рубашке, но обсидиановые глаза… Они выцепляют меня из толпы сразу же, сканируют, проникая в самую глубь, и едва заметно сужаются. Опасно так. С обещанием. И становится ясно, что меня ждёт серьёзный разговор. Или порка. Или порка с серьёзным разговором. И я не знаю пугает меня это или заводит.
Ну, точно на всю голову двинутая.
При их приближении толпа оживает, приветствует, поздравляет Аланку и у меня тоже получается отмереть, после чего замечаю, что в компании подруги и её старшего брата идёт ещё один человек. Мужчина. На вид возраста Тамерлана. Высокий. Эффектный. По манере себя держать явно обеспеченный и влиятельный. Тоже родственник?
- Сынок, Алана, - Сати, стоит им подойти вплотную, сразу же оказывается рядом. - Мы вас заждались.
Подруга отвечает ей на своём, младшие братья Баграевы подхватывают их разговор, из-за чего, лично мне, как всегда, в такие моменты становится немного некомфортно. Добавить к этому присутствие напротив Тамерлана, продолжающего молчать, давить своей энергетикой и смотреть на меня в упор, кажется, не особо переживая, что мало того, что могут заметить, так ещё и что-то заподозрить, и будет полный комплект.
Не выдержав, отвожу взгляд в сторону. Больше не буду на него смотреть, как бы не тянуло. От греха подальше, да. Слишком он… Да не только он, всё вокруг нас двоих - слишком.
- Ласточка, познакомься, - Аслан приобнимает меня за плечи и мягко разворачивает в сторону незнакомого мужчины. - Тахаев Карим Адильевич. Друг нашей семьи.
